Она пылесосила в спальне, когда заметила маленький клочок бумаги, выглядывающий из-под ковра. Выключив пылесос, чтобы он не засосал бумажку, возможно, нужную и лишь случайно оброненную на пол, девушка нагнулась и, дернув за краешек, вытащила небольшую фотографию ребенка.
Надо же! У Арчи тоже есть дети!
Но эта мысль быстро сменилась другой, шокирующей, пугающей. Потому что, приглядевшись, Бренда замерла, ошеломленная, подавленная обнаруженной находкой. Со снимка на нее смотрела улыбающаяся физиономия Джоша. Ее Джоша!
Зачем Арчи держать при себе фотографию ее сына?
Что он за человек?!
У нее закружилась голова. Ноги ослабели, словно не в силах были удержать ее, и Бренде пришлось вцепиться в край кровати, чтобы не упасть. Она присела на покрывало, чувствуя, как к горлу подкатывает дурнота.
Нет, этого просто не может быть! Арчи ведь казался таким приятным, обходительным, милым!
Неужели все это была ложь?!
И он так себя вел лишь для того, чтобы очаровать ее, притупить ее бдительность?!
У нее не было ответов.
Только обрывки воспоминаний вновь кружились в воспаленном мозгу, мешая сосредоточиться, заставляя страдать, пробегая перед глазами новыми картинками, фрагментами ее жизни.
Шокирующими… такими, которым она не хотела верить…
– Разрешите, я сяду у окна? – спросила Бренда.
Женщина, занявшая крайнее к проходу сиденье, встрепенулась и открыла глаза. На коленях у нее мирно посапывал ребенок.
– Конечно, – пробормотала она, приподнимаясь и пропуская Бренду.
Малыш был совершенно спокоен, погруженный в крепкий, безмятежный сон. Бренда невольно залюбовалась им. Она всегда любила детей. Особенно с тех пор, как потеряла своего… которого ей так и не удалось увидеть. Будь проклят Скотт Ларсен! Будь проклят тот день, когда она встретила его!
– Огромное спасибо, – поблагодарила Бренда свою новую соседку. – И извините за беспокойство. Просто осталось всего два свободных места, а сидеть с тем мужчиной мне как-то не хочется. – Она повернула голову и указала взглядом в глубь салона. – Он даже подмигнул мне. Фу. Меня чуть не передернуло.
Молодая женщина, державшая на руках малыша, повернула голову в указанном направлении.
– Вполне вас понимаю, – доверительно улыбаясь, сообщила она. – Он и правда выглядит устрашающе.
Они негромко рассмеялись.
– Даже представить боюсь, что было бы, если бы место рядом с вами было занято, – заметила Бренда. – Может быть, познакомимся? Меня зовут Бренда.
– Бренда?! – в голосе соседки промелькнуло изумление. – Какое чудесное имя. Оно вам идет… Меня тоже так зовут!
– Вот здорово! – Бренда искренне порадовалась. – Первый раз попадаю в такую ситуацию. Мне казалось, это имя очень редкое.
– Да, мне тоже, – усмехнувшись, поделилась соседка, меняя положение руки, на которой лежала голова ребенка. – Любите путешествовать?
– Да, время от времени, – уклончиво ответила Бренда, не собираясь вдаваться в подробности.
Не рассказывать же новой знакомой о том, что ей уже около двух лет приходится переезжать с места на место, лишь бы не дать бывшему любовнику обнаружить свое место жительства. Деньги, взятые из сейфа, почти закончились, несмотря на то что Бренда работала, чтобы не тратить их слишком много. Видимо, мало взяла. В любом случае, если бы Скотт нашел ее, все равно оторвал бы голову за воровство, возьми она у него хоть один доллар… Но теперь было поздно что-либо менять.
– Мы вот тоже решили сменить обстановку. – Соседка кивнула в сторону ребенка, которого держала на руках.
– У вас чудесный малыш, – с ноткой зависти в голосе проговорила Бренда.
– Да, Джошуа чудесный ребенок. Правда, Джош? – Она наклонилась и поцеловала его в лобик.
Ребенок недовольно поморщился, но в то же мгновение черты его лица вновь разгладились. Он продолжал мирно посапывать.
– Сколько ему? – полюбопытствовала Бренда.
Соседка немного помолчала.
– Одиннадцать месяцев, – наконец ответила она. – Мы с ним решили навестить моих родителей.
– Вы с ними ладите?
– Когда как… – Она пожала плечами.
– Ну хорошо, что хоть иногда находите общий язык.
Они немного помолчали.
Бренда смотрела в окно, пристальным взором оглядывая прохожих. Она боялась, что за ней могли следить.
– Поскорей бы поехали, что ли, – пробормотала она.
– Да, я бы тоже не отказалась тронуться в путь, – согласилась с ней соседка.
Будто отвечая на их слова, автобус дернулся, зафырчал и отъехал от остановки. Обе девушки облегченно вздохнули…
Соседка Бренды плохо переносила поездку. Ее постоянно тошнило. И Бренда с беспокойством следила за ней, опасаясь, что той может стать совсем плохо.
– Давай, я подержу малыша, – предложила наконец она. – Возможно, так тебе будет легче.
– Да, спасибо. – Соседка благодарно передала ей на руки спящего ребенка.
Тот на мгновение открыл глаза, посмотрел на Бренду и тут же захлопнул их, засыпая. Но даже этого момента хватило девушке, чтобы проникнуться к этому крохотному человечку такой сильной симпатией, что любое расставание с ним казалось для нее немыслимым.
Она замерла, удивленная чувствами, нахлынувшими на нее. Покосилась на мать ребенка, сидевшую рядом и в изнеможении закрывшую глаза. Порадовалась, что та ничего не заметила.
Еще раз взглянула на Джоша. Тот спокойно продолжал спать, словно все еще находился на руках матери. И Бренда неожиданно представила, будто она и есть его мать. И такая любовь переполнила ее сердце, что девушка испугалась.
Так нельзя! Это же совсем не ее ребенок! Как она может думать о нем, как о своем? Какое имеет на это право?
На миг возникло желание убежать, скрыться с этим малышом, таким прекрасным, что сердце щемило при одной мысли о том, что с ним придется расстаться.
Соседка заворочалась. Поднесла руку ко рту.
– Совсем плохо? – обеспокоенно спросила Бренда, отвлекаясь от своих не слишком благопристойных размышлений.
– Да, – прошептала та.
Ее побледневшее лицо говорило о том, что молодая женщина испытывает невероятные страдания и сдерживается из последних сил.
– Жаль, что у меня нет с собой таблеток, – посетовала Бренда. – Но я всегда хорошо переношу поездки, поэтому даже мысли не возникло позаботиться об этом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
