Темнело, в это время года сумерки чуть не после обеда наступают. На домах начали зажигаться фонари, быстро, один за другим, на электричестве и освещении здесь никто не экономил, все равно в финале такая экономия дороже выйдет. Люди на улице начали заметно жаться к кругам света, да и вообще поток пешеходов начал быстро редеть. Тех, кто с работы, машинами развезут, «пепелацами», а те, кто просто так, уже куда-нибудь под крышу нырнули или поближе к свету и людям жмутся.
Дождь заметно ослаб, но, как мне показалось, стало холоднее. Не зима ли начинается все же? Пора уже, пора. Навстречу проехал большой додж «Олл Карри» Беленко – начальника «Горсвета», моего официального самого главного начальника. Он свернул в сторону набережной, к «Беверли Хиллз» поехал, туда, где все городское начальство живет. Следом проскочил по улице серенький «кюбельваген» с запаской на покатом передке, в котором за рулем сидел Антонов – заместитель Беленко и по факту настоящий оперативный руководитель «Горсвета». Его машина поехала дальше, на сворачивая к реке, из чего я заключил, что Антонов, наверное, до того уровня начальственного не дорос, чтобы в «Беверли Хиллз» жить, рангом не вышел.
Вывеска шашлычной «Телави» равномерно мигала, Шалва Абуладзе полагал, что так она больше внимания привлекает. Хотя шашлычную и без того весь город знал, и если кто в нее шел, то вполне целенаправленно, праздношатающиеся в нее редко заглядывали. Припарковав «тазик» между развозной полуторкой с рекламой «трактиров Абуладзе» и переделанным в пикап легковым «опелем» с надписью «Пиво с доставкой» на борту, я выбрался из машины, привычно чертыхнувшись из-за неудобства такого действия, огляделся вокруг внимательно, и быстро проскользнул в дверь ресторана. Пахнуло теплом, запахом жарящего мяса, навалилось привычным трактирным шумом, а по тутошним реалиям еще и чувство безопасности добавляется.
Шалва заметно удивился, увидев меня одного, а еще больше удивился тогда, когда я уселся не за стол, а за столик.
– Шалва, а здесь у тебя то пиво есть?
– Хо! Как не быть, а? – даже возмутился он. – Не хватает даже, люди заказывать начали, сегодня вторая доставка уже, – кивнул он в сторону входа и я вспомнил про стоящий на улице «опель». – А ты что, специально из-за пива пришел?
– Не, я по делу, поговорить надо, а пивка уже до кучи.
Подумал при этом, что на выпитую водку оно как бы и не очень кстати, но потом решил, что после пары рюмок катастрофы не случится. Шалва между тем наполнил кружку и выставил ее передо мной, сказав:
– Угощайся.
– Спасибо, – кивнул я и поднял кружку вроде как в знак приветствия. – Шалва, а ты вот что скажи мне… у тебя раньше в хинкальной такая Валя работала буфетчицей?
– Валя? – вроде как удивился он вопросу. – Валя работала, до тебя еще, а ты зачем интересуешься?
– Она же за Боталовым была замужем, так? Шкипером? – уточнил я.
– Верно, – кивнул Шалва. – Но не замужем, а… ра квия… жили вместе, в общем. Так тебе зачем знать? – снова взялся он настаивать.
– Тут такое дело, – начал я на ходу сочинять версию, – ну ты в курсе, что Боталов вместе с баржой пропал семь месяцев назад, так?
– Хо, знаю, – сказал он, явно ожидая от меня объяснения.
– А мы в рейде были и вроде как наткнулись на их следы. А может и не их. А может и не следы. По-хорошему надо бы с ней поговорить, расспросить кое о чем, уточнить, но вот так сходу подкатываться не хочется. Может она только успокоилась, а что мы нашли – так и вовсе ни при чем, а будет одно расстройство. Да и по-любому не знаю я, где ее искать, вот к тебе и пришел.
– А-а…, – солидно кивнул Шалва в знак понимания. – Искать не знаю где, она, слышал, переехала, а ты же Иру знаешь, да? Она с ней дружила, та знать может.
– Вот и хочу у тебя чуть-чуть заранее выспросить, – сказал я, отпив еще пива. – Она как, Валя в смысле, убивалась сильно после того, как Боталов пропал?
Шалва задумался, потом плеснул себе пива в небольшой стаканчик, но пить не стал, так и крутил стакан в руке.
– На неделю отпуск взяла, потом снова на работу вышла. Сильно расстроена не была… нет, знаешь, не была.
О чем это говорит? Да ни о чем. Если она Боталову не жена, а так, сожительница, то и отношения у них могли быть какими угодно. Пропал – да и черт с ним, помер Трофим – да и хрен бы с ним, другого найдет. Такие отношения без всякой любви сплошь и рядом строятся. Кстати…
– А сейчас у нее другой кто-то или она одна?
– Вроде встречается с кем-то, заходил к ней один в хинкальную… а больше ничего и не скажу, – развел он толстыми волосатыми руками. – Врать не хочу, а знать не знаю.
– Хорошо, спасибо, – кивнул я. – По крайней мере знаю, что поговорить с ней можно будет, раз она горем не убитая.
– Не убитая, поговори, – сказал Шалва уверенно, а потом, помолчав, добавил: – Она, если честно, даже когда ее сожитель здесь был, вела себя… ра квия… свободно вела, да. Вахтангу любезности оказывала, да. Когда тот пропал, она все равно оказывала. Но это между нами, да?
– Могила, – сделал я решительный жест рукой, призванный подчеркнуть мою решительность в сохранении чужой интимной тайны. Оно того и стоило, наверное, ведь Вахо сюда с женой провалился. Да и Шалва, кажется, тоже.
– Шалва, а Ира кому оказывает?
– Что оказывает? – растерялся тот.
– Ну эти, любезности.
– А-а, что ты такое спрашиваешь? – даже покраснел он малость.
– Да ничего и не спрашиваю в сущности, – вроде как дал я задний ход.
– Э, так давай, – наклонился Шалва ко мне и еще по сторонам глянул, чтобы никто его откровений не подслушал. – Ира мне любезности оказывает, поэтому в гостиницу перевел. У нее там номер, служебный вроде как, она там живет теперь даже. Я устаю, работы много, отдохнуть хочется, так?
– Так, наверное, – кивнул я. – Лишь бы на здоровье.
Последнее замечание Шалве почему-то польстило и он расплылся в довольной улыбке. Пиво я до конца допивать не стал, а гостеприимный хозяин от денег за него отказался, просто отмахнулся. Ну спасибо, раз так. А я, чтобы времени не терять, покатил сразу в «Деловой клуб», то есть в гостиницу, в которой теперь работала буфетчица Ира, подруга вполне утешной сожительницы пропавшего шкипера.
Стало еще холоднее, а когда я выбрался из машины, лужица под ногами вроде бы даже хрустнула тонким ледком. На входе меня остановили, охранник был новый, крупный молодой блондин в черной рубашке. Он вежливо попросил мое удостоверение личности, полистал записную книжку, лежавшую на конторке, и после того, как нашел в ней мою фамилию, превратился в саму любезность и предложи пройти туда, куда мне хотелось пройти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
