собственные запасы еще до «Черной пятницы», даже не потрудившись сообщить о том своему партнеру. Гулд отмыл 11 миллионов долларов (два с небольшим года спустя Фиск был застрелен своим контрагентом, а вот Гулд по-прежнему процветал).
Грант ничего неверного не сделал в связи с «Черной пятницей», но из-за того, что он позволил спекуляции продолжаться так долго, он показал собственное невежество в финансовых вопросах и внес свой вклад в победу зла.
Если лично Грант был честен, то многие другие политики — ни в коей мере. У политиков была возможность закрыть глаза на закон в пользу коррумпированных бизнесменов или принять решения, легальные сами по себе, которые принесли бы доход той или иной группе. За это они сами получали прибыли, и никто не проигрывал, кроме общества. (Однажды в 1882 году, когда Уильяма Генри Вандербильта, сына и наследника Корнелиуса, газетный репортер спросил о мнении публики в связи с тем, что он делает, Вандербильт проворчал: «Да будет проклята публика!»)
Многие из правительств бывших штатов Союза были пронизаны политическим воровством и коррупцией, как самые худшие правительства карпетбеггеров в бывших штатах Конфедерации. Это была общая болезнь того времени в Соединенных Штатах. И в точности так же, как карпетбеггеры оставались у власти и зарабатывали, манипулируя голосами неопытных чернокожих, коррумпированные политики в северных городах делали то же самое, манипулируя голосами неопытных иммигрантов.
Самым известным таким политиком стал тогда Уильям Марси «Босс» Твид (род. в Нью-Йорке 3 апреля 1823 года). Он возглавлял Таммани-холл, организацию, которая контролировала городских политиков. Он занимал должности заместителя уполномоченного по улицам и заместителя уполномоченного по общественным работам и благодаря этому в течение 1850—1860-х мог заказывать ненужные ремонтные работы, изготавливать фальшивые счета и расписки и многими другими путями перекачивать часть общественных налогов в собственные карманы и в карманы своих друзей-политиков, которые ему помогали. В общей сложности он обошелся городу Нью-Йорк где-то в сотни две миллионов долларов.
Наконец он был разоблачен благодаря расследованиям «Харпере уикли». Твид не обеспокоился публикациями журнала, потому что был уверен, что большинство из тех, кто за него голосует, не умеют читать. Однако они могли смотреть на картинки, а у «Харпере» был в штате карикатурист по имени Томас Наст (род. в Ландау, Бавария, 27 сентября 1840 года). Считающийся отцом современной политической карикатуры, он использовал свой талант для поддержания боевого духа в ходе Гражданской войны (Линкольн называл его «наш лучший сержант-вербовщик»). Между 1869-м и 1871-м он рисовал одну карикатуру за другой, направленные против Твида и Таммани. В итоге Наст сокрушил Твида, и пройдет еще целое столетие, прежде чем этот подвиг журналистики в разоблачении коррупции в верхних эшелонах будет превзойден.
Твид угодил под суд, был обвинен и, наконец, умер в тюрьме 12 апреля 1878 года, но это не значило, что по стране нашлось бы много других аналогичных случаев, пусть и не столь одиозных.
Коррупция пробралась и в федеральное правительство. Одна из железных дорог, которую строили через западные территории, называлась «Юнион Пасифик». Для финансирования ее постройки в 1867-м была основана компания «Кредит Мобилье», и ее отчетами манипулировали таким образом, что примерно 20 миллионов долларов инвестиционных денег пошли не на стройку, а в карманы владельцев компании.
Чтобы получить гарантию того, что правительство ничего с этим воровством делать не будет, владельцы поделились частью денег с ключевыми фигурами в конгрессе и даже с вице-президентом Колфаксом. Любое разоблачение мошенников означало бы также разоблачение политиков, поэтому важные правительственные чиновники могли полагаться лишь на свою упорную борьбу против любой попытки расследовать деятельность компании.
Железную дорогу «выдоили» почти полностью, но в начале 1872-го нью-йоркская газета «Сан» смогла разоблачить всю аферу и назвать имена. Хотя это был наиболее заметный образчик коррупции в федеральном правительстве в те годы, его нельзя считать единственным.
И все-таки все мошенничество мира не могло удержать Соединенные Штаты от материального прогресса. Железные дороги, которые привлекали к себе столь много внимания жуликов, тем не менее появлялись с большой скоростью. 10 мая 1869 года железная дорога «Юнион Пасифик», которую строили к западу от Омахи, Небраска, и железная дорога «Централ Пасифик», которую строили к востоку от Сакраменто, Калифорния, встретились в Промонтори, Юта, примерно в 65 милях к северо-востоку от Солт-Лейк-Сити. Золотой костыль был забит на месте соединения, и две части страны, атлантическая и тихоокеанская, оказались связаны рельсами на всем протяжении. По этому поводу состоялось общенациональное празднование, и вполне заслуженно, потому что публика внесла больше, чем ей было о том известно. Хитрость частных предпринимателей привела к тому, что правительство предоставило им 23 миллиона акров земли и 64 миллиона долларов.
В 1870 году население страны составляло 38 558 371 человек, более чем на 22 процента выше, чем в 1860-м, несмотря на кровопролитие Гражданской войны. Это во многом было результатом иммиграции, которая наводняла Соединенные Штаты практически без ограничения. Между 1860 и 1870 годами в страну прибыли три миллиона иммигрантов, и больше миллиона из них — из Великобритании и Ирландии.
Соединенные Штаты с их обширными просторами и дешевой землей, с их отсутствием унаследованных традиций (благодаря чему люди, которые в Европе были вынуждены «знать свое место», могли переезжать в Америку), с их репутацией земли свободы — мощно притягивали европейцев. А сами Соединенные Штаты приветствовали иммигрантов, потому что нуждались в большом источнике дешевой рабочей силы, чтобы осуществить многочисленные строительные проекты, призванные приручить природу.
Американская притягательность того времени отразилась в стихотворении «Новый Колосс», написанном Эммой Лазарус (род. в Нью-Йорке 22 июля 1849 года). Оно создано в 1883-м в честь колоссальной статуи «Свобода, озаряющая мир» (более известна как «Статуя Свободы»), которая была размещена при входе в нью-йоркскую гавань, куда прибывало большинство иммигрантов из Европы.
Наиболее известная часть стихотворения гласит:
Вы бедняков своих отдайте мне скорей,
Тех, кто устал, но хочет жить свободно.
Пришлите сыновей и дочерей,
Бездомных, бурей сломанных, голодных —
Я свет им разожгу у золотых дверей.
В течение половины столетия Соединенные Штаты должны были держать свою Золотую Дверь открытой для обездоленных масс из Европы.
Результатом иммиграции и естественного прироста было то, что в 1870 году у Соединенных Штатов оказалось больше населения, чем в Великобритании или во Франции, и почти столько же, сколько у заново сформированной германской нации. По части производства угля и железа — основы индустриализации — Соединенные Штаты в 1870-м все еще были на уровне трети от британского (от уровня мирового лидера), но
