В тяжелом положении оказалась северная группа 1-й Конной. Возле Айгамана белые атаковали ее и потеснили на запад. С. М. Буденный вместе с К. Е. Ворошиловым в это время находился в южной группе. Ее головная 4-я кавдивизия разгромила запасный полк врангелевцев и двинулась на юго-восток, чтобы перекрыть пути отступлений врага в Крым. Но сил для прочной закупорки их не хватало. Лишившись двух дивизий, связанных боями возле Айгамана — в полусотне верст от полештарма, С. М. Буденный чувствовал, что вот-вот на занятые им позиции навалятся обе врангелевские армии. Связь с северной группой была неустойчивой. Из отрывочных донесений можно было понять, что на нее нацелился конный корпус белых и его поддерживают два десятка бронеавтомобилей. Семен Михайлович, хмурясь и покусывая усы, отчетливо представлял, в каком положении находятся у Айгамана дивизии, в рядах которых много необстрелянных бойцов.
С каждым часом накалялась обстановка. Врангель, узнав, что в его тылу появилась красная конница, а фронт окружения продолжает сужаться, отдал в ночь на 31 октября приказ ударной группе отходить на юг и прорываться в Крым. Чтобы выполнить этот приказ, следовало отбросить дивизии 1-й Конной, уже занявшей пути отхода. Утром первые колонны противника атаковали буденновцев в районе Ново-Алексеевки. Бой завязался жестокий. По железнодорожному полотну, ведя картечный огонь, двигались бронепоезда белых, а справа и слева от насыпи шли плотные цепи офицерских полков. Яростным атакам подверглись конармейцы и в районе Рождественского. И на охваченную пламенем пожаров Отраду, где расположился полештарм 1-й Конной, навалилось несколько полков врангелевской пехоты, поддержанной огнем артиллерии. Вражеская кавалерия на рысях стала обходить село. На коней сели все. Буденный возглавил кавполк Особой бригады, Ворошилов — кавдивизион Реввоенсовета. Буденновцам удалось отразить атаки противника. Но подавляющее превосходство пехоты и конницы белых все же вынудило красных конников отойти в Ново-Троицкое.
Как выяснилось, через Отраду пролегало главное направление движения ударной группы врангелевских войск. Рано утром между Ново-Троицким и Отрадой началось новое сражение. Полки красных конников поскакали на неприятеля, ворвались на покрытые пеплом улицы села, беспощадно рубя белогвардейцев. На выручку своим белые генералы послали бронемашины, выдвинули пулеметы. Но артдивизионы буденновцев быстро погасили их огонь. Однако подошедшие с севера свежие части белых вновь заняли Отраду.
В 10 часов 30 минут С. М. Буденный повторил атаку. Но она не имела успеха: слишком велико было численное превосходство врага. Подошли с севера полки 11-й и 14-й кавдивизий. Наконец-то Семену Михайловичу удалось собрать все части армии воедино. Теперь можно действовать более решительно! Под вечер Особая кавбригада ворвалась в Отраду, тесня офицерские батальоны и терско-астраханскую конницу. 4-я кавдивизия вихрем обрушилась на конные полки белых. 11-я кавдивизия и бригада 6-й кавдивизии, обходя село, принудили противника отступить к юго-востоку.
Вслед за отходящим неприятелем устремилась дивизия О. И. Городовикова. Одна из ее бригад, наступая в пешем строю, после многочисленных атак, преодолев траншеи и проволочные заграждения, заняла Сальково. Две другие бригады фланговым обходом овладели укрепленной позицией белых в песках Джимбулака и совместно с частями 30-й стрелковой дивизии заняли Чонгарские укрепления. Буденновцы, выйдя на пути отхода противника, создали обстановку оперативного окружения белогвардейских соединений.
В холодную ночь с 7 на 8 ноября, в третью годовщину Великой Октябрьской социалистической революции, войска 6-й и 4-й армий двинулись в наступление на перекопском и чонгарском направлениях. Греясь у бивачных костров, буденновцы чутко прислушивались к раскатам орудийного грома, всматривались в порозовевшее от артиллерийских сполохов небо. Медленно объезжая на коне расположившихся на мерзлой земле бойцов, Семен Михайлович слышал, как они вполголоса пели. Он знал: песню сложил комиссар 11-й дивизии Павел Бахтуров, бывший учитель, человек богатырского роста с детски открытой душой:
Из лесов, из-за суровых, темных гор Наша конница несется на простор.
На просторе хочет силушку собрать,Чтоб последнюю буржуям битву дать.Кликнул клич Буденный удалой:«Эй, товарищи лихие, все за мной!Эй, ребята, веселей, да не робей,На врага пойдем лютого поскорей».И несется наша конница вперед,Кулакам-врагам поблажки не дает.Эй вы, царские холопы, палачи,Ну попробуй-ка, попробуй, подскочи!Скоро, скоро всех врагов мы разобьемИ свободной, вольной жизнью заживем.Постоим за наше дело головой.Слава коннице буденновской лихой!
Не спали бойцы, не спал и командарм, знавший, какие труднодоступные твердыни предстояло преодолеть героическим стрелковым дивизиям Василия Блюхера и Ивана Грязнова. Мысленно он был уже с ними на линии огня, среди клубящихся облаков порохового дыма. Но надо было терпеливо ждать своего часа. 12 ноября после прорыва войсками Южного фронта перекопских и юшуньских позиций 1-я Конная вместе с другими соединениями вошла в прорыв и, преследуя врангелевцев, понеслась по открытым всем ветрам крымским степям к Симферополю и дальше на Севастополь.
Днем 14 ноября в Симферополе, занятом нашими передовыми отрядами, состоялось совещание Реввоенсоветов 1-й и 2-й Конармий. Связались с Севастопольским ревкомом. Севастополь ответил, что не сложивших оружие воинских частей белых в городе нет; Северная и Южная бухты свободны от неприятельских судов, лишь у Стрелецкой бухты стоят мелкие транспорты, принимая последних убегающих беляков.
Назавтра С. М. Буденный, поднявшись на Малахов курган, увидел Черное море и дымки пароходов, увозящих остатки врангелевской армии в Турцию. Внизу на улицах и площадях белокаменного города русской славы гремела медь полковых оркестров, развевались красные флаги, и население хлебом-солью встречало украшенных красными бантами бойцов-освободителей. Вечером 16 ноября 1920 года с берегов Черного моря в Москву за подписями командарма 1-й Конной С. М. Буденного, члена Реввоенсовета 1-й Конной К. Е. Ворошилова, члена Реввоенсовета 2-й Конной армии Н. П. Горбунова и начдива-51 В. К. Блюхера в Москву В. И. Ленину была отправлена телеграмма, в которой говорилось: «Крым очищен от противника, всюду организуется Советская власть…»
А еще через день во всех эскадронах 1-й Конной, как и в других частях, был зачитан приказ по армиям Южного фронта. «Боевые товарищи — красноармейцы, командиры, комиссары, — писал в нем М. В. Фрунзе, — ценою наших героических усилий, ценою дорогой крови рабочего и крестьянина взят Крым. Уничтожен последний оплот и надежда русских буржуа и их пособников заграничных капиталистов…» Это был приказ, подводивший итоги полного разгрома последнего оплота контрреволюции, разгрома, означавшего окончание гражданской войны в европейской части Советской России.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
