Дженивра недоверчиво уставилась на стоящего перед ней мужчину. Откуда он взялся? Это не тот Эш Бедивер, который совсем недавно играл соблазнительными словами и при каждом удобном случае бросал ей вызов своим неприкрытым цинизмом.
— Что вы думаете по этому поводу, Нива? Им это понравится?
— Думаю, очень понравится.
— А вам? Будете ли вы приходить летом к нам в гости, чтобы посидеть с ними в беседке и заняться тем, чем обычно занимаетесь? — При этих словах в его глазах мелькнул прежний озорной и соблазнительный зеленый огонек. Более мягкая версия привычного Эша Бедивера, но столь же обольстительная. — Конечно, вы можете помочь мне с устройством сада, Нива.
Она с тревогой ощутила, как его рука накрыла ее ладони, лежавшие у него на рукаве.
— Я собирался попросить вас об этом еще вчера на постоялом дворе, однако вы, похоже, были настроены отслонить мое предложение, и я решил, что будет лучше немного подождать.
Так это и было его предложение? Дженивра неожиданно почувствовала себя полной идиоткой. Она устроила ему неприятную выволочку за оскорбительное и непристойное, по ее мнению, предложение, а он лишь хотел получить от нее помощь в работах по устройству сада.
Дженивра коротко усмехнулась и покачала головой, не в состоянии взглянуть ему в глаза.
— Вы, наверное, решили, что я настоящая мегера.
— Я подумал, что вы женщина, вынужденная существовать в этом мире в одиночку. Вам пришлось научиться защищаться в отсутствие кого-нибудь, способного взять на себя решение этой задачи. И я восхищаюсь проделанной вами работой. — Он говорил спокойно, пальцем продолжая выводить привычные круги на ее запястье.
Она подняла глаза, на сей раз готовая встретить его взгляд.
— Думаю, это лучшие слова, что я слышала от кого-либо за долгое время. — Дженивра гордо выпрямилась и одарила его задумчивым взглядом. — Значит, мы становимся друзьями, Эш Бедивер?
Эш улыбнулся:
— Надеюсь, нет. Мужчина и женщина не могут быть друзьями, разве что совсем ненадолго.
— Интересно, почему?
— Все дело в интимной близости, Нива.
Вот теперь это был именно тот Эш, которого она знала. Следует ли возблагодарить небеса, что он не пропал?
— Очень плохо. А я надеялась, мы станем друзьями.
— Не следует на это надеяться, — с любезной улыбкой возразил Эш. — Дружба безопасна, Нива. Это маленькое обезличенное чистилище, в которое вы предпочитаете поместить себя, лишь бы только не признавать тот факт, что вас неудержимо влечет к кому-то. На вашем месте я бы надеялся на нечто большее. А теперь, прежде чем вы успеете ополчиться на меня за эти слова, вижу, вам очень хочется это сделать, давайте-ка взглянем на наш старый фонтан, и вы выскажете авторитетное мнение.
И на этой ноте снова вернулся дружелюбный Эш Бедивер, наиболее безопасный. «Нельзя не признать, в его словах содержится завидная правда», — подумала Дженивра. Безопасный, сочувствующий Эш, которого она впервые увидела сегодня, мило беседовал о садах и планах на будущее. Порочный Эш говорил о чувствах и нелицеприятных истинах, в которых Дженивра не желала признаться даже себе самой.
Фонтан выглядел пустым и грязным, за годы небрежения его чаша успела забиться сухими листьями.
— Он сейчас в плачевном состоянии, но, надеюсь, хорошая чистка поправит дело. — Эш наклонился и зачерпнул горсть коричневых листьев.
Дженивра кивнула:
— Если фонтан такой же, как в Ситон-Холле, у него, наверное, сломана подводка воды. Его надо тщательно отскрести от мха и ржавчины и поменять трубы.
— Мальчишкой я много играл у этого фонтана. — Ностальгические нотки, прозвучавшие в его голосе, застали ее врасплох. Она развернулась взглянуть ему в лицо, пытаясь вообразить этого взрослого мужчину ребенком.
— У вас была игрушечная лодка? — Дженивра мысленно представила его в матросском костюмчике.
— О да, целый корабль — четырехмачтовая шхуна. Моя радость и гордость. Я часами мог запускать ее в чаше фонтана. Иногда в теплые дни я и сам забирался с ногами в воду. — Эш нагнулся и подхватил еще горсть сухих листьев. — Странно, многие годы я и не вспоминал об этом. У Алекса тоже была лодка. Мы часто вместе играли, проводя славные морские сражения. — Голос его сорвался, он так и не успел закончить мысль. Однако Дженивра могла легко догадаться, где сейчас блуждают его думы. Эш Бедивер словно перенесся в те счастливые дни, когда они с братом носились по поместью, не помышляя о заботах и тревогах взрослого мира.
— Что же случилось с вашей лодкой, Эш?
Он перевел взгляд от нее на старый фонтан.
— Генри ее сломал.
— Случайно?
— Нет, намеренно. Алекс поставил ему за это синяк.
Дженивра задумчиво взяла в руки сухой лист от бортика фонтана.
— Вот почему вы не любите своего кузена? Он сломал вашу лодку? — Она кокетливо улыбнулась, однако Эш не принял ее игривого тона.
— Это не единственное, за что я его не люблю. Между нами много произошло, целая цепь событий привела к сложившейся ситуации. Но нам с Алексом всегда удавалось справляться с ним.
— Вы совсем как ваш брат, — пробормотала Дженивра. — Он часто рассказывал о том, как вы вместе росли здесь. — Она запнулась. Раньше они не обсуждали его брата, в тот вечер в оранжерее Эш очень резко отреагировал на ее попытку завести разговор об отце. На этот раз реакция Бедивера была совсем иной.
— Мой брат был здесь? — Эш смущенно сдвинул брови.
Дженивра кивнула:
— Вы не знали? Это ваш отец держал Алекса здесь после того, как с тем случилось несчастье. Он находился в поместье, когда я приехала в Одли в июне прошлого года. От тетушек я слышала, что физически он не пострадал, просто однажды разум покинул его безвозвратно.
Она увидела боль в глазах Эша при мысли об этом и поспешила смягчить удар:
— Алекс рассказывал забавные истории о ваших мальчишеских проделках. — Дженивра замолчала на мгновение, избегая смотреть ему в лицо, взгляд ее уперся в воображаемую точку за плечами у Эша. Следовало рассказать ему обо всем. И если никто не взял на себя этот труд, ей придется самой. — Думаю, его разум пребывает сейчас в детстве, вместе с вами. Ему нравилась история, как вы однажды вскарабкались на яблоню и просидели на ней весь день, поедая яблоки, пока у вас не заболели животы.
На губах у Эша промелькнула улыбка.
— Нам велели собрать яблоки, а мы очень не хотели этого делать, поэтому решили их съесть. Думали, таким образом создадим впечатление, будто подобрали весь урожай, поскольку на дереве не останется плодов, которые могли бы послужить доказательством противного. Однако нам не пришло в голову, как будут болеть потом животы. Нам еще очень долго было плохо. — Он глубоко вздохнул. — Где сейчас Алекс?
