– А может и не ушел, – пожал я плечами. – Там же автографы никто не оставлял. Да и этот, Лошаков у нас есть. По нему тоже бы что-нибудь выяснить неплохо было. И этот, комплект еще водолазный. Вот как думаешь, на кой хрен он им нужен был?
– Не знаю, – Федька даже в затылке почесал, а потом отхлебнул пива. – В порту могли зачем-нибудь, еще там, у пристани, где мы «Ваню комсомольца» нашли.
– Это понятно, – вмешалась в разговор Настя. – А зачем им нырять было? Я вот слушаю, слушаю, а этого никак понять не могу. Вроде выходит, что у них никаких «подводных дел» не было.
– Это верно, кстати, – согласился с ней я. – «Ушли» они с суши… если ушли… и все у них как-то к суше получается привязанным. Комплект ремонтника, типа если что на винт намотается? – предположил я.
– Вов, блин, что тут намотать-то можно? – фыркнул Федька. – Нет тут в воде ни хрена.
– Ну не знаю… на мелководье винт погнуть в незнакомом месте и потом его снимать… еще что-то, – взялся импровизировать я.
– Прятать что-то можно, – добавила Настя. – А потом с этим противогазом доставать.
– А ведь вполне, – сразу согласился Федька.
– Вполне, – признал и я. – Записки того же Серых, например. А Лошаков у них, как я думаю, был за мастера. Вот его и того, списали, чтобы не разболтал. Кстати, тогда получается, что не все, кто с Серых работал, «ушли», так? Иначе зачем так старательно концы в воду прятать. Кто-то еще остался.
– Пашка, – ухмыльнулся Федька.
– Да не только, я думаю, не только. Не один Пашка остался, люди остались. Нам поосторожней быть надо, к слову. Если они своих в расход пускали, то о нас, как мне кажется, тоже не сильно задумаются.
Я ожидал, что Настя сейчас возмутится и начнет требовать «все это прекратить», но ничего подобного не случилось. Она лишь кивнула и непроизвольно поправила кобуру с «парабеллумом». Все верно, не тот типаж, пилот все же, а не маникюрша, да и вообще у нас ставки слишком высоки чтобы задний ход давать. Мы с ней хотим отсюда уйти, вдвоем, вот для этого и рискуем.
– Ну, пока мы до чего-то реального не добрались, дергаться они не будут, – сказал Федька, поразмыслив. – А вот если найдем что-то…
– Могут и сразу, если до них информация с Фермы доходит, – возразил я. – А я это вполне допускаю. Сам же Серых откуда взялся? Во-во. Кстати, нам бы найти способ эту самую Альбину Скляр проверить… Как это сделать?
– Если от самого начала, то на Ферме инфа должна быть, – сразу сказал Федька. – Милославский же всех новых опрашивает, и ее должен был.
– А ведь точно, – я даже по лбу себя ладонью хлопнул. – Надо… надо как-то Ваньку на это дело растрясти. Или… или в РОПП заглянуть. Кстати, Федь, РОПП вообще режимный?
– Не, не очень, вроде ЗАГС. Можно справочку попросить.
– Вот и попросим, – сказал я удовлетворенно, определив следующий шаг. – Наше здоровье.
Оловянные кружки снова со стуком соприкоснулись боками.
– Кстати, – вдруг замер я, вспомнив, как рассматривал ботинок сгоревшей в костре женщины. – Федь, а ты инициалы на ботинке Скляр помнишь?
– Ну да, «Е. Скляр», – кивнул он и тоже озадачился. – А у нас ведь Алина, так?
* * *
Ванька, то есть Иван Зарубин, наш непосредственный начальник, появился с утра сам, привычно уже заехав на «шевролете». Сам он к роскоши владения транспортом начал явно привыкать и даже получать от нее удовольствие, потому что Федьке он сегодня место за рулем не уступил и повел машину к порту сам.
– А Степаныч где? – спросил Федька, заметив то, что за механиком мы заезжать не стали.
– Приболел, соплями гремит, – отмахнулся Иван. – Да для него пока все равно толком работы нет, сами разберемся.
– А с чем разбираться будем? – поинтересовался я.
– А с «Ваней-комсомольцем» для начала. Там сейчас обыск пойдет, надо приглядеть. А то им не свое, дай волю так все переломают. А нам потом чинить.
Мы с Федькой переглянулись, пораженные скоростью роста в Иване всяких частнособственнических и просто жлобских инстинктов. Скоро так и нас догонит, прогресс налицо.
– А на Ферме чего сейчас? – уточнил я на всякий случай.
– Да ничего, все как после прошлого выхода, – махнул рукой Иван. – Милославский в думы погрузился, про нас на какое-то время забудут, до тех пор, пока опять куда-то сгонять не понадобится, куда ворон костей не заносил. Так что пока так… своими делами.
– Вань! – оживился вдруг Федька. – Раз ты у нас теперь кругом не халявщик, а партнер, то не прикроешь на денек?
– В смысле? – не понял Иван.
– В том, что приглядеть за пароходом ты и один пока сможешь, а нам бы с Вовкой сгонять на халтуру на денек. Ты в доле, однозначно.
Почему-то от такого прямого предложения Иван смутился и даже немного покраснел, но потом сказал:
– Можно, наверное. А что за халтура?
– А за машинами, – ответил Федька. – Одну в городе сдадим, а вторую… ее под конкретного покупателя, с очень большой скидкой… но человек очень полезный. Но все равно наживем, тут без вариантов.
– Блин… да на хрена вам рисковать? – чуть подумав, удивился Иван. – Нам и за буксиры премии, и вон, свой «Титаник» заимели, чего дергаться?
– Обещали, – пояснил я. – Как раз этому «полезному покупателю» обещали «кюбеля» до холодов пригнать. Иначе нехорошо получится, обидится.
– М-да? – Иван снова призадумался. – Когда собираетесь?
– Да завтра бы и сгоняли с самого ранья, – ответил я. – Сегодня приготовились бы.
– Эх-ха… ладно, – согласился тот. – Сейчас со мной в порт давайте, а потом через часок я вас закину куда скажете.
– Лады! – хлопнул его по плечу Федька.
Окончательное искушение непосредственного начальства свершилось, похоже. До того бескорыстный Иван начал испытывать заметную страсть к наживе. Ну и хорошо, нам проще.
В порту, как оказалось, и без нас порядок умели поддержать. У «Вани комсомольца» нас встретила компания из четырех недовольных мужиков, столпившихся возле небольшого зеленого «бантама» с поднятым тентом, и явно наслаждавшегося отправлением служебных обязанностей Пашкина, их на борт не пускавшего.
– Без лиц, внесенных в список, не пущу. Тут вам не ваш департамент, а городской рейд! – решительно и громко объявил он главному из ожидавших, бледному и сутулому мужику в сером длинном брезентовом плаще. – А я тут за главного.
– Да кто в списке-то? – явно разозлился тот.
– Это закрытая информация, – важно ответил Пашкин, заложив руки за спину и приветствуя нас, подходящих, одобрительным кивком. – Вот они в списке, в частности, – указал он на нас.
Мужики обернулись, бледный усмехнулся, покачав головой, протянул руку:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
