не могу насытиться твоим большим членом. Трахни меня еще раз, тигр.
Суккуб слева от Пакстона подползла к нему, извиваясь и бессмысленно постанывая.
— Я тоже хочу, чтобы твой член был внутри меня, Полубог, — сказала она. — Это было так приятно. Вкуснятина.
— Прекратите! — Пакстон взревел, перепрыгивая через суккубов и спрыгивая с кровати.
На нем не было ничего, кроме трусов. Он огляделся дикими глазами, вероятно, в поисках своего меча, но внутри спальни все было мягким и пушистым. Он поднял лампу и помахал ею перед собой, когда стая суккубов двинулась на него.
— Я не помню, чтобы спал с кем-нибудь из вас, — рявкнул он. — Это гребаный трюк. Я бы никогда не предал своего Лютика. Вы что-то подсыпали мне в напиток? Даже накачанный наркотиками, я бы не переспал ни с одной женщиной, кроме моей единственной настоящей пары.
Я рыдала, услышав его признание и заверения в верности.
— Откуда ты знаешь, любимый? — Спросила другая суккуб медоточивым, соблазнительным голосом.
— Не называй меня так, — усмехнулся Пакстон. — Я был так устроен. Как только я нашел свою пару, я не способен возбудиться ни от какой другой женщины.
— Ты ошибаешься, Полубог Моря, — сказала суккуб, которая положила голову на Пакстона. — Мы можем доказать тебе это. Ты хочешь секса. Похоть бьется в твоих венах и вытекает из каждой твоей поры. Мы чувствуем запах возбуждения внутри тебя за много миль. Трахни нас. Мы можем притвориться ею. Ты можешь вернуться к ней позже, если захочешь, и она ничего не узнает о том, что здесь происходит. Позволь нам ослабить твое давление и доставить тебе бесконечное удовольствие. У нас больше навыков, чем у твоей пары.
Суккубы двигались к нему волнами, обхватывая груди, покачивая бедрами, одна из них двигала пальцем внутри своего влагалища, постанывая, как шлюха.
Мои глаза горели огнем, а ноздри раздувались.
— Ты думаешь, что сможешь заменить моего Лютика? — Холодно парировал Пакстон. — Отвали. Сейчас. У меня нет проблем с тем, чтобы ударить женщину. Меня не просто так назвали мудаком.
Его заявление о том, что он мудак, не остановило продвижение суккубов.
— Ни один мужчина не отказывал нам, тигр, — сказала суккуб.
Они не приняли «нет» за ответ и окружили его, готовые стянуть с него трусы.
— Никто не пристает к моему мужчине, суки! — Я взревела и снова бросилась к стеклянной стене.
Прежде чем я смогла найти способ прорваться в его комнату, Пакстон ударил пару суккубов быстрее молнии и отправил их одним ударом в нокаут.
Он имел в виду то, что сказал о том, что бил женщин, но я могла простить его за это после того, что они пытались с ним сделать. Он действительно был мудаком по отношению к другим, но он был моим возлюбленным.
Он на секунду опустил взгляд на их ноги, затем на себя.
— Где моя одежда? — Потребовал он, оглядывая комнату, прежде чем выбить деревянную дверь.
— Мэриголд, где ты? — Взревел он. — Лютик!
Воздух изменился. Стекло передо мной покрылось рябью и стало жидким, выплевывая Пакстона. Он приземлился на корточки, упершись одной рукой в пол, рыча, пока не заметил меня.
У меня отвисла челюсть, я уставилась на него как идиотка, слезы все еще блестели на моем лице, как будто я никогда не видела его раньше.
— Лютик, детка? — Позвал Пакстон, бросаясь ко мне.
Я встретила его посередине и запрыгнула на него, обхватив ногами за талию, уткнувшись лицом в его крепкое плечо и зарыдав от радости.
— Я думала, что потеряла тебя, — я подняла голову и принюхалась.
— Ты никогда не потеряешь меня, любимая, — сказал он, вытирая поцелуями мои слезы. — Но я должен признаться. В моей комнате была куча голых женщин. Я понятия не имел, как они туда попали, и я потерял свою одежду, сапоги и меч.
— Я знаю, — воскликнула я.
Его глаза расширились.
— Что? Как?
— Это мама, — я поджала губы и указала на стеклянные стены. — Нам нужно добраться до Акселя и Гектора.
Я изогнулась в объятиях Пакстона, пытаясь увидеть, что случилось с Акселем.
Воздух снова изменился, заискрились электричество и магия. Одна сторона стеклянных стен исказилась, потеряв форму. Акселя уже не было в постели, и стекло выбросило его в мою сторону.
Он пошатнулся, его глаза были дикими, но как только он увидел меня, он ухмыльнулся.
— Печенька, — позвал он. — Ты не поверишь, какое приключение у меня было. На мне была целая армия обнаженных женщин. Меня вырвало на них, хотя я этого не хотел.
Я ухмыльнулась ему в ответ.
— Ты прощен.
Значит, и он отклонил предложение этих соблазнительниц. Жаль, что я пропустила шоу, сосредоточившись на драме Пакстона.
— Эти женщины были настойчивы, но я уже занят, — сказал он.
Полубог Войны подошел ко мне и вытащил меня из объятий Пакстона в свои. Пакстон зарычал на него, но не толкнул Акселя, который в ответ уставился на него.
Все все еще были немного не в себе.
— Я был шокирован и травмирован домогательствами этих женщин, — сказал Аксель. — Мне нужно утешение, Печенька!
— Это место играет с нами. Нам нужно вытащить отсюда нашу пару прямо сейчас, — Зак сжал кулаки.
— Пойдем, Печенька, — сказал Аксель, направляя меня и пытаясь найти дверь.
— Давай я понесу ее, — сказал Пакстон.
— Подождите! Гектор все еще там, — крикнула я, указывая в направлении бассейна.
Гектор пробирался по воде к краю, в то время как дюжина потрясающе красивых женщин плелась за ним, хихикая и зовя его знойными голосами.
— Они нимфы, — холодно сказал Зак. — Они любят преследовать мужчин.
— Они живут ради секса, — подтвердил Пакстон. — Старику придется несладко.
Я свирепо посмотрела на него.
— Прости, Лютик, — сказал Пакстон, наклоняясь и целуя меня в губы. — Я так по тебе скучал.
— Не закрывай ей обзор, — сказал Зак. — Она должна увидеть, достоин ли Гектор. Раньше он не мог прикоснуться ни к одной женщине, кроме Бутончика. Но теперь, когда
