я когда-либо слышала, и я возненавидела его.
— Я здесь, Гектор! — Я закричала. — Я здесь!
Он навострил уши, как будто услышал меня. Но в Башне из слоновой кости ее магия приглушила нашу брачную связь.
Я использовала свою силу, чтобы пробраться на другую сторону стекла, чтобы добраться до Гектора, но силовое поле отбросило меня назад.
— Ты бы перерезал горло матери своей девушки? — Сладко спросила Лилит, как будто для нее это было забавой.
Мама могла быть психованной сукой. На вкус это было отвратительно, когда я и мои пары были на другой стороне.
— Это заманчиво, — сказал Гектор. — Особенно после того, как ты пыталась соблазнить меня причинив ей боль.
— Не льсти себе. Я всего лишь проверяла тебя, — Лилит ткнула Гектора локтем.
Гектор убрал клинок и вывернул туловище так, чтобы она не могла дотянуться до него. Его ботинок попал ей в живот, отбросив ее назад, к бассейну.
Лилит не упала в воду. Пара великолепных серебряных крыльев со свистом распахнулась у нее за спиной. Они дали мощный толчок, и она зависла в воздухе над водой.
Крылья Люцифера превратились в куриные крылышки в Пустоте, но мама стала более могущественной и никогда не теряла своих крыльев архангела. Она сказала мне, что это из-за меня. Пустота вознаградила ее за рождение первородной дочери Королевства.
Лилит сузила свои яростные серебристые глаза.
— Смертный, ты осмеливаешься бросить мне вызов?
Гектор выставил свой длинный меч перед собой, готовясь к ответному удару.
Лилит взмахнула крыльями, готовая спикировать на моего возлюбленного, чтобы ударить его.
Полубог или нет, Гектор оставался отличным фехтовальщиком. Его мастерство никуда не делось. Но он не был прежним Полубогом Смерти. Он мог умереть, если она ранит его.
И когда-то она была генералом армии падших ангелов, которая вела войну против небесного батальона. Даже Люцифер боялся ее. И, как большинство могущественных личностей, она могла быть сумасшедшей и непредсказуемой. Я отказываюсь рисковать своей парой из-за ее безумия.
Я должна была заявить о своем праве по рождению, чтобы призвать истинную силу моей магии Пустоты. Я боялась, что как только я это сделаю, Царство может никогда не отпустить меня, как и предупреждала мама. Но первобытная потребность защитить своих возлюбленных ярко горела во мне, пересиливая любой темный страх.
— Я — первое дитя Пустоты, — заявила я тихо и ясно. — Теперь я заявляю о своем праве по рождению. Мне не откажут.
Я больше не была бы беспомощной, обессиленной, наблюдая, как к моим парам пристают, причиняют боль, держат подальше от меня. Пустота была таким же моим царством, как и Лилит, и настала моя очередь защищать их.
Моя новая сила зашевелилась и затрепетала у меня в животе, когда моя безжалостная мать бросилась к моему возлюбленному.
Я взревела от ярости, требуя силы в моей крови, которые принадлежали мне по праву рождения.
Ничто и никто не мог помешать мне добраться до моего Гектора.
Глава 9
__________________
Сила Пустоты бурлила внутри меня, вскипая, когда откликнулась на мой призыв. Она обожгла яростным жаром, и я закричала от боли. Что-то вырвалось из моей спины, внезапная ноша была такой тяжелой, что я едва могла стоять.
Я оглянулась. Пара голубых крыльев выросла у меня между лопатками.
Какого хрена?
Но у меня не было времени размышлять о преображении. Мощно взмахнув своими новыми крыльями, которые реагировали на мои мысленные команды так же легко, как и другие конечности, я полетела к стеклянной стене на высокой скорости. Мой импульс и магия Пустоты, которой я владела, прорвали магический барьер и разбили стены вокруг.
— Нет! — Закричала я, приземляясь между моей матерью и моей парой, как вспышка голубой молнии. — Ты не причинишь вреда тому, что принадлежит мне, мама!
Каждый из них быстро отскочил назад, так как ни один не хотел причинить мне боль.
— Я собирался преподать ей урок, но я не стал бы слишком сильно ранить твою мать, — сказал Гектор.
— Как будто ты мог, смертный, — холодно сказала мама.
Зак, Аксель и Пакстон прорвались сквозь разбитую стеклянную стену и окружили меня защитным кольцом, в шоке глядя на мои крылья.
Я знала это чувство, но сейчас было не время говорить об этом.
Мама, однако, совсем не была шокирована. Она просияла от гордости, ее рожки от восторга стали наполовину малиновыми, наполовину серебряными. Она изящно приземлилась на край бассейна и сложила крылья. Я передразнила ее, мои крылья исчезли, едва я подумала об этом. Я не хотела, чтобы мои крылья были в центре внимания в тот момент, хотя они были очень крутыми.
Особенно я не хотела, чтобы они мешали мне и мои пары чувствовать себя не уютно.
— Моя дочь, — с гордостью сказала мама.
Гектор сурово посмотрел на Лилит и, защищая, притянул меня в свои объятия, а остальные мои возлюбленные прижались ко мне. А потом я оказалась в надежных объятиях всех моих пар, наконец-то снова воссоединившись с ними.
— Как ты могла подвергнуть моих суженых такому испытанию, мама? — Я зарычала на Лилит.
— Испытание? — Она изящно изогнула бровь. — Я думаю, им это очень понравилось.
Все мои пары зарычали.
Лилит улыбнулась им.
— Так не приветствуют будущую свекровь.
— Они могли бы поступить хуже, если бы ты не была моей мамой, — кипела я. — Ты пыталась соблазнить Гектора. У тебя совсем нет стыда?
— Почему мне должно быть стыдно, дорогая Белль? — Мама пожала плечами. — С твоим смертным неинтересно.
Я сжала кулаки. Я задала неправильный вопрос. Демоны, Боги и ангелы не придерживались какой-либо морали и поэтому никогда не испытывали стыда за свои поступки. Мне повезло, что мои пары-Полубоги приняли мою этику.
— Ты винишь его? — Недоверчиво спросила я, бросив на нее еще один взгляд поверх плеч моих суженых. — Он своротил нос от тебя и твоего предложения, Королева суккубов! Тебе это не понравилось, не так ли? Все мои пары отвергли твоих соблазнительниц. Перестань
