– Вы работаете на Макса?
– Я частный детектив, – пояснил Хоб.
– Вообще-то вы не очень похожи на частного детектива.
– У меня не было времени надеть свой детективский прикид.
– Вы давно знакомы с Максом?
– Около десяти лет. Познакомились на Ибице. Бывали там?
– С родителями лет двенадцать назад. Мы останавливались в доме друзей в Санта-Гертрудис. И один раз уже сама по себе, года четыре назад. В тот раз я останавливалась на Форментере. Форментера в счет?
На западе Средиземного моря, между Францией и Испанией, расположена четверка Балеарских островов. Майорка – крупный, Ибица – сумасшедший, Менорка – английский, а Форментера, расположенный всего в миле-другой от Ибицы, – остров солнцепоклонников, куда отправляются сумасброды, чтобы скрыться от других сумасбродов.
– Еще бы не в счет!
Хоб уже собирался спросить, как ей там понравилось и не хочет ли она навестить острова в ближайшее время – скажем, сразу после Парижа, быть может, в компании частного детектива, но тут она осведомилась:
– У вас есть пистолет?
– Пистолет? В смысле, собственный?
– Мне нет дела, собственный он у вас или чужой. Есть у вас с собой пистолет?
– Нет. А это важно?
– Наверно, нет.
– Вы считаете, нам понадобится пистолет?
– Не исключено.
– Что же навело вас на подобные выводы?
– А то, что нас преследуют.
Хоб оглянулся. Как раз в тот миг Аврора заметила просвет в потоке машин и бросила автомобиль туда. Никогда не предполагайте, как Хоб, что милашка, сидящая за рулем «Порше», ничего не знает о вождении. У милашек часто есть дружки-хулиганы, обучающие их основам гоночного искусства. Аврора прогнала коробку скоростей через все передачи – каковых было не так уж много, всего четыре или пять, а может, чуть больше. Развернувшись, она покатила к окраинам, обогнула Фултоновский рыбный рынок, как пилот на спортивном самолете, и снова понеслась к центру по Черч-стрит. «Порше» выл, как баньши,[96] и льнул к дороге, как пиявка. Оглянувшись, Хоб заметил, что машина преследователей тоже проделала этот безумный разворот и мчится по горячему следу. Когда она проехала под фонарем, Хоб увидел, что это белый «Мерседес» последней модели. Сколько там людей, разглядеть не удалось. Расстояние быстро сокращалось.
– Черт, – буркнула Аврора, – мне говорили, что этого не будет.
Сбросив скорость, она неожиданно свернула за угол. Несмотря на ее мастерство, машину занесло. По счастью, движение было довольно жидким. «Мерседес» вылетел с Ганзеворт-стрит и помчался по Гринвич-авеню, быстро догоняя «Порше». Как всегда, когда попадаешь в затруднительное положение, полиции нигде не было и в помине. Аврора снова проделала головокружительный поворот на двух колесах на Восьмую улицу, подрезав бордюр, но водитель «Мерседеса» тоже знал свое дело и не отставал.
– Вы хотя бы умеете пользоваться оружием? – спросила Аврора.
– Смогу, когда придется.
– В бардачке есть пистолет. Возможно, придется.
Хоб вытащил пистолет, смахивающий на «люгер», – черный, с длинным тонким стволом. Держа его, он ощутил себя не в своей тарелке, тем более что не знал, как эта штука устроена. Даже не догадывался, сколько там предохранителей. И пока ломал над этим голову, «Мерседес» с воем понесся рядом. Грохот выстрелов потонул в реве двигателей, а в ветровом стекле вдруг появились две аккуратные дырочки.
– Эй, – воскликнул Хоб, – во что это вы нас впутали?
– Не паникуйте, – бросила Аврора. – Смотрите.
Она держала «Порше» на низкой передаче – на второй или третьей, кто его знает, – на большой скорости мчась по Бродвею. «Мерседес» пытался снова поравняться с ними.
– Держитесь! – Аврора резко затормозила, вывернув руль, и тут же выжала газ, проделав такой великолепный полицейский разворот, какие бывают только в кино. «Порше» заскользил на всех четырех колесах, взревывая и подвывая двигателем, будто истеричный оратор, пытающийся что-то доказать, каким-то чудом развернулся ровно на 180 градусов и тут же понесся прочь от центра. «Мерседес» занесло, он снова сделал заход, Аврора аккуратно разминулась с ним и помчалась прочь, пока «Мерседес», стукнувшись о пару стоящих у обочины машин, вынужден был притормозить, чтобы восстановить равновесие. Они тут же пересекли площадь Святого Марка, скрывшись из виду, потом рванули на север по Первой авеню, мимо Бельвю. «Мерседес» не показывался.
Проехав на запад по Второй авеню, Аврора остановила автомобиль у бордюра на Шестнадцатой улице, поставила его на ручной тормоз и откинулась на спинку сиденья со вздохом облегчения.
– Отличная работа, – одобрил Хоб.
– Ага, – она невесело улыбнулась. – Что есть, то есть. Сигаретки у вас не найдется?
Конечно, после автогонки без сигареты просто никак. Фактически говоря, тогда-то Хоб закурил единственный раз с тех с пор, как недавно бросил. Он выудил «Дукадо», одну из нескольких оставшихся испанских сигарет.
Аврора приняла ее трясущейся рукой, затянулась и, выдохнув дым, сказала:
– Послушайте, может, вам не помешает узнать, что у меня возникли проблемы.
Глава 26
Круглосуточное кафе Люка «Незабудка» располагалось на Шестнадцатой улице рядом со Второй авеню. Весьма яркое заведение – сплошь неон и цветные огни, зеркала и искусственные цветы. Огромный музыкальный автомат «Вурлицер» бубнил сентиментальные шлягеры сороковых годов – владелец Мойша отдавал этим мелодиям предпочтение, потому что слышал их в киббуце в Айн-Кляйн за год до эмиграции в Америку. Официантки сошли с того же конвейера, что и другие: крашеные блондинки, на губах жирный слой помады, поблескивающий во тьме, розовая униформа скрывает потные, бесформенные тела. Аврора заказала кофе и тост с маслом.
– Ну так что, – сказал Хоб, – растолкуйте, что, черт возьми, происходит?
– Долгая история. Даже не знаю, с чего начать. Даже не знаю, как подать Пако.
– Начнем с Макса. Это он меня подставил?
– Вы чересчур подозрительны, – возразила Аврора. – Уверяю вас, Макс ни о чем не знает.
– А кто такой упомянутый вами Пако?
Она заколебалась, чуточку выпятив нижнюю губу в очаровательнейшей гримаске года.
– Он вроде как замешан. Это ужасно запутанная история.
– И к тому же долгая, как вы уже отметили.
– Послушайте, – Аврора внезапно взяла деловой тон. – Мне надо кое-что кое у кого забрать и доставить кое-куда. Уклониться от этого нельзя, я просто обязана сделать это.
– А до после Парижа это не подождет?
– Я должна сделать это сегодня же вечером.
– С виду вполне разумно, – поддержал Хоб. – Но становится все более очевидным, что кто-то хочет вам помешать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
