что всплыл с большой глубины. Взглянул на бледного как лист бумаги парня, который сидел напротив меня. Зябко поёжился: в комнате стало холодно. И с трудом ворочая языком, уточнил, указывая на висевшего рядом со столом призрака:
— Она?
Парень сглотнул и кивнул.
— Значит, не ошибся, — выдохнул я и глухо спросил у женщины:
— Елена Анатольевна, вы узнаете этого человека?
Женщина присмотрелась к сидевшему в кресле и обернулась ко мне:
— Узнаю, как же не узнать? Племянник это мой. Феофан.
— Ага. Он у вас жил?
— Да и сейчас живёт поди, — подтвердила женщина.
— И вы ему ее оставили?
— Ну не Империи же? — вопросом на вопрос ответила Елена Анатольевна. — Хрен им, чиновникам.
— Отлично. Тогда давайте составим завещание, я его утвержу, и…
— Так я уже написала, — произнесла женщина. — И на квартиру, и на накопления. Или он, раздолбай, потерять его умудрился?
— Дак я ж его и не нашел, тетя Лена, — пробормотал парень.
— Не нашел, — буркнула женщина. — Того я и боялась, что ты без присмотру на улице окажешься. Добрый ты. И простодушный. В шкафу бумага лежит, под стопкой счетов и фотоальбомом, что бархатом обшит. А ключик под вязаной салфеткой припрятан на телевизоре.
Я с облегчением выдохнул. Значит, не придется просить усопшую писать завещание. Или составлять его за нее:
— Спасибо вам, Елена Анатольевна. Вы очень помогли племяннику не оказаться на улице.
— А ты, Феофанушка, будь осторожнее. Не то обманут тебя жулики, — обратилась Елена Анатольевна к племяннику. — И котов корми исправно. А я пойду. Пора мне.
И я заметил, как после этих слов на глазах Феофана выступили слезы:
— Прощай, тётушка, — с трудом произнес он. — Встретимся на той стороне.
Женщина тепло улыбнулась, и я отпустил связующий знак, который держал Елену Анатольевна на этой земле. И призрак медленно растворился в воздухе. Я же тяжело вздохнул и утёр покрытый испариной лоб. Уточнил:
— Сделаете с завещания копию и передадите ее в управу. И от вас отстанут. Ваш вопрос решен?
Феофан судорожно кивнул.
— Отлично. Тогда поставьте подпись вот здесь.
Я чиркнул на листе галочку на месте подписи и протянул посетителю листок и ручку. Феофан снова кивнул и поставил закорючку в указанном месте.
— Спасибо, барин, — произнес он. — Вовек не забуду. Очень помогли.
Я вымученно улыбнулся:
— Да не за что. Удачи вам.
Парень встал с кресла, и сжимая кепку, попятился к выходу. Я же бросил лист на край стола. Откинулся на спинку кресла, заложил ладони за голову и прикрыл глаза. Первое дело закрыто.
* * *
С количеством посетителей в первый рабочий день я просчитался. Клиентов было немало. Правда, до обеда я обошёлся простыми консультациями. И прибегать к фокусам в виде возвращения призраков из лимба мне не пришлось. В час дня я отпустил очередного посетителя, встал с кресла и вышел из кабинета, и передал секретарю карточки с ордерами:
— Не желаете перекусить? — обратился я к девушке, которая убирала ордера в папку. — Приём приемом, а обед по расписанию. По указу Павла II о труде, каждый работник имеет право на перерыв на обед.
От моего предложения щеки девушки зарделись, и я поспешно добавил:
— Я против романов на рабочем месте, если вы опасаетесь такого.
— Ну, раз так, то я только за.
Арина Родионовна встала с кресла, убрала стопку листов с ордерами в ящик стола, и обернулась ко мне:
— Идёмте, Павел Филиппович? Кстати, где предлагаете отобедать?
— В "Мертвых поэтах", — ответил я. — Заведение в паре кварталах отсюда.
— То, что на набережной? — уточнила девушка, и я кивнул:
— Да. С открытой террасой, с которой открывается чудесный вид на реку.
Девушка взяла стоявшую на подоконнике сумку и посмотрела на меня. И я шагнул к выходу. Потянул на себя дверь, и…
— Ба, поглядите, кто у нас здесь. Мастер-труполюб Чехов.
Во двор вошли четыре человека. Одного из них я уже знал. Мы совсем недавно познакомились в "Старом Лепреконе", а потом виделись в магазине одежды. Пожарский.
Рядом с ним стояли трое в одинаковых куртках с гербом семьи:
— Смотрю, вы уже нашли себе секретаря, — продолжил Пожарский и сделал шаг вперёд. — Позвольте поинтересоваться, милая барышня, как вам работается в кабинете труполюба? Опыты с мертвецами уже практиковали?
Троица засмеялась, всем своим видом показывая, что шутка Пожарского им понравилась.
Щеки девушки покрыл румянец. Она удивлённо посмотрела на меня, явно не понимая, о чём речь.
— А, мастер Пожарский, добрый день, — спокойно ответил я. — Помнится, в прошлый раз диалога меж нами не вышло. Вы привыкли бежать, как до того бежали с товарищами из «Старого Леприкона»…
Лицо Пожарского пошло черными пятнами от гнева:
— Бежал? — просипел он, и я кивнул:
— Не смею вас осуждать. Инициатором побега выступил мастер Минин, и вы, как его верный пёс, исполнили то, что вам приказали. Арина Родионовна, пройдите, пожалуйста, в дом. Здесь сейчас будет проходить урок хороших манер.
Последняя фраза относилась к секретарю. Девушка поспешно кивнула и скрылась за дверью. Вовремя. Над головой Пожарского закружили фениксы, а один из друзей князя уже призвал сотканных из водных вихрей големов. Остальные замешкались, явно не понимая, что делать. Ну, тем лучше.
Я указал себе под ноги, и на дорожке появились щелкающие зубами пни. Тут же махнул рукой в сторону "водника", и за его спиной показался призрак в остроконечной маске и топором в руке. Он одним быстрым движением надел на голову парня мешок из плотной чёрной ткани. Закрутил углы мешка и растворился в воздухе. Боец, который стоял рядом с "водником", дёрнулся было на помощь, но с моей ладони сорвался знак призыва. Тотчас за спиной противника появился черный призрак, который накинул на шею бойца гарроту, и затянул шнур. И парень захрипел, пытаясь ладонями сорвать с горла невидимую удавку. "Мешок палача", и "Удавка" не убьют противников, но выведут их из строя на какое-то время. А я постараюсь разобрать оставшихся.
Пожарский оказался предсказуем и бросил в меня огненный шар. Я поспешно повел рукой, и между снарядом и мной возник призрачный рыцарь, который закрыл меня щитом. Шар ударился в преграду и стек на землю сияющими брызгами.
Следом Пожарский пустил в атаку огненного демона с мечом, пытаясь
