и откинулся на спинку кресла. В гостиной сидело пятеро мужчин: герцог, Дерик, Рейнольд, Каллисто и Винтер.
Дерик не участвовал в расследовании дела по приказу герцога, однако присутствовал здесь как следующий герцог.
— Что сказала горничная? — первым нарушил тяжелое молчание герцог.
Рейнольд ответил через секунду:
— Горничная утверждает, что Пенелопа приказала ей достать его и использовать на Ивонне.
— Значит, леди как идиотка выпила яд, который предназначался для другого человека? — резко спросил кронпринц.
Рейнольд нервно нахмурился.
— Если так, то, возможно, она перепутала похожие бокалы, — вмешался маркиз.
Герцог удивленно посмотрел на него.
— Маркиз, будьте осторожны со словами.
— Так утверждает горничная.
Винтер взглянул на Рейнольда, сидевшего напротив него. Тот нерешительно кивнул, словно чувствовал себя некомфортно, говоря это:
— В таком случае Пенелопа специально подготовила такой же кубок и отравила его.
— Но леди Пенелопа невиновна.
Винтер сразу сделал заявление, противоречащее предыдущему.
Дерик, который до этого хранил молчание, поднял голову:
— Как вы можете быть в этом уверены?
— Леди Пенелопа… — маркиз Верданди с неуверенным видом сделал паузу, затем вздохнул и продолжил: — …Потому что она знала, что вино было отравлено еще до того, как выпила его.
Глава 175
Все в гостиной окаменели.
— …Что? — первым ожил наследный принц. — Что это значит?
— То, что вы слышали, — лаконично ответил Винтер.
Три пары голубых глаз в ужасе расширились. Герцог заговорил, запнувшись, словно не мог поверить в услышанное:
— Она выпила его… зная, что там яд? Вы имеете в виду…
— Маркиз, почему вы так считаете? — резко спросил Дерик вместо герцога.
— Это…
— Хватит тянуть, маркиз! Что вы хотите сказать, заявляя, что она знала о яде!
— …Ожерелье, которое носила благородная леди.
Услышав громкий крик герцога, Винтер перестал колебаться и честно признался.
— Перед тем как благородная леди выпила вино, цвет бусины в её ожерелье изменился.
— И?
— Ожерелье — это магический артефакт, который реагирует на яды. Если поблизости находится опасное вещество, цвет бусины меняется, и я видел, что ожерелье на леди Пенелопе пожелтело, когда она подняла бокал.
Лица герцога и наследного принца, которым Пенелопа ранее рассказывала о свойствах ожерелья, побледнели. Кронпринц подавлено переспросил:
— Тогда леди… заметила это и все равно выпила?
— Хотя я не могу с уверенностью утверждать, что она заметила, скорее всего это так.
— Почему?
— Потому что оно было такого яркого желтого цвета, что даже я заметил издалека.
— Ха…
Наследный принц вздохнул и грубо откинул челку.
Герцог тоже поднял дрожащую руку и несколько раз протер опустевшее лицо с таким апатичным видом, будто был полностью сломлен.
Только у Дерика было его обычное невыразительное лицо. Он в задумчивости смотрел в никуда.
— Тем не менее… — начал кронпринц.
Повернув голову, Винтер обнаружил пристальный взгляд алых глаз на себе.
— Откуда вы столько знаете об артефакте? Не похоже, что в Империи используются подобные вещи.
Синие глаза маркиза чуть задрожали. Однако лишь на настолько короткий миг, что любой бы решил, что ему показалось.
— Действительно, это редкость в Империи… — твердо сказал Винтер, непоколебимо глядя прямо на кронпринца. — У меня тоже был такой артефакт. В стране, где они широко распространены, люди по древнему обычаю носят различные обереги, чтобы защитить свое тело от злых духов.
— У вас так много всего. От противоядий до редких предметов из далеких стран.
— …Это.
— Как и у леди.
Наследный принц, с подозрением смотревший на маркиза, медленно наклонил голову.
— Так он защищает от злых духов?
— Конечно.
Винтер, ответивший с безмятежным лицом, спокойно повернулся к герцогу.
— Из этого следует, что показания горничной о том, что леди Пенелопа отравила чашу, чтобы навредить леди Ивонне, не соответствуют действительности.
— …Скорее наоборот, — заговорил другой человек, до этого молчавший. — Эта простолюдинка ради своей безопасности могла подсказать Бекки, что ей нужно говорить, если её поймают.
— Рейнольд!
Герцог с удивлением оглянулся на своего второго сына. Но прежде чем он успел что-нибудь сказать, его наследник угрожающе осведомился:
— О какой безопасности ты говоришь? Следи за языком.
— Еще даже не ясно, вернулась ли к ней память, вдруг она захотела убрать нашу приемную сестру и укрепить свои позиции?
— Ивонна…!
После провокационного саркастического замечания брата глаза Дерика налились кровью, а на лбу проступили толстые вены.
— …Изначально Ивонна не должна была присутствовать на церемонии совершеннолетия Пенелопы.
Для их младшей сестры, которая была потеряна десять лет назад по их ошибке, они были предателями. Как он мог позволить себе подозревать её, когда даже тысячи извинений не хватит, чтобы искупить их вину? Слова "тебе не жаль её?" застряли у него в горле. Дерик с трудом сдержал себя.
— Она пришла в сад только из-за меня, как она могла спланировать отравление Пенелопы во время церемонии совершеннолетия?
— Разве это не относится и к леди?
Однако ответил ему не Рейнольд, а кронпринц.
— Следующий герцог, вы хотите сказать, что леди предсказала, что вы приведете свою сестру?
— ….
После насмешливого замечания Каллисто Дерик наконец заткнулся. В гостиной на некоторое время воцарилась тяжелая тишина.
— …Тогда остается два варианта развития событий.
Спустя пару минут Винтер осторожно подвел итоги.
— Или кто-то подкупил горничную леди Пенелопы или Ивонны, или…
Герцог продолжил фразу, окончание которой повисло в воздухе:
— …Пенелопа вела свою собственную игру.
Никто не видел, что она намерено поменяла бокалы незадолго до того, как из них выпили. Биологическая дочь герцога, естественно, была исключена из списка подозреваемых. Быстро постучав пальцами по подлокотнику, наследный принц задумчиво спросил:
— Для чего леди мог понадобиться такой спектакль?
— Причин достаточно, — тихо ответил Дерик, всегда отвечавший за последствия устроенных ею скандалов. — Стыдно признавать, но Пенелопа часто добивалась внимания подобным образом.
— Вы согласны с наследником герцога?
Герцог и Рейнольд лишь мрачно опустили глаза на вопрос кронпринца. Слова Дерика можно назвать ложью в той же степени, что и правдой.
Пенелопа часто привлекала к себе внимание деструктивным поведением. Хотя она, казалось, недавно повзрослела, это можно было рассматривать как шаг к осуществлению ее собственного плана. Примерно в это время наследный принц находился на поле боя, а маркиз был не в курсе этих событий, поскольку герцог предотвратил распространение слухов за пределами особняка.
Однако ошибка ребенка — это ошибка и родителя.
— …Не думаю, что Пенелопа стала бы заходить так далеко, — с угрюмым лицом произнес герцог.
Рейнольд шустро кивнул:
— Отец прав. У неё нет оснований для этого. Каждый день она ест и спит со своими обожаемыми деньгами.
— Пенелопа… ненавидит вернувшуюся Ивонну.
Только Дерик твердил обратное, как человек, убежденный в том, что расследование закончится разоблачением пьесы Пенелопы.
— Слуги говорили, что каждый
