Что касается Элейны и Фиоры, то они за последние годы изменились. Окончательно ушла подростковая угловатость, сменившись на плавные и правильные формы, приятно радующие глаза. Но глядя на этих двух юных девушек, переживавших свой первый пик красоты, я невольно подмечал детали, которых у таких же вестеросских леди быть не может.
Например у Элейны ладони были покрыты едва заметными мозолями, оставшимися после долгих и упорных тренировок с клинком, а на лице, если внимательно присмотреться, было много едва заметных шрамиков, которые хорошо сливались с белой кожей, вообще не загоравшей на солнце. Про саму фигуру я вообще молчу — да, одень ее в красивое вечернее платье она будет выглядеть просто потрясающе, но любой опытный воин скажет, что пропорции тела у нее слегка неправильны. Плечи слегка широковаты, мышцы слишком развиты, походка пружинистая, будто ноги привыкли носить большую тяжесть. Черты воина, а не леди.
«И это чудо мне вскоре придется выдавать замуж» — Устало подумал я, делая очередной глоток. Быть старой девой в этом мире дело очень глупое, а отдавать дочь в местный аналог монастыря, к молчаливым сестрам, я не хотел.
Но на фоне сводной сестры, проблемы старшей дочери казались сущим пустяком.
С Фиорой мы не виделись меньше года, но изменений в ней было больше всех. Во-первых, волосы сгоревшие в пожаре, когда родился дракон, уже полностью отросли, падая черным водопадом за спину. Во-вторых, в отличии от Элейны, младшенькая унаследовала дорнийские корни от своей матери и, загорев под палящим солнцем Соториоса, теперь была обладательницей нежно-терракотового цвета кожи. Невероятная красота по меркам Дорна и полное убожество для остальных королевств, где загар считался чертой черноногих крестьянок, а не благородных леди.
Однако самым разительным изменением, произошедшим с ней, оказались глаза. Не знаю как описать, но глаза человека, который не просто видел, а сам нес смерть сильно отличаются от тех, кто никогда это не делал. Сейчас взгляд Фиоры был именно таким. Взглядом человека, который отнимал жизни. И делал это в очень больших колличествах.
Как отцу, мне это очень не нравилось. Кому захочется, чтобы у его дочери, которой только стукнуло двадцать, был такой взгляд?
Не один я это заметил. Эйлис тихо поднялась со своего кресла, поддерживая уже сильно округлившейся живот, и села рядом с Фиорой, положив голову себе на плечо. Судя по вскоре начавшейся дрожи и тихим, едва заметным всхлипам, ей это оказалось очень нужно.
— Так что дальше, отец? — Спросил меня Лайон, как и я с Элейной, переставший улыбаться. — Армию Тарли мы разбили, но теперь все знают о драконе, а значит и Фиоре. Это сильно изменит расклад на континенте.
— Согласен. — Кивнул я, поставил кубок на стол, почувствовав легкую тяжесть в голове. На сегодня алкоголя хватит. — Только мы даже нынешнего расклада не знаем. На слишком многое повлияет исход авантюры Тайвина. Получится и у Железного Трона останется лишь три врага. Дорн, Бейлон и Дейнерис. Нет — значит Ланнистеры и Тиреллы будут выбиты из войны и начнется противостояние Баратеона и Старка. Вне зависимости от исхода мы будем строить планы лишь узнав о произошедшем у Королевской Гавани.
— А Таргариен? — Уточнил сын, отщипнув очередную виноградинку. — На нее битва не сильно повлияет.
— А что Таргариен? — Грустно усмехнулся я, пожав плечами. — Да, с первого взгляда у нее все хорошо. Поддержка населения, сильная армия, три дракона, внезапно объявившийся племянник с Золотыми Мечами. Вот только стоит ей прибыть в Вестеросс, как она останется без поддержки. Ни один регион не поддержит Таргариенов, ведь все за исключением Тиреллов, были на стороне Роберта во время восстания и до сих пор помнят Безумного короля. При этом розы сейчас были в крепком союзе с Ланнистерами и вряд ли перейдут на сторону драконов.
— А мы? — Спросил сын.
— Нужно подумать. — Ответил я, еще сильнее погрузившись в свои мысли. После победы при Королевской Гробнице Фаулер и Манвуди были в шоке от произошедшего на поле боя. Уже два столетия мир не видел на что способны драконы, а тут один такой монстр за считанные минуты почти в одиночку одолел тридцатитысячную армию. В первые минуты они думали что это сама Матерь Драконов, которая пришла нам на помощь, уничтожая войска Железного Трона. Но когда Рафаэль приземлился на одну из башен замка и с его спины спрыгнула маленькая фигурка, с развевающимися за спиной черными волосами, они были сильно удивлены. Все же Дейнерис была валирийкой и имела славу как «несравненная красавица, с прекрасными платиновыми волосами». А уж когда она сняла шлем…
Какой бы белой вороной я раньше не был в высшем обществе Дорна, но мою дочь они узнать были в состоянии. Уже начавшиеся расспросы я сразу заткнул необходимостью срочно разобраться происходящим на поле боя, а после в личных разговорах настойчиво попросил немного подождать, пока не закончится война. Лорды конечно были не в восторге от моих слов, но после битвы они были крепко со мной повязаны — Арианна точно не оставит их в покое после произошедшего, а против остальных королевств Дорн находился в состоянии войны. Вот и приходилось им пока терпеть и снова набираться сил в своих замках, ожидая пока я сделаю следующий ход.
Так что сейчас силы моей семьи были представлены не только домом Темпер, но и Фаулер, Манвуди и всеми их вассалами. Треть силы Дорна. И от этого нужно было строить дальнейшие планы.
«Что делать бесполезно, пока я не узнаю, что произошло под Королевской Гаванью!» — Мысленно взревел я и откинулся на кресло, невольно сжимая дубовые подлокотники. Незнание выводило из себя, а ожидание новостей, которые уже должны были прийти сильно бесило.
— Господин. — Заглянувшего спустя пару минут слугу, которому был отдан приказ без веской причины нас не беспокоить, я встретил почти радостно. — Пришло письмо. С красной меткой.
— Неси сюда! — Громко сказал я, краем глаза обратив внимание на полный укора взгляд жены. Дочь отошла от истерики и сейчас мирно спала на ее плече. Слава Старым Богам я ее не разбудил.
Развернув небольшую записку, сдернув маленькую, не повреждённую, восковую печать, я стал внимательно вчитываться в четыре простые строчки:
«Все пять армий вступили в бой
Долина ударила в спину Северу
Железный трон победил
Баратеон сбежал по морю, Старк в плену»
— Ожидаемо. — Сказал я, передавая письмо Лайону и откидываясь на спинку кресла. Тайвин опять использовал Королевскую Гавань как наковальню и разбил своих врагов об нее ударом в спину. И если первый раз, когда Станнис первый раз шел на столицу, у него ничего не получилось из-за моего вмешательства. Сейчас, когда я узнал о его задумке слишком поздно, у него все получилось.
— И что теперь? — Спросил у меня сын, также прочитавший письмо и смотревший на меня с ожиданием.
— У нас не осталось выбора. — Ответил я, сложив руки на груди. — Завтра ты возьмешь половину наших свободных кораблей и отправишься в Залив Работорговцев. Теперь наш единственный шанс на победу это Мать Драконов.
— Ты же говорил что это плохой вариант? — Уточнил у меня сын, напомнив что буквально десять минут назад я говорил о непопулярности Таргариен в Семи Королевствах.
— У нас просто не осталось выбора. — Уставший вздох вырвался из меня сам по себе. — Север разбит, Баратеон тоже, Арианна, после событий под Королевской Гробницей, скорее воткнет нож в нас, чем в Ланнистеров. Остается только Тарагариен, с которой, благодаря тебе, у нас достаточно неплохие отношения.
На самом деле, будь Доран еще жив, то я бы ни за что так не сделал. После разгрома армии Тарли и недавней битвы под стенами столицы, у Железного Трона, даже с учетом подкреплений с Запада и Долины, осталось тысяч 30-35. Дорнийские лорды, если бы напряглись и оголили гарнизоны, смогли собрать двадцать пять тысяч солдат. Вместе со слонами и драконом, это было бы достаточной силой, чтобы на равный противостоять союзу львов и роз.
