Серебряные звезды сверкали на тонком платье из газовой ткани с нижней юбкой из бледного атласа. В волосах сияла серебряная звезда. Когда девушка вошла в гостиную, гости сразу обратили на нее внимание, а хозяйка дома покровительственным жестом велела ей подойти. Рядом стоял мужчина, и девушка почувствовала, как в ней что-то оборвалось. Она догадалась, что появился еще один человек, который узнал о ее наследстве и мог, по расчетам маркизы, стать очередным поклонником. Со странным спокойствием девушка прошла через комнату.
Маркиза считала, что в тепле люди играли азартнее, поэтому окна никогда не открывались. Запах воска от зажженных свечей, смешиваясь с ароматом цветов, расставленных по углам комнаты, просто сводил с ума.
– А, вот и ты, девочка, – воскликнула маркиза с упреком.
– Простите за опоздание, мэм, – извинилась Серина, – это из-за нового наряда.
Маркиза посмотрела на нее оценивающим взглядом.
– Очень подходит, – кивнула она и повернулась к мужчине, стоящему рядом. – Позволь представить тебе лорда Ротхэма.
Девушка чуть не вскрикнула от удивления, она узнала этого темноволосого человека с красивым, но развратным лицом, заплывшими глазами и полными чувственными губами.
– Мисс Стэверли и я раньше встречались, – ответил лорд Ротхэм с поклоном.
– Я это помню, милорд.
– Неужели! Для меня большая честь, что я остался в вашей памяти через столько лет.
– Я часто о вас думала, – произнесла Серина медленно, как бы с трудом выговаривая каждое слово.
– Вы должны разрешить мне, как старому другу, сделать вам комплимент, Серина.
– Другу, милорд? – холодно спросила девушка. – Вы мне не друг и никогда им не будете.
Лорд Ротхэм с удивлением поднял брови.
– Что вы хотите этим сказать, Серина?
– Моя подруга имела несчастье полюбить вас, милорд. Позже она горько сожалела о той глупости, которую совершила; это почти стоило ей жизни. Вы забыли Хармиану, лорд Ротхэм?
Он смутился и стал оправдываться:
– Нет, поистине, Серина, вы слишком молоды, чтобы знать или говорить о подобных вещах и правильно все понимать. Хармина была хорошенькой девушкой – конечно, я помню ее – но она вела себя очень недостойно. Она сбежала от меня, если мне не изменяет память. Одному Богу известно, что с ней случилось потом.
– Лжете, – оборвала его девушка, – вы бросили Хармину, когда узнали, что она ждет ребенка – вашего ребенка, милорд. Я увезла ее домой, в Стэверли. Мы боялись, что несчастная умрет, но девушка выжила и, слава Богу, сейчас по-настоящему счастлива. Но она никогда не забудет вас, так же, как и я.
Серина резко повернулась и ушла. В ту минуту она не знала, куда идет, ничего не видя перед собой в порыве гнева. Она услышала, что кто-то ее позвал, но не остановилась, затем с чувством облегчения заметила наклонившуюся к ней широкоплечую фигуру лорда Вулкана. Девушка остановилась рядом с ним и, лишь почувствовав его пристальный взгляд, стала осознавать, что трясется всем телом, губы ее дрожат, а глаза полны слез. С минуту она не могла говорить, только беспомощно смотрела на него.
– Я только что говорил, – заметил лорд Вулкан, – как быстро можно ездить в наши дни. Дороги стали лучше, кареты делают добротнее. Да вы ведь сами говорили, что не утомились после шестичасовой поездки. А пятьдесят лет назад было совсем не так. Думаю, вы со мной согласны.
Девушка почувствовала, что постепенно успокаивается. Она поняла, что лорд Вулкан давал ей возможность прийти в себя. Она знала, что помимо всего прочего ей нельзя терять самообладания и падать духом перед этими странными людьми. Лорд Вулкан вынул из кармана табакерку, искусно сделанную из золота и усыпанную изумрудами и бриллиантами. Он рассматривал ее внимательно, как будто видел впервые.
Серина успокоилась, слезы исчезли и, хотя она не видела своего лица, почувствовала, как на щеках выступил румянец. Она могла наконец говорить нормальным голосом.
– Тот человек... лорд Ротхэм, – сказала она, – я не могу быть рядом с ним. Если он сядет со мной за ужином.
– Его не будет рядом с вами, – успокоил ее лорд Вулкан, – я позабочусь об этом.
– Спасибо, – прошептала Серина, машинально добавив: – Можно мне уйти? Можно?
Лорд Вулкан с минуту ее разглядывал.
– И убежать? – спросил он.
Она вскинула голову. С огромным усилием она выдавила из себя улыбку.
– Вы правы, милорд.
– Это ему нужно бежать.
Маркиз слабо улыбнулся, когда их взгляды встретились. Вдруг Серила услышала знакомый голос:
– Джастин! Вы рады видеть меня?
В звонком, весело звучавшем голосе леди Изабель и даже в жесте руки, которую она протянула лорду Вулкану для поцелуя, не было притворства.
– О, Джастин, как хорошо быть здесь. Мне так хотелось видеть вас. Не ожидала, что ваша матушка ответит на мое письмо, в котором я просила разрешения приехать к вам. Со мной друг, надеюсь, вы не возражаете.
В эту минуту из-за спины Изабель застенчиво показался мужчина.
На этот раз вскрикнула Серина:
– Николас!
Она подбежала к кузену. Девушка подумала, что никогда прежде не была так рада кому бы то ни было. Его простое добродушное лицо в ту минуту показалось ей самым красивым на свете. В порыве чувств она схватила Николаса за руку.
– Какой сюрприз, Николас! Ты остаешься здесь, в доме?
– Да, мы все вместе приехали сегодня вечером – я, леди Изабель и ее брат, лорд Джиллинхэм. Изабель предложила мне приехать, – добавил он, – зная, что ты обрадуешься, увидев меня. Так мило с ее стороны, что она хотела сделать тебе приятное.
– Очень мило, – ответила Серина, чувствуя себя слишком счастливой, чтобы подозревать, что леди Изабель большей частью привела Николаса ради того, чтобы лорд Вулкан остался свободным.
– Джастин, вы ничего не имеете против Николаса, правда? – спросила Изабель.
– Рад приветствовать мистера Стэверли в Мэндрейке, – ответил лорд Вулкан.
– Спасибо, милорд, – сухо ответил Николас.
– Вы ведь знакомы с мисс Стэверли, – продолжал лорд Вулкан, обращаясь к леди Изабель.
– Да, конечно, но нам довелось встретиться не при очень приятных обстоятельствах, – сказала леди Изабель, – и вряд ли бы я вас сразу узнала.
Изабель горящими глазами внимательно рассматривала новый наряд Серины, не упуская из виду ни малейшей детали. Девушка все же понимала, что ни одно ее платье не смогло бы соперничать с изяществом и изысканностью нарядов леди Изабель. В этот вечер она была в красном платье, которое очень ей шло. На шее сверкало бриллиантовое ожерелье, а в волосах – рубины и бриллианты. Она завораживала своей веселостью, которой Серина завидовала, и ей казалось странным, как лорд Вулкан оставался равнодушным к таким соблазнительным алым губам.
