Читаем без скачивания Пробуждение (ЛП) - Кристин Фихан

Леопарды стояли морда к морде. Чёрный, демонстрируя агрессию, ощетинился и прижал уши к затылку. Пятнистый с опаской оскалился, обнажив заостренные клыки. Бои между самцами кошачьих часто заканчивались смертельным исходом. Поэтому Мэгги попятилась, пытаясь скрыться в листьях папоротника. В ужасе она не могла отвести взгляд от двух бойцов.

Чёрный атаковал с бешеной скоростью. Грация и гибкость в сочетании с сильными мышцами позволили ему в прыжке изогнуться и развернуться. Битва — короткая, но жестокая. Самцы вцепились в глотку друг друга мёртвой хваткой.

Пятнистого леопарда в очередной раз сбили с ног. Он перекатился, изменяя облик, словно удар нанесли настолько сильно, что стало невозможно удерживать кошачью форму. Джеймс развернулся к ней спиной и побежал. Он был обнажён, и Мэгги могла видеть, что его тело имело такое же мышечное строение, что и у соплеменников Брандта.

Мэгги наблюдала, как чёрный леопард на бегу изменил форму, так легко и быстро, что она едва могла поверить своим глазам. Брандт поймал убегающего за волосы, и тот замер на месте. Губы Брандта угрожающе скривились. На лице отразилась холодная ярость.

— Джеймс, ты думал, мы не выясним, кто помогал браконьерам? Тобой воняло по всему их лагерю.

— Я вел там расследование, — возразил Джеймс, переводя взгляд с Брандта на Мэгги. — Я бы не сдал животных браконьерам!

Тяжелый кулак Брандта врезался в плечо Джеймса.

— Не смотри на неё. Смотри мне в глаза, если хочешь жить и дальше.

Мэгги тут же съёжилась в глубине под покровом листвы. Она не стеснялась собственной наготы, джунгли, казалось, её полностью раскрепостили. Но от одной мысли, что Джеймс на неё смотрит, становилось тошно. Да и Брандт словно заводился с пол-оборота, когда видел устремленный на неё взгляд другого мужика.

Джеймс мгновенно подчинился. Мэгги испугалась, уж очень быстро он пошёл на попятную, как если бы знал, что Брандт действительно может прикончить человека. Она прикрыла рот дрожащей рукой. Условия жизни в тропическом лесу крайне примитивны. Никаких полицейских по углам, никакой местной власти, которой бы подчинялись Брандт и его люди. Изолированные, они жили по стремительным и смертельным законам джунглей.

— Брандт, клянусь, я не помогал браконьерам. Я сменил форму и хотел помочь женщине с медведем. Но насилие, её запах, говоривший, что она такая готовая, и кровь — мешали мне трезво мыслить.

Брандт так сильно ударил Джеймса, что тот чуть не упал.

— Мэгги не виновата, что ты слетел с катушек. Наши мысли всегда кристально чисты. Джеймс, ты захотел то, что тебе не принадлежит. Ты наблюдал за ней, когда Дрейк сопровождал её в лесу. Они слышали твой запах. Я чувствовал тебя. Твоя вонь стояла повсюду возле нашего дома. А закончив, что ты планировал сделать? Её убить?

— Нет!

Мэгги обрадовалась, что это предположение ужаснуло и шокировало Джеймса.

— Понятия не имею, что мне взбрело в голову. Наверное, подумал, что она предпочитает меня и хочет в качестве замены.

— Джеймс, ты же знаешь, что не можешь украсть чью-либо пару. — Брандт с отвращением на лице ещё раз врезал сопернику. — Убирайся, предстань перед советом и расскажи, что ты натворил. В противном случае, ты станешь злейшим врагом, и я открою на тебя охоту. — Он оттолкнул Джеймса, золотистые глаза угрожающе блестели. — Ты знаешь меня. Я буду тебя выслеживать, пока не найду.

Споткнувшись, Джеймс отошёл на пару шагов, а потом, оглянувшись, сказал:

— Брандт, клянусь, я не собирался ей навредить. Я бы никогда так не поступил с одной из наших женщин.

Брандт смотрел Джеймсу вслед, пока тот не скрылся из виду. И только после этого повернулся к Мэгги. И теперь, когда ей ничего не угрожало, он смог свободно дышать и думать. Преследуя, он загнал любимую в ловушку между его мускулистым обнаженным телом и стволом дерева.

— Ты сказала, что будешь меня ждать, — упрекнул он.

Живот Брандта пересекала длинная воспаленно-красная полоска. В смятении Мэгги проследила глазами рваную рану и, в конце концов, уставилась на огромную эрекцию.

— Нет, ты не можешь быть возбужден, — прошептала она. — Ты же мог погибнуть.

Он пленил её своей толщиной, формой. Неосознанно, она провела рукой по его плечу, прикоснулась к краю раны на животе и погладила возбуждённую плоть.

Брандт взял её за подбородок, глаза всё ещё угрожающе мерцали. От адреналина, бурлившего в крови, его тело сотрясала мелкая дрожь.

— Мэгги, ты всегда будешь меня заводить. — Он впился в неё поцелуем. — Сейчас я вернуть домой за медикаментами. Без тебя я буду двигаться быстрее. А ты оставайся на месте.

Она тяжело дышала от возбуждения. И не последней причиной тому стала увиденная сцена ожесточенной драки.

— Брандт, я сожалею, что подвергла тебя опасности.

— Милая, мы наслаждаемся опасностью. Это наш образ жизни. — Он, дразня, провёл зубами по пульсирующей жилке у основания шеи. — Обещаю, я скоро вернусь. Не бойся.

Мэгги наблюдала, как он растворился среди густой растительности. Ни капли страха. Её место здесь, в дождевом лесу, и она принадлежала Брандту Толбету. Чтобы с ней не происходило, каждое мгновение, проведённое здесь, она знала, что джунгли — её дом, а Брандт — её пара. Именно с ним Мэгги хотела провести всю жизнь. И как это произошло, не важно, главное она хотела с ним быть. Готова смириться с чуждыми ей способностями и жить здесь, в джунглях. Ничего из того, что она оставила в цивилизованном мире, не могло заставить её покинуть Брандта.

Мэгги посмотрела на почти неподвижно лежащего медведя, во взгляде которого не теплилось и толики надежды.

— Но я собираюсь научиться изменять форму так же быстро, как это делает Брандт, — сказала она животному. — А также провести некоторые исследования, касающиеся твоей короткой жизни, мистер Медведь.

Когда Брандт вернулся, Мэгги что-то тихо напевала бируангу. И, увидев его полностью одетым, испытала разочарование. Он передал ей джинсы и футболку, которые она поспешно натянула. Пока сам усыпил животного, метнув в него дротик с транквилизатором.

Оказалось с Брандтом легко работать. Такое чувство, будто он интуитивно знал, что ей нужно. Его руки с благоговением гладили медведя, поддерживали его голову, обеспечивая зверю возможность нормально дышать, пока она занималась его повреждениями.

— Его нужно поместить в клетку, — сказала она, вытерев пот тыльной ладонью руки, но лишь размазала грязь. — Он слишком слаб от ранения, чтобы самому нормально питаться или дать отпор хищникам, — объяснила она. И предусмотрительно отошла от бируанга на безопасное расстояние. Откуда могла наблюдать за его пробуждением. — Ранение не такое уж и серьезное. Кости не сломаны, потеря крови незначительная. Но тот, кто пытался его застрелить, оказался неважным стрелком.