– Нехорошо вышло… – Парц вздохнул, ощущая тяжесть на душе. – Теперь у Влады из‑за меня будут неприятности… Чувствую, бабуля её пропесочит по полной программе. А всё потому, что я оказался недостаточно расторопным… расслабил булки, зараза! И теперь декан на экзамене мне меж этих самых булок…
Парацельс не договорил. И без лишних слов всё было понятно. На экзамене у него точно будут неприятности. Конечно, декан не может просто так взять и отчислись талантливого студента‑волшебника без уважительного обоснования… всё‑таки одарённые магики на дороге не валяются… Комиссия просто не поймёт подобного решения. Но осложнить максимально наглецу жизнь – это пожалуйста, это сколько угодно.
Парацельс решительно стукнул кулаком по ладони. Похоже, у него нет иного выбора… Ему придётся удивить комиссию. Да так, чтобы у тех головы поотрывало от экстаза. Если к Парацельсу будет приковано общественное мнение, а люди будут максимально восхищаться им, крайне трудно будет вставлять ему палки в колёса… А уж после экзамена можно будет сбежать с Владой подальше от бдительного ока её предков, и построить уютный домик на дальних рубежах Империи, где их никто не достанет…
Глава 17
Главное здание имперской академии магии, разменявшее не одну тысячу лет, по праву считалось одним из самых старинных в столице. По сравнению с другими, яркими, ажурными домами, построенными по последнему слову архитектуры, оно выглядело древним замком из прошлых веков. Каменные стены, сложенные из массивных блоков, узкие бойницы, зубчатые стены… настоящая пограничная крепость, а не оплот науки и знаний.
Внутренний двор академии сейчас практически пустует, хотя обычно здесь довольно многолюдно. В самом центре стоит фонтан со скульптурой старого мага. Облачённый в длиннополый балахон, мудрец держит в одной руке магический шар, а в другой посох. Суровый взгляд из‑под нахмуренных бровей по странному совпадению не отрывается от молодого студента – единственного, кто сейчас находится во дворе. Юноша в красной мантии сидит на лавочке рядом с фонтаном и с задумчивым видом читает толстую книгу в позолоченном переплёте.
В какой‑то момент из тёмного проёма за спиной молодого мага вышла зловещая фигура в чёрном плаще. Лицо неизвестный прятал под капюшоном, а в руках, скрытых перчатками, сжимал длинную косу.
– Парц? – спросил некто в плаще хриплым скрипучим голосом, от которог овеяло могильным холодком.
Студент даже не повернул головы. Только коротко бросил:
– Он самый.
Незнакомец молча обошёл скамейку кругом и встал прямо перед юношей.
– Я долго тебя искал.
Парц неторопливо поднял глаза и посмотрел прямо на собеседника.
– Чем обязан?
Тот недовольно зарычал, поднял руку и откинул капюшон.
– А ты не догадываешься?
Молодой маг лениво осмотрел желтоватый череп, заменявший незнакомцу голову, и фыркнул:
– Шпорами не поделюсь, даже не надейся. Они мне самому нужны.
– Парц, свинья! Ты же всегда пишешь резервную копию! – воскликнул лич, плюхаясь на скамейку рядом с Парцом. Раздался жуткий хруст, словно кто‑то встряхнул мешок с костями. – Я же твой лучший друг!
– Констант, ты прекрасно знаешь, что для лучших друзей у меня предусмотрена скидка в пятьдесят процентов, – последовал меланхоличный ответ. – Будущие архимаги, коим я стану обязательно, за бесплатно не работают.
– Ага, конечно, архимагом он станет… Ещё скажи Богом‑Императором, – хмыкнул студент‑некромант. – Ты самый настоящий жлоб. Даже жлобище, я бы сказал.
– Да, я такой, – задумчиво протянул студент. – У меня вообще много достоинств.
Посмотрев друг на друга, оба довольно расхохотались.
– Ладно, – отсмеявшись, произнёс Констант. – Так что на счёт шпор?
– Как только сдам экзамен, они в твоём полном распоряжении, – Парц отложил книгу и откинулся на спинку скамейки, положив руки на живот. – Но до этого момента – ни‑ни, даже не надейся.
– Отлично, – довольный лич принял ту же позу, что и его друг. Тот бросил на Константа задумчивый взгляд и поинтересовался:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Как жизнь?
– Жизнь… хороший вопрос, – задумчиво произнёс мёртвый некромант. – Скриплю костями потихоньку. А ты как?
– Замечательно, – ухмыльнувшись, Парц хитро подмигнул Константу. Он вёл себя демонстративно легко и непринуждённо, словно всё держал под контролем. – Так, как и планировал.
Лич несколько секунд молча смотрел на него, а потом удручённо покачал головой.
– А я думал, что ты вчера просто пошутил, когда сказал, что идёшь к Владе…
– Ты же знаешь, я шучу редко.
– И как, удачно сходил?
– Хм… в целом, да. Правда, её бабуля меня случайно заметила… и наше декан тоже… – Парц вкратце пересказал Константу свои ночные приключения.
– Так бабуля Влады сестра ректорши нашей! – воскликнул лич. – Она из рода Душепийц, сам знаешь, очень влиятельный род… Ты в дерьме, Парц…
– А, мне не привыкать, – беспечно махнул тот рукой. – Я собираюсь сегодня на экзамене продемонстрировать ТАКОЕ заклинание, что наша ректорша посыплет голову пеплом и пойдёт ко мне в ученики. Только мне нужен доброволец, – он выразительно посмотрел на лича. – Желательно мёртвый.
– Куда я денусь, – вздохнул Констант. – Буду добровольцем. Хотя, если честно, я до сих пор сомневаюсь, что у тебя что‑то получится с тем заклинанием, о котором ты столько говорил. Больше напоминает какую‑то безумную авантюру.
– Кто бы говорил о безумии, – Парц скептически посмотрел на собеседника. – Ты вот вообще ритуально… эээ… самоубился и превратился в лича. А как же жизненные удовольствия? Бабы? Пиво? Деньги и Власть?
Констант откинулся на спину и глухо засмеялся.
– По бабам я, конечно, уже не вдарю, да и кружечку другую в трактире не пропущу, но, согласись, это ведь не главное в жизни.
– Ты всегда был психом, Конст, – Парц замотал головой. – По мне, так это в жизни одни из самых важных вещей… Ну, после титула архимага, конечно…
– Ах, да‑да‑да, как я мог забыть, – Констант взмахнул руками прямо перед носом друга. Тот невольно отшатнулся. – Твоя идея фикс – стать Великим и Ужасным архимагом…
– Не махай своими… костяшками, – поморщился Парц. – Я ТОЧНО знаю, что рано или поздно возглавлю гильдию магов и тогда сам Император признает мои заслуги на всю страну…
– Ну‑ну… – в глазницах лича насмешливо вспыхнули красные огоньки. – Мечтать не вредно…
– Поговорим об этом лет через пять. Я тебе напомню эти слова, когда будешь давать мне присягу верности…
– Я дам тебе адрес хорошего доктора, – хохотнул Констант. – Который тебя, наконец, вылечит от мании величия.
– Ну‑ну… скорее, он сам от меня заразится, – хмыкнул Парц и неожиданно встал. – Ладно, дорогой подопытный. Нам, пожалуй, пора, а то ещё опоздаем…
В Большой аудитории – самом большом помещении академии – воздух дрожал от гула нескольких тысяч голосов. Молодые люди в разноцветных мантиях оживлённо переговаривались друг с другом, ожидая начала экзамена. Отдельной группой расположились преподаватели. Что студенты, что их наставники – все изредка поглядывали на широкую трибуну в дальнем конце аудитории.
Последнее испытание сильно отличалось от всех прочих. На нём не тянули билеты и не решали задачки. Студентам, желающим получить почётное звание дипломированного мага, следовало продемонстрировать заклинание, артефакт или зелье, разработанное ими самостоятельно.
Надо ли говорить о том, что все молодые волшебники жутко боялись последнего экзамена? Одно дело учить по учебнику и совсем другое – изобретать что‑то новое самому. Магия – стихия непредсказуемая и часто случалось так, что даже самые старые и надёжные заклинания выходили из‑под контроля, не говоря уж о новых и не проверенных временем.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На трибуну вышел старый маг в чёрной мантии и с длинной окладистой бородой. Пощёлкав себя пальцами по кадыку, он громко произнёс:
– Прошу минуточку внимания!
