Упрямо шагая через лес, под проливным дождем, вздрагивая от раскатов грома и вспышек молнии, я уже не надеялась выйти к дому. Мрачные мысли то и дело ввергали в уныние. А если на карте ошибка? А если от дома остались одни руины? А если я иду не туда? Но я упрямо заставляла себя шагать, сверялась с картой, поскальзывалась на размытой непогодой дороге. И, когда вдруг вывернула прямо на поместье, поначалу не поверила своим глазам.
Вдалеке от дороги, среди заросшего, но все еще великолепного сада, высился настоящий замок. Когда-то камень был светлым, но время на пару со стихией, придали замку мрачность и какую-то особую красоту. Он оказался старше, чем я предполагала: остроконечные башенки и узкие окна были в моде лет двести назад, весь центр столицы был застроен такими дворцами. Их тщательно берегли — после войны осталось мало памятников архитектуры.
Но самым главным было то, что поместье было обитаемо! На втором этаже горели сразу четыре окна, и это были не бродяги, разведшие костер, это был нормальный яркий свет, а окна были занавешены шторами! Показалось даже, в одном из окон мелькнула темная фигура!
Несколько минут я колебалась. Но холод, дождь и сбитые в кровь ноги оказались способны развеять любые опасения. Даже если там окажутся злые люди, я готова рискнуть. Оставаться на ночь в сломавшемся воиде или вовсе в лесу, под открытым небом, было бы подобно смерти.
Я бегом рванула к воротам, которые, конечно, оказались закрыты. Зато обнаружился звонок. Руки слушались плохо, но я несколько раз нажала на бронзовую изящную кнопку. Спустя мучительную минуту раздался хриплый недовольный голос:
— Слушаю.
— Извините, пожалуйста… не могли бы вы разрешить мне погреться? Мой воид сломался в лесу, на старой дороге, я направлялась к границе. Я очень замерзла, здесь ужасный дождь! Прошу вас! У меня нет дурных намерений!
Ответом стала тишина. В отчаянии, вдруг испугавшись, что такая близкая надежда на тепло, превратилась в призрачную, я снова нажала на кнопку:
— Господин… милорд, я умоляю, я не причиню вам беспокойства, я… у меня есть немного денег! В округе ни одной деревушки, я не знаю, сколько будет длиться гроза, клянусь, что…
С негромким скрипом ворота медленно начали открываться, и от облегчения я едва не разрыдалась. Не стала ждать, когда ворота откроются до конца, юркнула через образовавшуюся щель и припустила по дорожке к дверям дома. Показавшийся заброшенным сад в ближайшем рассмотрении оказался довольно ухоженным и свежим. Он отличался от принятой в столице геометричности, был каким-то излишне хаотичным, но все же довольно красивым.
Перед дверью я в нерешительности остановилась, не зная, будет уместно ждать, когда мне откроют и пригласят, постучать или войти самой. Наконец я осторожно постучала — и дверь от малейшего усилия открылась.
О, Звездноликая, от тепла, в которое я вошла, разлилось наслаждение! Просто невероятно, какой восторг может вызвать крыша над головой и осознание, что сверху больше не льется ледяная вода. Правда, из-за контраста температур я начала мелко дрожать. Но это были такие мелочи в сравнении с перспективой ночевки в лесу!
Открыв рот, я рассматривала огромный холл в серо-синих тонах. Уходящая вверх широкая винтовая лестница была закрыта роскошным мягким ковром. Сквозь окна с невероятной красоты витражами пробивался тусклый свет. Полумрак скрывал картины и канделябры на стенах, но и без того было совершенно ясно: дом обитаем, и его хозяин тщательно следит за роскошной обстановкой.
Интересно, кто он? Аристократ-отшельник? Приехавший в отпуск богач?
Не хотелось бесцельно шататься по чужому дому: от обуви на полу оставались безобразные влажные следы. Но никто не спешил со мной знакомиться, и стало как-то не по себе. Я сделала несколько шагов к центру холла, чтобы посмотреть наверх.
— Извините, — осторожно позвала я, — понимаю, что доставляю неудобства, но нельзя ли мне воспользоваться ванной?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Мой дом к твоим услугам, Теана.
Нет! Нет, только не это! Голос не может принадлежать ему, это какой-то сон!
Я резко обернулась, а в следующую секунду холодный мокрый лес стал самым желанным домом на свете! Прежде, чем испуганный возглас сорвался с губ, я бросилась к двери, но та с оглушительным грохотом закрылась. Следом закрылись и окна, а канделябры на стенах сами собой вспыхнули, осветив холл жутковатым красно-оранжевым светом.
— Ты можешь воспользоваться ванной на втором этаже, рядом со своей комнатой, Теана. Все уже готово. Рекомендую хорошенько отдохнуть, потому что тебе придется задержаться.
Габриэл Гримвелл улыбнулся. Впрочем, его улыбка была обманчива: темные глаза оставались серьезными, и отблески огня в них не обещали мне ничего хорошего.
е запрещено выходить из нее без моего разрешения, Теана.
— Кто вы такой?! — Я упрямо сжала кулаки, не собираясь сдаваться, хотя внутри все сжалось от страха. — Вы не имеете права меня здесь держать!
— Я, Теана, все еще глава семьи. В которую ты тоже вошла. О правах поговоришь с господином Лотнером… если однажды представится такая возможность. А сейчас ты в моем доме и будешь жить по моим правилам. Можешь потратить всю ночь, чтобы попытаться выбраться — я уверяю, это невозможно, я учитываю свои ошибки. А можешь подняться в комнату и привести себя в порядок. Ты, кажется, очень убедительно ныла о том, как замерзла и устала. Второй этаж. Первая дверь.
С этими словами Габриэл развернулся — и скрылся за дверью, ведущей в недра дома. Словно совершенно не опасался, что я сбегу или разгромлю дом. Хотя у меня не было шансов ни на то, ни на другое.
Больше из-за отчаяния я все же подергала дверь и жалобно хныкнула. Близость свободы рождала обиду. Так глупо попасться! Если бы я переждала грозу в воиде, если бы решила дождаться теплой погоды и пойти пешком. Нет гарантии, что Габриэл не отправился бы на поиски, но у меня был бы шанс! Крошечный шанс, даже не использовав который я бы не чувствовала себя так… как бабочка, которую поймали сачком и прикололи острой иглой на картонку.
Нельзя недооценивать магов. И умных мужчин с деньгами — тоже. Наверное, несложно было догадаться, что раз я выскочила на промежуточной станции, то попробую добраться до Эйнгории позже. А раз однажды меня уже выследили на дороге, то, разумеется, я попытаюсь сбежать обходным путем, и старая дорога для этого подходит наилучшим образом.
И вот совпадение-то, именно рядом с ней есть поместье Гримвеллов. Какая удача для Габриэла, что мой воид заглох именно рядом с Фирвудом.
— Идиотка, — чувствуя накатившие слезы, пробурчала я, — просто идиотка, которая возомнила себя умнее всех.
— Теана, — раздалось откуда-то с потолка, — хватит упрямиться. Иди в комнату, иначе я тебя заставлю.
Голос Габриэлла звучал гулко и жутко. Усиленный магией, он как будто залезал прямо в голову, управлял потаенными страхами. Я с шумом сглотнула и направилась к лестнице, ничуть не сомневаясь, что угроза реальна. Гримвелл уже демонстрировал грани своего дара, и мне не хотелось проверять во второй раз, смогу ли я освободиться от его контроля.
Осторожно, как в пещеру с диким зверем, я сунула нос в комнату и, убедившись, что там меня не поджидает окровавленный алтарь, вошла. Обычная большая комната, разделенная на две зоны большим книжным шкафом. С одной стороны постель, туалетный столик и небольшая танкетка, с другой — камин, кресло и низенький журнальный стол.
Внешняя мрачность поместья отразилась и на его внутреннем интерьере. Тяжелые ткани с крупным абстрактным узором, темное, почти черное дерево, да такое тяжелое, что мне даже не удалось сдвинуть столик с места! Насыщенный красный цвет тканей, штор и декора подходил комнате, но совершенно не подходил мне. Напоминал об отблесках красных колдовских свечей.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
На окне не оказалось решетки, и в душе всколыхнулась надежда: если Габриэл отвлечется, я смогу сбежать! Хотя бы попытаться, ведь второй этаж — не так уж и высоко.
