Мы въехали в [западные] ворота… и добрались до Башни Давида, где люди падают ниц перед входом в Храм. Мы простерлись на земле перед Шехемскими воротами, за которыми начинается дорога, которая ведет к фонтану Этам, где купаются священники.
Противоположные ворота находятся в западной стене. У подножия этой стены можно увидеть нечто вроде арки, размещенной в основании Храма. Она ведет в подземный проход, по которому священники добираются до фонтана Этам, где расположены купальни.
Отсюда мы отправились на Масличную гору, где в стародавние времена была сожжена красная корова. Здесь мы дважды прочитали молитву вместе с миньяном (то есть десятком людей) и поднялись на гору. В субботу мы прочитали послеполуденную молитву на том месте, где необрезанные снова и снова размещали своих идолов; но само это место не терпело присутствия их и сбрасывало сразу же после того, как они были установлены. Это было одно из тех мест, которые посетило Божественное величество, когда Оно явилось [на землю] из своего жилища. Мусульмане боготворят это место. До наших дней сохранилось только основание, но то место, где стоял ковчег, по-прежнему хорошо видно.
Отсюда мы отправились к реке Силоам, а потом – в Хеврон. На нашем пути в Хеврон мы побывали на могиле нашей матери Рахили.
Путешествуя от этой гробницы, мы обнаружили могилу Натана Пророка, где сейчас стоит мечеть.
Потом мы достигли места, где был обрезан Авраам. Мусульмане высоко ценят это место. Это скала в форме гробницы, шириной 3 ладони.
После этого мы прибыли к прекрасному сооружению, которое было построено по приказу царя Аса. Это величественное здание. Отсюда мы поехали к Дубам на Мамре и увидели здесь колодец Авраама, где стоял его шатер, и дерево, под которым он угощал трех ангелов, стоявших напротив. Неподалеку отсюда есть колодец нашей матери Сары. Все это находится рядом с Хевроном.
Отсюда мы отправились в Хеврон. У лидера галута было с собой разрешение, заверенное печатью царя, которого по ошибочному закону Мухаммеда называют калифом. Он вошел один, а мы не осмелились последовать за ним. Мы – равви Саадил, равви Тобия и я – явились к красильщику и сказали ему:
– Мы – путники из далекой страны, приехали помолиться в этом городе и упасть ниц там, где ступали ноги наших отцов.
На это красильщик отвечал:
– Оставайтесь здесь до завтра, а потом, с Божьей помощью, войдете туда.
Мы остались. А он пошел своей дорогой со своими спутниками. В полночь за нами явился привратник, и мы вошли. Мы спустились на двадцать четыре ступеньки. Лестница была так узка, что нельзя было повернуться ни вправо, ни влево. Мы увидели священное место, где стояла древняя синагога, и заметили три памятника. Здание было возведено 600 лет назад. Оно стоит поблизости от пещеры. Мы пали ниц и стали молиться о милости Божьей; потом мы вернулись в Иерусалим. После этого мы отправились в Раматаим (Раму) и увидели там гробницу пророка Самуила.
Отсюда мы поехали в Беерот, где и переночевали. Здесь все лежит в руинах.
Утром следующего дня, в ранний час, мы отправились в Вифель и между Вифелем и Аи увидели место, где Авраам воздвиг свой алтарь.
Из Вифеля мы отправились в Шилах. Мы увидели здесь гробницу Иосифа Справедливого. Мы переночевали здесь и с радостью отметили субботу.
Отсюда мы двинулись в Бетсеан, а из Бетсеана – в Тиберию. По пути мы осмотрели гробницу раввина Мейра, а перед самым городом – гробницу раввина Иоханана бен Нури. Здесь построен дом. Под ним – пещера; соорудить этот дом повелел сам раввин. Он же дал на это деньги.
Перед пещерой – гробница раввина Элеазара бар Симеона и гробница раввина Кохана. Отсюда мы отправились в Кефар-Хананию[50], где нашли чью-то могилу. Примерно в двух парасангах отсюда стоят гробницы Племен [то есть сыновей Иакова], а в центре – могила их сестры, Дины. На ней растет мирт. Никто ничего не рвет с этого дерева. Говорят, что рядом есть памятник Сету. Мы видели его. Отсюда мы добрались до Арбелы, где увидели гробницу Ниттая Арбелита, с очень красивым памятником на ней. Мы поднялись в Арбелу, где стояла большая синагога, построенная по приказу Ниттая; сейчас она, по нашим грехам, лежит в развалинах. Она находится в центре города; за его пределами мы обнаружили гробницу раввина Зера. На ней теперь нет памятника; тот, что раньше стоял, упал и превратился в развалины.
Отсюда я добрался до деревни Хиттин и увидел на горе две гробницы, в первой, по словам некоторых, похоронен Хосеа [а по словам других – Иефро], а во второй – Зефания, пророк. Мы вернулись в Тиберию. Все эти места мы осмотрели за один день.
На обратном пути из Тиберии мы посетили Кефар-Хананию. По дороге туда, в Кефар-Якуке, мы наткнулись на гробницу Аввакума; от нее мы дошли до деревни Луд, где обнаружили могилу раввина Элиезера бар Иакова.
Перед тем как достичь Кефар-Ханании, мы зажгли в поле свечи на могилах раввина Халафта, его сына и внука. Здесь же мы и заночевали. Отсюда мы направились в Сафед, где обнаружили пещеру раввина Ханина бен Хиркануса, в которой находится шестнадцать могил. Мы обошли их, утирая слезы. Здесь есть стена, которая не позволяет земле обрушиться на могилы. В пещере постоянно дежурят два мусульманина, которые следят за тем, чтобы огонь не угасал, и подливают масло во славу погребенного здесь праведника.
Вдвоем с лидером галута мы посетили Кефар-Бар’ам. Неподалеку от города мы обнаружили гробницы Хони ха-Ме’аггела [Ониаса, Создателя кругов], его жены и детей. На этих могилах стоят памятники. По прибытии в город мы увидели синагогу, одну из тех, что построил раввин Симеон, сын Иохая; а всего он воздвиг двадцать четыре синагоги. Она красивая и приятная. Что касается других синагог раввина Симеона, сына Иохая, то одни из них разрушены, а другие – сохранились.
Отсюда мы добрались до Кефар-Амуки и нашли здесь гробницу Ионафана, сына Уззиэля, над которой растет большое дерево. Мусульмане приносят сюда масло и зажигают огонь в его честь. Здесь они дают свои обеты во славу Ионафана.
Покинув Кефар-Амуку, мы пришли в Кефар-Небарту [Акбару], где обнаружили могилу раввина Мейра. Отсюда мы возвратились в Сафед, где провели субботу. В этих местах есть еврейские общины, число которых, в каждом случае, более чем в пять раз превышает миньян – десять.
Из Сафеда мы отправились в Гуш-Халаб. По пути туда мы попали в город под названием Кисма. Здесь мы поклонились гробнице раввина Иосе, сына Педата, которого, по имени города, называли человеком из Кисмы.
II
Выйдя отсюда, мы поднялись в деревню Мерон и нашли здесь гробницу раввина Элеазара, сына Хисмы. В Мероне мы увидели также школу раввина Симеона бен Иохая; она [равна] четырем квадратам, и в ней похоронены он сам и его сын, Элеазар. Над его могилой растут два дерева; это очень красивое место. У подножия горы мы обнаружили гробницы Хиллеля и Шаммая, а также тридцать шесть других могил. Над ними высится купол из белого мрамора, внутренняя часть которого украшена рельефами, изображающими ветви деревьев. Здесь есть шесть колодцев. В этом месте мы помолились. Мы обнаружили, что первый колодец справа был полон воды, а второй – совершенно пустой. С левой стороны был третий колодец, наполовину заполненный водой, а четвертый – совершенно полный. В центре зала с одной стороны – три могилы, и с другой – тоже три, а над одной – плита рядом с теми колодцами, из которых один полон, а другой – пуст. Предводитель галута приказал зажечь свечи и поискать, откуда в эти колодцы поступает вода, но мы так и не узнали этого. Тогда мы вылили на землю много воды, взятой из колодцев, но ее количество все равно осталось прежним. Эта вода слаще меда, и это самое настоящее чудо.
За дверью пещеры расположен большой зал, где стоят три гроба; два из них – бок о бок, а третий, размером превышающий оба, над ними.
В городе мы обнаружили гробницу с короной поверх нее, а также очень красивую синагогу, на которой сделана такая надпись: «Построена Шаломом бен Леви». Выйдя из города, мы обнаружили гробницу раввина Симеона бен Хулда, а немного поодаль – могилу пророка Обадии. Она накрыта плитой из белого мрамора, на которой высечено: «Это – могила Обадии, пророка, который с детства боялся Бога и который умер в 570 году после Изгнания из Египта». Отсюда мы добрались до Гуш-Халаба. В виду этого города мы обнаружили гробницы Шемани и Абталиона. Рядом с ними – могилы Адраммелеха и Шарезера, сыновей Синахериба, которые приняли еврейскую веру и переселились в Святую землю. Мы остановились в Гуш-Халабе и отпраздновали здесь Пурим. Его обитатели добры и благодушны. Куда бы мы ни пришли, они собирались, чтобы встретить нас, числом более чем в два раза превышающим миньян – десять, в честь предводителя галута.
Из Гуш-Халаба мы отправились в Алму. Не дойдя до нее, мы обнаружили гробницу раввина Элиезера [бен Хиркануса]. Ее украшают два дерева; никому не дозволяется срывать с них листья. Раввин похоронен в пещере в середине земли. Над его могилой сооружено нечто вроде зала. С этого памятника упал камень, и в отверстие сразу же протиснулся корень, а второй корень, внедрившийся в другое отверстие, обвил гробницу таким образом, что больше уже ни один камень не сможет упасть. Мусульмане приносят сюда масло, чтобы разжигать огонь. Это – большое и необычное чудо.
