Завтра я подам заявление от группы рабочих.
Я протянул мужчине руку. Рабочий немного замялся, но всё же ответил на рукопожатие, скрепляя сделку:
— Спасибо, барин, — забормотал он.
— Пока не за что, — ответил я. — Ну, если у вас все…
Мужчина кивнул, и, пятясь и рассыпаясь в благодарностях, вышел из кабинета. Я же довольно вздохнул и сделал первую запись в ежедневнике:
— Ну, хоть что-то интересное.
Встал из-за стола и вышел из кабинета. Передал последние карточки Арине Родионовне и та убрала их в стол.
— Поздравляю вас с окончанием первого рабочего дня. Завтра будет полегче. Не так много посетителей. А ещё я постараюсь купить компьютеры и принтер. Так что заполнение карточек тоже пойдёт быстрее.
— Было бы неплохо, — ответила девушка и поднялась с кресла. — Я заказала канцелярию. Обещали привезти завтра утром к моему приходу. Тогда и разложу все по папкам и заведу картотеку.
— Отлично. Спасибо вам за работу.— Фома ушел в торговые ряды. Сказал, что вы в курсе, зачем ему это нужно.— Да, я понял.
Арина обернулась ко мне, уточнила:
— Я могу быть свободна?
— Да, конечно.
— Тогда до завтра, мастер Чехов.
Секретарь взяла свою красную сумочку, и, цокая каблуками, вышла из приемной.
Я же потер лицо и направился на второй этаж. Вошёл в гостиную и сел в кресло.
— Ну и как первый рабочий день? — послышался голос от двери.
— Достаточно… продуктивно, — ответил я, глядя в окно. — Не думал, что палата выписала на мое имя столько ордеров. Как будто в городе перевелись другие государственные защитники.
— Полагаю, кто-то устроил молодому адвокату боевое крещение. Я бы так и поступила.
— Надеюсь, так и есть.
— А гости? — беспечно уточнила Любовь Федоровна.
Я обернулся к стоявшему в дверях призраку:
— Какие?
— Которых ты раскидал во дворе дома, — спокойно ответила женщина.
— А, это старые знакомые, не берите в ум, — отмахнулся я. — Пришли кое-что уточнить.
— Это конечно не мое дело. Если они не вернутся ночью и не попытаются поджечь дом.
— Такие решения вопроса остались в прошлом, — ответил я. — Да и они аристократы. Люди чести. Нападать исподтишка не их профиль.
— А кидаться вчетвером на одного это по кодексу чести? — удивлённо воскликнула Любовь Федоровна. — В наше время это по-другому называлось.
— Чисто технически напал только один. И ещё двое хотели, — возразил я. — Их я пристукнул для профилактики. А четвертый не решился драться.
— Думаю, за проявленную трусость его поколотят свои же, — ответила Любовь Федоровна. — В мои времена именно так было принято наказывать слабаков. Неужели сейчас все изменилось и завтра этому гаденышу подадут руку в приличном обществе?
Я пожал плечами:
— Всякое может случиться. Но это уже не мое дело. А вот видеоглаз поставить во дворе и впрямь не помешает. С красной лампочкой, чтобы издалека видно было.
— И то верно. Я заварила чай. Так что если хочешь-могу принести.
— О, был бы вам очень признателен, Любовь Федоровна, — ответил я, и призрак удалилась. А через секунду на кухне послышался звон посуды.
Женщина вернулась в гостиную спустя пять минут. Перед ней в воздухе парил поднос, на котором стояли заварочный чайник и чашка.
— Вот.
Поднос плавно опустился на стол, и я присвистнул:
— Ох, ничего себе.
— У меня было много времени для тренировок, — ответила женщина.
— Спасибо большое.
Я налил чай в чашку и сделал глоток.
— Девушка в секретаршах неплохая, — вынесла вердикт Любовь Федоровна. — Немного нерасторопная, но старательная. С магазином канцелярии торговалась, чем изрядно меня повеселила.
— Не одобряете?
— Напротив. Считаю, что тратить деньги нанимателя тоже стоит с умом. Но я прослежу, чтобы она вписала в счет верную сумму.
— Вряд ли Арина Родионовна станет обманывать. Она для этого слишком порядочная.
— Я привыкла проверять людей, а не доверять, — отрезала хозяйка дома и покачала головой. — И потому возьму проверку на себя. А ты занимайся своими делами и не думай об остальном.
— Благодарю, — не стал я спорить с призраком, понимая, что переубедить ее не смогу.
Откинулся на спинку кресла, обдумывая дело.
Палата оплатила бы мне судебные расходы, но до суда я доводить не хотел. Это слишком долго и муторно. Нужно было решить все как можно быстрее.
Прокуратура вряд ли поможет мне в этом деле. И вовсе не потому, что работники лавки дали бы государевым людям взятку. Дворянам чужды проблемы черни. Поэтому аристократы вряд ли станут заморачиваться с серьезной проверкой. Отпишутся, что проверка проведена, нарушений не обнаружено, и на этом все успокоится. Попробовать решить вопрос через знакомых отца?
Впрочем, я тут же отверг эту мысль. Отец не станет мне помогать ни при каких обстоятельствах. Рабочая инспекция тоже скорее всего просто свяжется с профсоюзом и скажет в срок дать ответ об устранении нарушений и забудет об этом деле. Оставался суд. Но это было долго.
Мог сработать фокус с давлением на приказчика. Например, через знаменитую в городе фамилию. Если в разговоре правильно расставить акценты, и давить на нарушения рабочего кодекса — можно и выбить деньги быстрее.
Я сделал ещё один глоток и поставил пустую чашку на стол. Чай — это хорошо, но надо бы подумать об ужине.
Этот ужин очень нужен
Ехать куда-то в ресторан было лень. Фомы с золотыми руками в доме не было. Поэтому я решил пойти на риск и купить все в отделе готовой продукции в ближайшей лавке. В конце концов не с голоду же умирать.
Я встал с кресла, взял со стола ключ и вышел из гостиной. Спустился по лестнице и ступил на крыльцо. Осмотрелся по сторонам, памятуя о Пожарском с приятелями, что решили заглянуть в гости сегодня днём. Но во дворе не было ни души. Обошел дом и нашел в мятой траве следы крови, о который говорила Любовь Федоровна. Все же стоит подумать о наружном наблюдении. Хотя бы условном. Пусть даже это будет муляж с красной мигающей лампочкой. А вот на входе поставить настоящую камеру и магнитный замок на дверь арки. Все же должны быть преимущества в закрытом дворике на одну парадную.
У тротуара за аркой была припаркована машина. Старый, выпущенный лет
