— Эй! Предлагаю выпить за дьявола. Мы встретимся с ним, как только Бог Смерти возьмет нас и пошлет к воротам Кета. Будьте уверены, что мы никогда не попадем в страну добрых богов героев.
Эта хвастливая речь рассмешила разбойников. Они были людьми, которые не думают о будущем, не заботятся о своей душе, не просят милости у богов.
— Заткнись, ублюдок, — выругался Роф. — Здесь я правлю, а не ты.
Он взмахнул своим хлыстом, и все съежились, приниженно вернувшись к еде и питью, переругиваясь между собой из-за куска получше.
Роф хмуро смотрел на них, а затем повернулся к Тирусу и Эрейзану.
— Они как волки. Очень тупы, но они хорошие охотники, если их направить по правильному следу.
— И кого же ты выслеживаешь? — спросил Тирус.
Роф подергал себя за усы, не отвечая, а затем снова вернулся к первоначальному разговору.
— Где вы видели гнев дьяволов, взрыв горы? Когда?
Эрейзан застыл, глядя в пространство.
— Это было много лет назад и далеко отсюда. Далеко. Многие погибли, почти все, кто жил на острове. Они задохнулись в ядовитом дыму, а потом сгорели, превратились в хрупкий пепел. Все произошло так быстро, что никто не смог спастись…
Тирус не прерывал его, и Эрейзан закончил свое скорбное повествование. Понемногу в их углу таверны воцарилась тишина. На Рофа рассказ, казалось, произвел сильное впечатление. Он обдумывал все услышанное немного растерянный. Затем он покрутил усы и сказал:
— Ну что же, если мне придет время умереть, я умру. Но я буду служить дьяволу. Разве можно найти лучшего хозяина для бандита?
— Может, тот, кто пообещает могущество и золото в этой жизни? предположил Тирус, испытующе глядя на Рофа.
Роф попался на этот крючок, но не так, как надеялся Тирус.
— Хозяин? Или хозяйка? Вы, случайно, не нашли свободного местечка при дворе? Но вы видели королевский двор? Блеск! Много золота, много власти! Наши королевы-сестры унаследовали золото, власть и право наслаждаться ими теперь, когда все варвары загнаны в свои норы. Ах! Как, наверное, приятно быть богатым! Таким богатым, что можно иногда поиграть в переодевание или выехать на соколиную охоту. У меня слюнки текут при одной мысли об этом. Королева и ее эскорт во всем великолепии! Какое искушение для бандита!
Тирус и Эрейзан не смогли скрыть свою тревогу. Говорил ли Роф о своих мечтах, или же он намекал на реальный заговор, который он готовил со своими людьми. Картина, которую Роф нарисовал, их очень встревожила. Рассуждая логично, можно было предположить, что Роф со своими головорезами не рискнет напасть на телохранителей королевы. Во всяком случае не в самом городе. Но если королева и ее приближенные будут далеко за городом с малочисленной охраной?
Обдумывая все это, Тирус вспомнил замечание Сешти о том, что эта охота была задумана сэром Обажем. Повод для этого — демонстрация нового соколиного выводка. А может, есть другая, скрытая причина? Может сэр нанял Рофа и его головорезов и те устроят ловушку? Зачем? Напугать Джателлу и заставить ее подчиняться воле Обажа? Может, таким путем полный амбиций лорд хочет получить трон, который ему не добыть честным трудом? Связан ли Обаж с Рофом? А может, Роф продал себя кому-нибудь более могущественному и опасному хозяину, чем этот придворный хлыщ? Колдуну? Роф, кажется, знает о колдовстве и магии очень многое.
Роф улыбался Тирусу. Взгляд его был непроницаем.
— Да, соблазнительное зрелище! Но ни один разбойник не рискнет напасть на ее телохранителей. В полях Дрита для королевы нет никакой опасности. Ни разбойников, ни варваров.
— Нет варваров? — повторил Эрейзан с сомнением в голосе.
— О, теперь вы будете у меня выпытывать о варварах, о пропавших крестьянах на северной границе? Затем вы спросите о диких россказнях, которые слушают и распространяют легковерные простаки. Спросите еще о крантинском мифе, об Андару, который объединят народы Крантина. Спросите о чужих людях из-за Восточного океана, которые приходят вместе с солнцем и приносят вам горе. Спросите о…
Тирус оборвал его:
— Как ты и сказал, мы будем спрашивать о крестьянах. Остальные мифы ты можешь оставить при себе. Многие думают, что эти рассказы о крестьянах распространяются для того, чтобы посеять тревогу в тех землях. Они думают, что это делается для того, чтобы с границ ушла охрана и тогда в страну вторгнутся бароны из Ирико или воины из других пограничных государств.
Роф скептически искривил губы.
— Насколько я знаю, никаких вторжений не предвидится. Хотя крестьяне действительно пропадали. Я слышал это в нескольких местах, где был.
— Ты недавно там был? Где именно? — спросил Тирус.
— Далеко. Я путешествовал на севере даже в Ледяном Лесу на границе с запретной страной Бога Смерти. Послушайте моего совета. Забудьте те места. Там нет ничего, только опасность, холод и то, что смертные не должны видеть.
Роф со стуком опустят кубок на стол, приказав служанке наполнить его. После этого он лукаво сказал:
— Что-то вы мало пьете, актеры! Вы вся еще не доверяете мне и боитесь опьянеть здесь, в этим прелестном гнездышке, где я хозяин? Ну и что же, это умно с вашей стороны. Но вы ее умнее и задаете мне всякие вопросы. Но почему вы спрашиваете, кому я служу? Я сам себе хозяин. Других нет.
Тирус задумчиво крутил кубок в ладонях.
— Нам нужен проводник, чтобы провести нас по некоторым… незнакомым землям.
— Вы хотите нанять меня? Ля! Идти в Ледяной Лес и запретную страну? Зачем вам это нужно? — спросил Роф с усмешкой.
Он слишком легко отнесся к предложению, и это снова пробудило их подозрения о том, что Роф находится под властью Врадуира.
— В Ледяном Лесу живет племя свирепых существ, которых называют Раскалыватели Черепов. Ничего названьице? Они растерзают вашу плоть, съедят внутренности, а из глупых черепов сделают чаши, если вы пойдете туда. Я хочу предложить вам кое-что получше. Работайте на меня, актеры.
— Что? — спросил Тирус, а Эрейзан от удивления поперхнулся вином.
Роф широко развел руки, его сломанные зубы в свете очага были, как окровавленные клыки.
— Я найду вам дело, а вы найдете во мне сильного руководителя.
— Не прими за оскорбление, лорд-бандит, но я думаю, что вино затуманило твой разум, — сказал Тирус. — Мы актеры, а не воры. Чем же мы можем быть полезны для тебя?
Выражение лица Рофа стало зловещим.
— Мне надоела эта игра. Рассказывайте другим, кто вы такие. Я видел вашу работу. И того, и другого. Ты не обычный акробат. Ни один смертный не сможет сделать то, что делаешь ты. А ты называешь себя фокусником. Я узнаю колдуна с первого взгляда. Ты один из колдунов. Я бывал везде и знаю настоящее колдовство. Ты, конечно, не одеваешь коричневую мантию, как колдуны в Крантине и Сарлосе, которые называют себя Ходящими по Паутине. Но ты владеешь настоящим колдовством. Давайте покончим с игрой. Я предлагаю вам защиту. Не думайте, я могу вас защитить. И с моим опытом и знанием Куреда и с вашим искусством, мы станем очень богаты.
