подрабатывает ночным дозорным? На полставки, потому что ещё несовершеннолетняя? Ходит такая по ночам с колотушкой: «Спите, жители Багдада, в городе всё спокойно!» Да хрен там плавал. Одна заколка, которая декорации ради зацеплена в девичьей прическе, стоила… не скажу в йенах, но нормально стоила, там не стекляшка и не поделочный камень. Кицуки-старший оборванцем тоже не выглядел, вспомнить только нашу первую встречу. Я по сравнению с ним смотрелся как британский бездомный, хотя костюмы носить люблю и умею. Клан при деньгах, и раз уж Ичика позволила себе заколку с дорогой каменюкой, а не довольствуется спартанской шпилькой, то с карманными деньгами тоже не ржавеет. Она не вынуждена подрабатывать кем бы то ни было.
Я мысленно закрыл лицо рукой. Как же мало я об этом знаю. Может, здесь каждый йокай в состоянии двигаться со скоростью звука, только я один медленный. В этом случае Ичика тоже лохушка, иначе я бы ничего и не заметил, ведь остальные как-то скрываются?
Предположение выглядело как попытка натянуть сову на глобус. Я искал любую причину, по которой вчерашний ниндзя в черном был бы кем угодно, но не Кицуки Ичикой. Сова не натягивалась.
Если у рядовой старшеклассницы (ну ладно, не такой уж рядовой!) достает сил бегать по ночам после школы, клубов и домашних дел, прыгать по фонарным столбам и кошмарить аякаси, то остаются ровно три вопроса.
Куда я, нахрен, попал?
Кто они, нахрен, все такие?
Это ж как, нахрен, будет выглядеть моя суженая, если мне ничего не мерещится и они тут реально все такие?
— Константин-кун, ты в школе уже ориентируешься, провожать не требуется? — мое замешательство, к счастью, прошло мимо Ичики, продолжавшей по поручению старшего брата изображать заботу для новенького. Единственного в школе, кого ещё удивляет способность кидаться взрослыми бугаями… и, пожалуй, аякаси.
— Большое спасибо за помощь, Ичика-тян, — протянул я, изображая, что раскис от жары. — Вчера всё более-менее выучил.
Мы раскланялись, и я пошел измерять шагами лестницу на положенный третий этаж. Урок астрономии сам себя не посетит, как и все прочие.
Тамагояки, он же японский омлет, подкрался незаметно и догнал меня на уроке домоводства, точнее, уроках, которых было два подряд. Вела занятия, между прочим, лично госпожа комендант общежития, на вид дзасики-вараси-сэнсэй. И если я правильно опознал вид, то лучше ей не перечить, вообще и никогда. На своей территории японский домовой способен скрутить в бараний рог даже ками.
Данная мне в пару большегрудая лоля мило краснела при каждой попытке завязать разговор и опускала глазищи, обмахиваясь пушистыми ресницами. Несложно было догадаться, что ее навыки готовки мало отличаются от моих, а есть она предпочитает сырое мясо, желательно человеческое. Шутка сомнительная, но а вдруг? Времена, впрочем, нынче такие, что и людоеды-сыроеды с немалым удивлением для себя превращаются в хипстеров-веганов.
Может, для кого-то все и выглядело просто: полтора ингредиента и одна квадратная сковородка. Итак, начнем, рецепт я записал на листочке и следил за каждым движением преподавателя. Лоля старалась не мешаться и обмахивала ресницами заодно и меня. Было и в самом деле жарковато.
«Возьмите яйца куриные, пять штук». Пересчитал. Ага, вот пять штук.
«Соевый соус с низким содержанием натрия, одна столовая ложка». Отмерил, отлично.
«Рисовый уксус, одна столовая ложка». Есть, отлично. Может, не так уж я безнадежен, как привык думать.
«Сахар, две чайные ложки». Зачем во второе блюдо сахар? Ладно.
«Растительное масло». Вот, полбутылки.
«Соль, одна щепотка». Ну да, этот соус же почти несоленый.
Всё, продукты подготовили. Дальше что?
«В чашку нужно разбить куриные яйца. Добавляем соль и сахар». Шлёп!
Ладно, будет четыре яйца…
В чашку они помещаться отказались, даже несмотря на уменьшение количества. Вероятно, имелась в виду миска. Заменил. В миске четыре яйца, соль и сахар.
«Взбиваем с помощью венчика».
Что из этого венчик?
— Сэнсэй, как выглядит венчик?
Весь класс получил краткую инструкцию, что такое венчик, какой формы его клепают на фабрике и как им пользоваться. Стараясь удержать в голове эту, без сомнения, нужнейшую информацию, я чуть не выронил из рук миску, но вовремя спохватился.
«Добавляем рисовый уксус и соевый соус. Хорошо взбиваем».
Добавил. Куда уж лучше? Конструкция и так скоро в пену превратится.
«Процеживаем яичную массу через мелкое сито в чашку. Получается однородная смесь».
А эта чашка, которая в рецепте — это чашка или, как в прошлый раз, все-таки миска? Ладно, была не была. Кстати, что такое сито и почему непременно мелкое?
Мы стали счастливым обладателем познаний в ситах, а также степенях мелкости. Разумеется, пока справлялся с задачей, снова чуть не выронил миску. Сколько нужно рук, чтобы готовить? У меня явная нехватка.
«Горячую сковороду макиякинабэ смазываем растительным маслом».
У сковороды свое имя. Бабуля оценила бы, она с трепетом относится к кухонному инвентарю, особенно к тому, на котором жарят.
Как сделать сковороду горячей? Наверное, поставить на огонь. И какое-то время подержать. Столько хватит? Я проверил пальцем, насколько нагрелась сковорода. Хорошо, что окружающие не говорят на русском, хотя Изаму и пытается не ржать.
Так, теперь смазать. «Нанесите на сковороду тонкий слой масла. Чтобы достичь этого, поверхность сковороды протирается бумажным полотенцем или куском ткани, смазанным маслом. Иногда для этого употребляется хлопковый абсорбент (к примеру, ватный диск)». Бумажное полотенце подойдет, наверное. Смазано.
«Вылейте на сковороду тонкий слой смеси».
Тонкий — это как? Ладно, вылью половину.
«Закрученные омлеты делаются следующим образом: готовится тонкий прямоугольный омлет, который затем сворачивается палочками для еды в цилиндрическую форму либо в форму вытянутого куба. Чтобы ролл был одного диаметра по всей длине, исходный омлет должен быть прямоугольным».
В смысле палочками?!
Кажись, пока я пытался свернуть свое комковатое произведение искусства, всё сгорело к хренам. По цвету, по крайней мере, выглядело примерно так. В попытке не сильно ругаться я взмахнул рукой и зацепил миску с половиной яичной смеси. Вместо того чтобы цивилизованно упасть на пол и расплескать содержимое, миска подпрыгнула прямо на сковороду. Залило сразу и огонь, и обе палочки, и плиту, и до кучи меня самого.
Приготовление еды — это сложно, понятненько?
Впервые в жизни я пожалел, что не курю. И на всякий случай, выключив плиту, отошел от греха подальше. Одежду еще можно было отчистить.
Весь обед я приходил в себя и выглядел настолько жалко, что меня даже не подкалывали.
А потом случилась специальная социология, и я завороженно смотрел на свой листок, где из восьми вопросов осилил четыре.
На листке была отметка:
