– Промышленные токсины, – она взглянула на крохотный дисплей. – Остаточная концентрация. Но для растений все еще губительная.
– Интересно, откуда тут взяться токсичным веществам? – удивился Максим.
Кейтлин снова взглянула на экран кибстека, переключила режим нанокомпьютера, пожала плечами:
– Должно быть, грунтовые воды размыли могильник отходов.
«Исчерпывающее объяснение!» – раздраженно подумал он, присел на корточки, вскинул бинокль. Слова Кейтлин вновь не нашли понимания, так же, как ее спокойный тон.
Черная, извилистая полоска резко приблизилась. Конечно, не настолько, чтобы рассмотреть мелкие детали, но кое‑какие подробности он заметил.
Это действительно был лес, только очень странный, если не сказать – зловещий. Высокие деревья с толстыми, узловатыми, замысловато перекрученными стволами образовывали сплошную стену, переплетались ветвями, и лишь кое‑где в непроходимой чащобе зияли прорехи.
Максим медленно осматривал границу между пустошью и черными зарослями.
«В глубины леса уходила старая дорога. Уже легче. А это что? Просека? Для чего?» – он задержал взгляд, заметил фрагмент трубы внушительного диаметра, выпирающий из‑под земли, да пару покосившихся решетчатых конструкций, похожих на опоры линии электропередачи.
Получается, Кейтлин права? Пустошь, пропитанная смертоносными химическими соединениями, невысокие холмы, явно скрывающие под собой руины, между ними, в ложбинах, сеть пришедших в негодность дорог, – взгляд Максима теперь скользил по пространству, которое им предстояло преодолеть на пути к лесу. – Смахивает на крупную, разрушенную до основания промышленную зону?
– Кейтлин, у вас были хоть какие‑то разведданные? – спросил он, продолжая пристально изучать местность.
– Шутишь? – она отозвалась сразу, словно ждала вопроса, и тут же добавила: – У командиров групп, может, и были. А нам только в общих чертах обрисовали ситуацию, предупредили, что вероятны столкновения с кибернетическими механизмами, но как выглядят они, чем опасны – не имею понятия. Кстати, держи, пригодится, – она протянула ему два цилиндрических устройства.
Максим нехотя опустил бинокль.
– Что это? – темный цилиндр с приспособлением для установки лазерной растяжки был похож на гранату, второй вообще выглядел незнакомо, не вызывал никаких ассоциаций.
– РЭГ. Разовый электромагнитный генератор.
– Проще говоря – электромагнитная граната? – уточнил Максим.
– Угу. Радиус поражения кибернетических устройств – в пределах прямой видимости. Так что, прежде чем метнуть, отключай электронику, иначе сгорит.
– Мне это не грозит. Кибстек чужой, я его держу отключенным, от греха, автомат переведен на механику, – Максим взял гранату, взвесил на ладони, затем сунул ее в нагрудный кармашек разгрузки. – А это что? – он взвесил на ладони второй цилиндр.
– Тепловая ловушка. Ложная цель, – пояснила Кейтлин и добавила: – Тут поблизости тоннель, – пока Максим в бинокль изучал черный лес, она успела просканировать ближайшие холмы. – Взгляни, – ее кибстек спроецировал двухмерную карту. Зеленоватое свечение легло узором линий на плоскость выпирающего из‑под земли бетонного обломка. – Видишь?
Он взглянул на схематичное изображение, свел брови:
– Вижу, но что это нам дает? Твой сканер взял метров на сто, не дальше?
– Сто десять.
– Не вариант. Не нравятся мне подземелья.
– Подумай. Тоннель сканируется четко, ведет в нужном направлении.
– А если он завален? Ну, чуть дальше, куда твой сканер сейчас не достает? Только время потеряем.
– Макс, ну давай хотя бы попробуем! – Кейтлин проявила настойчивость. – На поверхности слишком опасно.
– Почему? – ему не нравилась сама идея. После недавних блужданий по внутрискальному лабиринту рассудок отчаянно протестовал.
– Местность открытая. Идти по дорогам? Будем как на ладони. Карабкаться по холмам? Тоже, по‑моему, рискованно.
– А кого ты опасаешься? Взгляни, – он протянул ей бинокль, – ни намека на движение!
Чуть ниже по склону внезапно послышался шорох. Не то камушки осыпались, не то шевельнулся кто‑то?!
Максим метнулся к каменной глыбе, выпирающей из земли, присел за ней, осторожно выглянул.
Рагд!
Сферический механизм выглядел изрядно потрепанным, его корпус был помят, оружейные подвески пустовали.
– Видишь его?
– Да. Выглядит поврежденным. Но что он делает?
– По‑моему, прячется!
Рагд медленно двигался вдоль склона, старательно повторяя все неровности рельефа. Его внимание привлекло нагромождение камней, лежащее ниже. Подлетев к нему, он действительно попытался замаскироваться, приземлился среди валунов, его пегий, покрытый подпалинами корпус фактически слился с окружающим фоном.
Максим и Кейтлин испытывали в эту минуту совершенно разные чувства.
Он неотрывно смотрел на чужеродную кибернетическую тварь, начиная понимать, насколько опасен лежащий впереди участок пустоши. Сколько еще механизмов затаились вот так по склонам? Все ли они безоружны? Чем чревата неожиданная встреча с ними?
Холмистая местность вызывала множество вопросов. Что тут было раньше? Заводы? Какую продукцию они производили? Уж не рагдов ли?
Максим понимал, что видит следы существовавшей ранее высокоразвитой и загадочно исчезнувшей цивилизации. Кем они были? Легендарными Прототипами или же обычными людьми, нашими далекими предками? К последней мысли подталкивали вьющиеся между холмами дороги. Они выглядели вполне обычно, узнаваемо. Но тогда возникал еще один вопрос: кто разрушил сами постройки? Произошло ли стихийное бедствие, положившее начало темным векам, или причиной регресса стала война? Взгляд искал и находил новые подробности былого в виде внушительных по размерам, но уже почти стертых временем воронок, участков поверхности, похожей на стекло, тускло отблескивающей в лучах солнца.
Кейтлин переживала не менее острые чувства. Ее душа трепетала, но не от соприкосновения с тайнами темных веков. Она дышала глубоко, с упоением. Лицо овевал легкий теплый ветерок. Ласковые прикосновения осеннего солнца вызывали смятение. Каждый миг, каждый вдох казался бесценным. То, что раньше казалось чувствами, откровенно блекло на фоне реальных ощущений. Хотелось всего и сразу… Это сводило с ума…
* * *
Рагд затаился среди камней, аккумулируя солнечную энергию, но его уже заметили. Две группы сервомеханизмов давно наблюдали за ним, выжидали, как опытные терпеливые охотники, – они сканировали частоты связи, анализировали распределение тепла, улавливали всплески электромагнитной активности, воспринимая мир по‑своему, оценивая его при помощи датчиков.
– Макс, ты их видишь?! – Кейтлин уловила встречное сканирующее излучение, и хрупкий упоительный миг, полный неосознанных порывов, тут же рассыпался льдинками острых, тревожных ощущений.
В душе осталась нежная горечь теплого осеннего дня, вопрос, так и не заданный Максиму, и рассудок не смог оттолкнуть все лишнее, мешающее его эффективной работе.
Люди ничего не ценят. Они просто не замечают данное им природой. Расходуют попусту, создают проблемы и погибают, решая их, – горечь нарастала, силясь утопить здравый смысл в нахлынувших эмоциях.
– Где? – Максим тщетно пытался обнаружить противника. Его лицо вмиг посерело, черты заострились. Дыхание стало частым, но неглубоким.
«Да, он просто не замечает пронзительной красоты теплого осеннего дня, не обращает внимания на невесомые паутинки»… – подумала Кейтлин, а вслух произнесла:
– Боевые сервы! – странное, незнакомое слово резануло слух. – Тридцать градусов на юго‑запад!
Он резко повел биноклем. Точно! Группа из девяти механизмов, примерно в километре. Затаились в естественных укрытиях на склонах холмов! Внешне выглядят незнакомо. По форме корпусов и строению конечностей напоминают муравьев.
– Еще, Макс. Семнадцать градусов на юго‑запад!
