склада.
— Посвети мне, — попросила я Хомуру, передав ей тяжелый фонарик, который та не сразу удержала, немного подкосившись под его весом.
Оперевшись на одну из коробок, я нырнула руками к заметному устройству, аккуратно вынув его наружу. Раньше пользоваться им приходилось куда чаще, пока у меня не появились две пары крепких рук, потому теперь надобность в нем отпала, пока на вид хрупкая девочка о нем не вспомнила — ей он нужнее.
— Держи, — я протянула Хомуре дискообразную штуку, из которой торчал каскад крепких прутьев из стали Гадфильда. — Инструкция нужна?
— Да, желательно, — скромничая, промямлила она.
— Секунду, — сказав это, я нырнула в глубокий карман рабочих штанов, нащупав в нем свой большущий блокнот, в котором сразу же принялась искать самодельную инструкцию, перелистывая страницы.
Когда заветная писанина была найдена, я ловким движением вырвала лист, отделив его от своих деревянных собратьев, впоследствии протянув Хомуре.
— Ты что, сама ее написала? — оторопела она, вглядываясь в буквы на бумаге.
— А как еще, это ведь лично мое устройство — лень было делать что-то по стандартам, да и принтера у меня на тот момент не было, — пояснила я. — Подчерк разберешь?
— Вполне, — однозначно ответила Хомура.
— Это все?
— Да, — широко улыбнулась она, после чего неожиданно меня обняла. — Спасибо, Мисато!
— Ой, да что ты, — от внезапных объятий я растерялась. — Обращайся в любое время суток — помогу, чем смогу.
— Буду знать, — напоследок взглянула на меня Хомура снизу-вверх. — До встречи!
— Ага, пока-пока! — с долей умиротворения и небольшой радостью проговорила я, провожая уходящую девушку взглядом.
Весь обратный путь лежал через ту же темноту, и я даже не обратила внимания, куда Хомура положила фонарик, что я ей дала, потому возвращаться к парням пришлось наощупь, стараясь не воткнуться ни во что смертельно опасное. В какой-то момент я немного заплутала, хоть и видела тот источник света, к которому стремлюсь, и именно в это мгновение, когда проход среди коробок найти не удавалось, до ушей донесся весьма занятный диалог.
— Твоим же оружием, ага, — довольно глумился над Шином Николас. — Признай, она тебе нравится.
— Даже не знаю, — замялся Шин.
— Не знаю, не знаю — сам себе хотя бы честно скажи, — пробормотал Ник.
— Ты не так понял, — вздохнул собеседник, — она однозначно мне симпатична, ведь Мисато — хорошая девушка. Вопрос в том, достоин ли я ее, или гожусь только в гномы-помощники…
— Ого, — подумала я про себя, — что за интриги за спиной у одинокой девочки-инженера.
Решив немного посмеяться, я стала тихим шагом подкрадываться со спины Шина к столу, где стояла моя кружка недопитого кофе, который, вероятно, уже остыл. Николас сразу заприметил мое приближение, но, решив посодействовать в разоблачении, не стал выдавать мышь, что скоро окажется вплотную. Схватив со стола кружку, я столь же тихим шагом подкралась сзади, встав в стойку, ожидающую момента, когда Шин обернется и застанет перед собой нежданный сюрприз.
— Почему ты прямо не скажешь ей о своих чувствах? — продолжил свою аферу Николас.
— Потому что боюсь оказаться отвергнутым, очевидно, — вздохнул он. — Только представь себе атмосферу, которая между нами образуется: неловкое молчание, дрожащий голос и попытки избегать друг друга.
— Не попробуешь — не узнаешь, — улыбнулся Ник. — Мисато сама так говорила, потому ей приятно было бы увидеть, что ты усвоил один из уроков.
— Давай пока подождем, — отстранился Шин. — Хочу быть уверен в том, что заранее предреку, а иначе…
В этот момент в комнате послышался хлюпающий звук, прервавший речь практически на ее логическом завершении. Шин аналогично мне испугался и буквально подпрыгнул на месте от осознания, что кто-то за его спиной спокойно отпивает свой кофе.
— Горячий, — пробормотала я, вглядываясь в кружку.
— А, эм, — Шин сию секунду встал на месте как вкопанный, — как давно ты тут стоишь? — его голос неловко дрожал и лицо покраснело, выдавая на себе то, что все вышесказанное — правда.
— Минуту, наверное, — отчужденно и непричастно произнесла я. — Секретничаете, мальчики?
— Да нет, чего уж, — отмахнулся Шин, будто ничего и не было.
— Да-да, Наташа, сейчас буду, — неумело и фальшиво лялякал Николас, схватившись за рацию, держа целью лишь одно — оставить нас наедине.
— Эй, ты меня подставил! — вдруг осенило Шина, но было уже поздно что-либо скрывать.
— Простите! Наташе срочно нужен Николас Райс! Ничего не поделаешь! — напоследок пролепетал Ник, после чего довольной походкой скрылся за коробками.
С этого момента мы в самом деле остались наедине, от чего Шину стало максимально некомфортно, особенно под моим прямым ехидным взглядом, вглядывающимся прямо в душу. Честно говоря, я впервые слышала подобные слова в свой адрес, ведь до этого парни не проявляли ко мне никакого интереса, за исключением дружеского, потому-то всегда приходилось общаться с ними на одной волне — не более. Сейчас же я и сама не знаю, что думать и что говорить, но никакого ощущения неправильности или стеснения не присутствует, будто все и должно было так сложиться.
— Ты все слышала, да? — тяжело вздохнул Шин.
— Каждое слово, — подтвердила я.
— И… что теперь? — замялся он, сгорая от стыда разоблачения.
— Повторишь мне это в лицо? — улыбнулась я, играючи хлебнув из кружки еще один глоток горячего кофе.
— Чего уж тут скрывать, — произнес Шин, опустив голову, — ты итак все уже слышала. Скажу честно, а там — будь, что будет, — набравшись уверенности, которой так не хватало, он заговорил, с тяжестью выдавливая из себя такие простые слова. — Знаешь, Мисато, мне с тобой всегда было так хорошо и спокойно… Я и во влажных мечтах подумать не мог, что найду девушку, чьи интересы так тесно пересекаются с моими. Мало того, ты оказалась значительно умнее и способнее меня, заставив чувствовать себя так, будто я не в своей тарелке, но с каждым днем, по мере того, как я учился и впитывал твой опыт, я понял, что… влюбился.
— Ого, — улыбнулась я, после чего снова отхлебнула из кружки, что уже превратилось в настоящую забаву.
— Знаю, это звучит глупо и мне до тебя еще далеко, — вздохнул он. — Ты, должно быть, считаешь, что я простой олух…
— Так и есть, — подтвердила я, продолжая делать напрягающий вид, — ты дурак и простофиля.
— Так и знал, — с грустным лицом промямлил он.
— Но это вовсе не значит, что мой ответ — «нет», — произнесла я, широко улыбнувшись.
— Чего? — опешил он.
— Знаешь, — заговорила я, посмотрев куда-то в сторону, — мне было очень одиноко здесь взаперти. Порой не хватало кого-нибудь такого, с кем можно обговорить детали очередного проекта и найти в нем изъяны. Ты прав, думая, что я опережаю тебя умом, и
