обнаружил деревню».
— «О-па, разобрался с этим? Зашёл? Познакомился?»
— «Маркиза, не говори так быстро. Пропадаешь».
— «Поздоровался?» — громко и чётко от злости проговорила она.
— «Нет, не заходил. С виду мирная. Парочка домов и огород. Ни ограждений, ничего. Приём?»
— «Поняла. У нас пока ничего».
— «Ладно, осторожнее там. Конец связи».
Радейка замолкла. Маркиза подтянула все подсумки и лямки, взяла свою любимую СВД с глушителем. Посмотрела на напарницу:
— Ну что, пошли?
— Давай, следуй за мной, я далеко не отойду.
***
Параллельно этому.
Был уже полдень. Солнце пекло сильнее всего в это время, но это никак не мешало Наташе пойти на обещанное обучение с сыном. Наоборот, сейчас, когда все звери прячутся от солнца, самое безопасное время для обучения, следы никуда не убегут. Отлетев на пару километров от своего дома, она решила начать с самого простого — небольшой речки. Дэгу был гиперактивен. Его давнее желание, даже мечта, сбывалась. Всё в округ было совершенно новым, незнакомым, и всё это его манило.
Возле реки Наташа сразу начала с объяснения того, что все звери ходят на водопои, а не берут воду в металлических горшках, как они, и что именно здесь можно было найти следы. Перед походом, она серьёзно позаботилась о том, чтобы сын выучил несколько следов, которые пришлось нарисовать вручную.
Так и случилось: через несколько минут поисков, они наткнулись на уже старые следы косулей. Дэгу всё время внимательно слушал маму. Наташа очень старательно и даже строго обучала его определять, как давно были оставлены следы, по глубине ямки, по рыхлости грунта, по поверхности, в которой они были оставлены, проверяла сына на внимательность, спросив того про погоду, которая играла очень важный фактор в следопытстве. В обучении применялось всё: от визуального и осязательного изучения следов до изучения с помощью нюха и даже эхолокацией.
Когда она с Дэгу определили животное, направление движения и свежесть следов, она сказала, что они пойдут по следам, чтобы найти место, где могли пастись их потенциальные кандидаты на ужин. Дэгу делал успехи и радовал маму. Спустя некоторое время, он продвинулись вглубь лесов, где Дэгу очень старался идти по следу. По сути, он вёл мать по следам, а она просто шла за ним. Дракончик боялся сделать ошибки, расстроить мать. Ему впервые в жизни дали полностью открытую местность, дали «порулить», из-за чего тот сильно волновался. А Наташа специально сделала именно так, чтобы Дэгу разрушил для себя эту стену и начал действовать чуть увереннее и самостоятельнее. Естественно, она не выкидывала мысль о том, что излишняя уверенность ему может навредить, и была очень внимательна, чтобы в нужный момент помочь сыну и сказать парочку уроков так, чтобы тот усвоил их и запомнил бы на всю жизнь. Спустя час преследования следов, Наташа почувствовала знакомый запах и остановила сына, сказав тому тоже принюхаться. Обоняние дракончика ещё было слабым, но даже в таком возрасте он уловил нотки запаха парнокопытных. Наташа резко изменила маршрут и повела сына повыше на гору. Выйдя на открытое место с небольшой скалой, она сразу увидела полянку с пасущимися косулями. Дэгу увидел их только тогда, когда залез на камень скалы и был очень рад. Наташа тоже была рада и заявила, что это он их нашёл, это его заслуга, его первая победа.
Дракончик сразу предложил поохотится на его «добычу», чтобы порадовать всех к вечеру, на что получил жёсткий отказ от матери, которая указала очень много причин о его неготовности к охоте даже на таких животных. Дэгу не сильно расстроился, поскольку уже за половину дня испытал крайне много эмоций, о которых только и думал весь предыдущий день. Отдохнув несколько минут на скале, Наташа решила, что Дэгу нельзя давать большой передышки, чтобы к вечеру тот вымотался в какой-то мере и был готов сразу лечь спать, а не как обычно: сказка, колыбельная и пару похождений. «Ну что, дружок, со следопытством на сегодня хватит, ты преуспел, пара перейти к ботанике», — встав с нагретой земли заявила Наташа. Дэгу показалось это немного скучнее, чем следопытство. Он мечтал о путешествиях, охоте, выслеживании. Типичный мальчишка. Только он не учёл, что его мать крайне проворная и не собиралась начинать с съедобных ягод, а сразу пошла к несъедобным ягодам, грибам и корнеплодам.
Спустя час прогулки и учения разных растений, она провела сыну словесный экзамен. Результат её вновь обрадовал, и она решила не возвращаться домой, а перейти к лечебным растениям…
Побродив по склону, парочка вышла к не очень глубокому ущелью: глубиной в 30 метров от вершины склона, на котором она находилась; шириной в 150–200 метров; и длиной в 500; усеян он был редко растущими молодыми деревьями и кустарниками, в глубине также стелились заросли кустарников, и росло не больше десяти высоких кедров. Именно здесь, на склоне перед этим ущельем, она нашла несколько самых популярных цветков этой местности. Растения Алтая был её профиль ещё давно, она одна из немногих, кто был в альпинистской группе, подготавливалась к тому, что в экстренной ситуации придётся добывать и пищу, и лекарства из того, что растёт, так что это сильно помогло всем им, после того, как они выбрались из бункера после зимы и стали осваиваться.
***
— Дэгу, стой, — она сразу остановилась и присела возле Золотарника, — видел раньше этот кустарник?
— Нет, — дракончик обнюхал растение и наивно виновато посмотрел на мать, — он тоже жёлтый, как Курильский чай, но у него такие…такие длинные цветы…
— Знакомься, это — Золотарник. Золотарник растёт практически везде, что в лесу, что на полянках, что в горах, точно также, как и Курильский чай. Этот кустик нам крайне необходим, он всегда нам помогал, когда было нужно.
— А как?
— Очень просто. Золотарник прекрасно борется с микробами. Я именно из него сделала отвар, когда лечила Лаву после того, как она погуляла под дождём. Ясно?
— Ясно, — Дэгу снова обнюхал цветок.
— Чем пахнет?
— Не знаю, — тот пожал плечами вместе с крыльями.
— Попробуй объяснить, — ласково настояла она.
— Ну, он такой, — тот снова принюхался, — сладковато…сладковато-кислый…
— Молодец, — она кивнула, — в нём много кислот и смол. Поэтому такой интересный аромат.
— Ясно.
— Правда приятно?
— Ага, — кивнул тот, после чего снова обратился к матери: — Мам, это получается, что если кто-то заболеет, то я смогу приготовить отвар из золотарника и вылечить?
— Не всё так просто, дружок, — улыбнулась она, — необходимо соблюдать определённую дозу в приготовлении, иначе ты можешь убить больного.
— Почему?
— В больших дозах золотарник ядовит.
— А, — протянул тот, — а сколько нужно?
— Когда я вас
