дошло до них, а затем продолжила.
— Хорошо. Масего, ты можешь сузить круг поисков демона? Погоди, послушай, для начала ты можешь сказать мне, откуда он вообще взялся здесь?
Подмастерье поморщился. — Яйцо Преисподней. В горах есть Яйцо Преисподней. Именно это и пытался сказать Лорд Блэк, — сказал он через мгновение, и титул моего учителя прозвучал почти сардонически в его устах.
Он больше привык называть его дядей Амадеем, хотя сама мысль о том, что Блэк может быть чьим-то дядей, приводила меня в ужас.
— Притворись, что я не знаю, что это такое, — вздохнула я.
— Императрица Ужаса Торжествующая…
— Пусть она никогда не вернется, — пробормотали все, кроме него и меня, прижимая костяшки пальцев ко лбу.
— Это быстро надоест — заметила я.
— Та Самая Императрица, — раздраженно проговорил Подмастерье, — использовала демонов и дьяволов, когда завоевывала Калернию. Большинство демонов были привязаны к штандартам ее легионов, хотя она держала несколько под рукой для личного пользования. К тому времени, когда она умерла и обрушила Башню на пришедших за ней героев, осталась лишь горстка штандартов.
Он сделал паузу, с благодарностью принимая кубок вина, который, пока я не видела, налил для него Хакрам. Полагаю, нам всем сейчас не помешает жидкая храбрость.
— Блэк поручил отцу найти их на нашей новоприобретенной территории после Завоевания, — продолжил он, уже забыв о той благородной вежливости, которую он проявил ранее. — Рядом с Харроу есть один, над которым он построил дополнительные обереги. Он подозревал, что в холмах вокруг Марчфорда есть еще один, но никогда не мог быть уверен — его охранял какой-то жреческий оберег, а имперская политика заключается в том, чтобы оставлять их в покое, если они не представляют прямой угрозы.
Я откашлялась.
— Урок истории хорош, и место в Харроу на данный момент находится под печатью моей власти как Оруженосца, но это не говорит нам, что это за демон. Это безумие, как тот, которого она обрушила на Лауэр?
Девять жителей из десяти погибли в результате этой мерзкой военной тактики, включая всю королевскую линию Албана. Он покачал головой.
— Это должно быть разложение или отсутствие, — ответил он. — Все остальные учтены. Я склоняюсь к разложению, учитывая, что мы помним, зачем вообще нужен этот разговор.
Не стыдясь признаюсь — дрожь пробежала у меня по спине. Каждый кэллоу был воспитан на историях о том, что могут делать демоны, когда их выпускают на волю, и у обоих этих видов были известные легенды. Демон отсутствия, считалось, был причиной того, что в течение двух столетий во всей империи Ян Тей о нём нигде не упоминалось, а затем он внезапно появился в истории. Люди даже не заметили, что он исчез, или что вообще что-то пропало. Что касается разложения… ходили легенды об эльфийском лесном королевстве по ту сторону Тирского моря, где незнакомец однажды прикоснулся пальцем к драгоценному камню, который был сердцем леса. В течение двух недель все королевство превратилось в хищных зверей, которые питались кровью и костями, убивая тысячи, прежде чем они были милосердно повержены героями. Это было, пожалуй, самое страшное в демонах: большинство из того, что они делали, не могло быть отменено. Они уродовали Творение навсегда.
— Пока мы будем действовать, исходя из предположения о разложении, — сказала я. — Есть возражения?
Все вокруг покачали головами.
— Лорд Подмастерье, — тихо произнесла коммандер Хун. — У вас есть идеи, кто мог выпустить этого демона на свободу? Не потревожили ли Серебряные Копья подопечных в их полете на юг?
О, Плачущие Небеса. Наемники были в горах, где находилось гребаное воплощение разложения. Это плохо кончится для всех, кто в этом замешан.
— … уже несколько раз подвергалась саботажу с ее стороны, как мне дали понять, — говорил Масего, когда я снова начала обращать на него внимание. — У Волофа лучшие исторические записи в Империи, я бы не стал ставить знание местоположения выше её.
— Это Наследница, — решительно сказала я, переходя к делу. — Это всегда ублюдочная Наследница, когда дело доходит до такого дерьма. Одинокий Мечник — первоклассный придурок, но он не из тех, кто вызывает демонов. Я сомневаюсь, что у кого-то еще на стороне мятежников была бы возможность сломать защиту, достаточно хорошую, чтобы сдержать демона или яйца, чтобы пройти через это.
Хун моргнула.
— Она гражданка Империи, — медленно произнесла огриха. — Мы находимся в центре военных действий против угрозы гегемонии Праэс. Это… абсурд. Что она может извлечь из этого?
— Думаю, она хочет пустить кровь Пятнадцатому, — ответила я. — Или дискредитировать нас, чтобы ее собственный вклад в военные усилия выглядел лучше в сравнении. Она вкладывает деньги в подавление восстания лишь постольку, поскольку это укрепляет ее собственное положение, Хун. Если она будет последней женщиной, стоящей на ногах, когда пыль над этим беспорядком осядет, она получит все награды.
— Доверься человеку, который сумеет испортить отличную войну, — прорычала Верес. — Я не хотела тебя обидеть, Айша.
Крыса, похоже, даже не удостоился извинений. Наверное, это не должно было меня так забавлять.
— Немного задело, — сухо ответила Айша. — Акуа Сахелиан — жалкая сука, у которой больше амбиций, чем здравого смысла, если вы все простите мне мой язык. Волофиты известны своей гордостью и непостоянством.
Что ж, если в Творении и была какая-то константа, то она заключалась в том, что всякий раз, когда в комнате находились двое Праэс-аристократов, по каждому предмету высказывалось по меньшей мере три различных мнения. Тем не менее, я отложила неприязнь в тоне Айши для дальнейшего использования — я взяла ее в Пятнадцатый по просьбе Верес и никогда не получала повода жаловаться на ее службу, но от моего внимания не ускользнуло, что она была самым политически уязвимым из моих офицеров. Если бы она была магом, она была бы моим самым сильным кандидатом на то, кто сливал информацию Наследнице. Не имело значения, насколько далеко по линии наследования она находилась, в Пустоши кровь давала о себе знать.
— Итак, разложние, — заговорила я, возвращая нас к теме. — Подмастерье, ты самый близкий к нам эксперт в этом деле. Есть шанс, что Серебряные Копья уберутся с холмов раньше, чем соберутся все…
Я неопределенно махнула рукой, чтобы донести свою точку зрения, точное прилагательное для этой ситуации ускользало от меня. Маг Сонинке задумчиво потер лоб.
— Нет,
