И так день за днём, месяц за месяцем, год за годом. Великий архимаг, имя которого внушает ужас даже королям и императорам, каждое утро ровно в шесть просыпается и отправляется в лабораторию. Там он экспериментирует с запретной магией, о которой лучше не знать простым смертным. Волшебник давно достиг всего, о чём мечтал в юности – Силы, Власти, Богатства, Знания. Но они давно не имеют для него ни малейшего значения. Потому что осталось нечто, до сих пор ему неподвластное – человеческая жизнь…
Минуты складывались в часы, часы – в дни, дни – в месяца, а те – в года… Цель оставалась всё так же недосягаема. Но архимаг не терял надежды. Им двигало нечто более сильное, чем Власть, Деньги или Знание.
Иногда в голове звучал негромкий насмешливый голос. Парацельс не был уверен, реален ли голос, или это лишь игры воображения.
«Грустно смотреть, как такой великий человек тратит своё время впустую. Все твои желания легко воплотятся в жизнь одним росчерком пера, если пожелаешь…»
Архимаг не отвечал. Он давно всё для себя решил. Время споров и сомнений кончилось много лет назад.
Иногда, в минуты крайнего отчаяния, он садился в мягкое кресло и доставал из складок балахона небольшой резной ларец, защищённый самыми мощными магическими печатями. Открыв крышку, чародей доставал розовый кружевной платок с двумя вышитыми именами. Благодаря магии, эта вещица за все годы сохранилась в своём прежнем состоянии. Волшебник даже каждый раз ощущал лёгкий аромат духов…
Он, не отрываясь, долго смотрел на этот самый обычный предмет. В молчании проходили часы или даже дни.
– Ещё чуть‑чуть, любимая… – изредка шептал архимаг. – Осталось совсем немного. Год, максимум, два… и я исправлю свою ошибку…
– Парц… – раздался за его спиной голос. – Зачем ты это делаешь?
Обернувшись, Парацельс увидел её… Его Влада, живая и здоровая. Разве что слишком бледная с того самого рокового дня… В чёрном облегающем платье, такая же прекрасная как и во времена молодости. Магия, как известно, позволяет чародейкам сохранять шарм и свежесть молодости.
Уже много лет они с Владой живут вместе, как супружеская пара. Как будто ничего и не произошло тогда, много лет назад.
– Хватит изводить себя, Парц, – произнесла Влада, положив ему руки на плечи. – Я прекрасно себя чувствую. Ты давно исправил свою ошибку… Ты воскресил меня и многих других…
– Нет, – взяв её за руки, Парацельс покачал головой. – Работа ещё не закончена. Часть твоей души до сих пор находится где‑то там… за пределами пределов…
Хотя Влада и не подавала вида, Парацельс знал, что в глубине её глаз поселилось страдание. Он сумел вернуть большую часть её души обратно в тело. Но… что‑то он по прежнему упустил. Что‑то очень важное.
Влада тяжко вздохнула. В её больших чёрных глазах на мгновение отразилась тоска.
– Недавно пришло письмо от Константа, – произнесла она. – Его назначили помощником командующего Первого Легиона. Он очень доволен и приглашает нас отпраздновать его назначение. А ещё… – Влада хихикнула, не договорив.
– Он в конце письма добавил, что я козёл, – Парацельс вздохнул. – Констант так всегда делает после того… самого случая с демоном в академии. – Хотя я вернул ему его душу… как и всем, кто погиб тогда в тот день… Но он так и не остыл. Моё заклинание всё же оказалось работоспособным. Оно воскресит человека, если тот умер совсем недавно. А вот если попытаться воскресить того, кто умер давно, может случиться нехорошее… Вместе с душой усопшего может явиться незваный гость…
– Я думаю, надо съездить, – сказала Влада. – Констант твой единственный друг. Со всеми остальными ты разорвал связи. Даже пить перестал, хотя в академии любил заложить за воротник… Раньше я твоей трезвости только радовалась, но теперь, когда ты так себя изводишь, мне не по себе…
– Я решил, что пока тебя не расколдую, ни капли в рот! – решительно произнёс Парацельс и даже стукнул кулаком по подлокотнику.
– Парц… – Влада чуть наклонила голову в бок. Её глаза блестели в пламени свечей. – Со мной всё в порядке… Прошу, остановись…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Архимаг ничего не ответил… Он знал, что главный бой ещё впереди. Герцог Гасион ответит за то, что совершил.
Глава 19
Утро в Подземном городе обычно начиналось с яростного бульканья и клокотания. Это лавовые воды огненной реки, берущей начало в недрах планеты, неистово бурлили. Её активность была строго привязана ко времени суток. Так уж повелось в подземном городе. Багровые отблески ложились на стены домов, сонные демоны выходили из логовищ и отправлялись по своим делам.
Леди‑инквизитор Беатриса стояла около окна дома Совета, прижав к стене испуганного еретика с балахоне. Леди молча жгла его взглядом, а еретик обильно потел и дрожал всем телом, глядя на леди как кролик на удара.
– Ч‑что ты от меня хочешь… – еле‑еле выдавил из себя культист.
– Какой же ты отвратительный предатель, слуга Тёмных богов, отвергнувший истинный Свет Бога нашего Императора, – произнесла Беатриса томным голосом, не вполне сочетающимся с её фразами. – Но у тебя есть один плюс…
– К‑какой?
– Ты симпатичный, мой мерзкий еретичок… – леди нежно улыбнулась ему.
Испуганно взвыв, еретик вырвался и со слезами на глазах убежал прочь по коридору.
– И почему они все такие нервные? – леди пожала плечами. – Я ж вроде со всей нежностью… ох уж эти стереотипы про инквизиторов… Мы совсем не всех сжигаем, кого увидим… только тех, кто нам не понравится.
В противоположном конце коридора послышались шаги. Беатриса посмотрела в сторону приближающегося человека и тут же перевела взгляд на улицу. Там, за пределами города копошились демоны, возводя по приказу Врааля некое массивное сооружение из обломков зданий и отломленных сталактитов.
Человек остановился рядом и, кажется, проследил за взглядом леди.
– Почему, сестра? – коротко спросил он через некоторое время. Всего одно слово, но смысл вопроса был уже понятен.
Беатриса не ответила, продолжая изучать копошащихся демонов.
– Для меня уже всё в любом случае кончено, – произнёс человек, так и не дождавшись ответа. – Моя душа навсегда принадлежит Тёмным богам, запятнана Тьмой. Самым противоестественным образом её вернули назад, в мир живых… Прошу, удовлетвори мою последнюю просьбу.
– Когда‑то… – медленно произнесла Беатриса, словно с сильной неохотой. – Я думала, что люблю Бога‑Императора больше всего на свете. Я ревностно служила ему, искореняя любое инакомыслие, охотясь за врагами рода человечества где бы они не скрывались и под какими обличиями не прятались. Я любила Императора всем сердцем… не как мужчину, но как светлую цель, озаряющую путь всему человечеству…
Человек молчал, слушая, не перебивал.
– Но однажды, случилось нечто, что перевернуло мой мир с ног на голову, – произнесла леди. – Заболела моя младшая сестра. Совсем юная девочка, даже не познавшая свой первый поцелуй. Наши родители умерли очень рано, я фактически заменила ей мать… Заболела сестра очень коварной и редкой болезнью, от которой не существовало и не существует лекарств. Я, как инквизитор, хоть и обладала хорошими связями, не сумела её спасти, как не старалась… она умерла у меня на руках…
Голос леди, пока она рассказывала свою историю, оставался сухим и подчёркнуто спокойным. Лишь в конце последнего предложения он едва заметно дрогнул.
– Я тогда едва не наложила на себя руки от горя… – продолжала рассказ леди. – И тогда ко мне пришёл он – жрец Врааль. Хотел просто поговорить со мной. Вместо того, чтобы тут же усмирить еретика и доставить в пыточную на допрос, я совершила непростительную ошибку – выслушала его. И он предложил мне невероятное, от чего я отказаться не смогла…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Беатриса тяжело вздохнула и выдержала длительную паузу. Собеседник молчал, терпеливо дожидаясь.
– Он наглядно показал мне свою силу, воскресив недавно умершего человека… – продолжила Беатриса. – Он использовал странный артефакт… вроде того, что я добыла для него с луны, Сокровенную Слезу. Эти диковинки по словам Врааля создала некая Первая раса – древние, неведомые мне существа. Сокровенные Слёзы, кажется, имеют ограничения на количество применений – после каждого воскрешения артефакт темнеет и портится, пока не разрушится окончательно. Врааль израсходовал имеющиеся у него запасы и поэтому и предпринял эту экспедицию на Луну… а ещё он хотел на время вывести из игры Парацельса, чтобы тот ненароком не явился в Безнадёгинск в самый неподходящий момент…
