не пришел, но лекари надеются на лучшее.
Госпожа Аканта подвела итог:
– Официальное расследование я отдаю вашим людям, Рисс. Наши люди будут работать неофициально. Завтра вам, – повернулась она к Скаю, – принесут договор с именем вашего нанимателя. Я слышала, у вас есть знакомства в Академии Искусств? Постарайтесь выйти на студентов, живущих в тех домах. Хотя большего внимания заслуживают преподаватели. Студент, тринадцать лет подряд продолжающий учиться, – это странно. Такого мы найдем без труда. Впрочем, вы, полагаю, сами разберетесь. Господин Марк высокого мнения о ваших способностях. А теперь я вас оставлю. Развлекайтесь!
Она плавным движением танцовщицы поднялась с лежака и удалилась.
Скай надеялся, что дальше будет обсуждение дела, а потом все отправятся по домам, однако господин Рисс и его люди то ли не собирались делиться своими соображениями с Тайной Службой, то ли и правда решили от души отдохнуть перед важным делом. Теплый бассейн, фрукты, легкое вино и явившиеся вскоре массажистки с флакончиками ароматного масла могли бы порадовать молодого волшебника в какое-нибудь другое время. Как можно было наслаждаться массажем, когда где-то бродит чудовище в человеческом облике и, возможно, уже присматривается к новой жертве? Будь здесь только Данн и Пит, Скай, возможно, и завел бы разговор о подробностях дела, но укорять в небрежении к работе Рисса и второго немолодого волшебника все же показалось Скаю чересчур дерзким. Он честно постарался расслабиться и получить хоть какое-то удовольствие, но так и не сумел.
О деле больше никто так и не заговорил, только на прощание Рисс сказал Скаю, что ждет его в понедельник.
Глава 10
На обратном пути волшебник забрался на козлы рядом с возмутительно довольным Питом.
– Вы куда, ваше мажество? – удивился тот. – Вам по статусу не полагается!
– А кто в глухой ночи мой статус тут рассматривать будет? А если рассмотрит, пожалуешься потом, что хозяин напился и самодурствует. Сам же хотел от меня барских замашек!
Крыть кучеру было нечем. Он только спросил:
– А не замерзнет хозяин от самодурства-то? Кто будет великие дела вершить, ежели и он свалится с лихорадкой?
– Ты ж не замерзаешь, – отмахнулся Скай. – Ночь не такая уж холодная, зато здесь о делах поговорить можно.
– Все бы тебе о делах, – вздохнул Пит, отбросив роль простого кучера. – Не будешь хорошо отдыхать – быстро сломаешься. Ты же не думаешь, что тот же Рисс просто ленится и небрежно относится к работе?
– Я думаю, что Рисс уже начал скрывать от нас свои догадки. Не может же у него их не быть!
– Одно другому не мешает, – рассмеялся Пит. – Он просто старый и мудрый, так что понимает: если не болтать о работе за отдыхом, то и лишнего не сболтнешь. А еще он уж точно научился оставлять мысли о работе, как только рабочее время закончилось.
– Ты еще предложи завтра делами не заниматься – воскресенье же.
– Увы, у Тайной Службы, в отличие от гильдейской охранки, выходных не бывает, – усмехнулся Пит. – Да и с отпуском опять как-то сомнительно вышло. Завтра ты будешь одновременно кокетничать с красавицей и думать, как бы ненавязчиво напроситься на знакомство с ее собратьями по карандашу и кисти.
Скай сморщился.
– А без этого никак нельзя обойтись? Мне очень не хочется втягивать Кэссию в эти шпионские игры.
Пит повернулся к волшебнику и смерил его долгим взглядом.
– Понимаешь, Скай, – сказал он наконец. – Все было бы намного веселее, будь это игры. Но у нас тут все всерьез. Конечно, очень хотелось бы, чтобы симпатичные девушки оставались в одном мире, а ужасные чудовища в другом, и эти миры никогда-никогда не пересекались. Обыватели даже могут себе позволить верить, что так оно и есть. Те же кладоискатели верили, что вот он – унылый мир учебы и библиотек, где самое ужасное, что может с тобой произойти, это заваленный экзамен. А потом ты спускаешься в страшное подземелье, кишащее нечистью и приключениями – и тут уже может случиться всякое. И для того, чтобы всякое не случалось, нужно просто оставаться в безопасном мире на поверхности. Но мы-то с тобой знаем, что это не так. Мир один. Чудовище не живет в лабиринте. Оно ходит по одним улицам с нами. И с леди Кэссией, и с другими мирными людьми. Никто от него не защищен. Оно притворяется обычным человеком, носит маску. Чем быстрее мы с него эту маску сорвем, тем меньше людей пострадает, и простые люди смогут и дальше верить, что живут в безопасном мире. Мы должны сделать для этого все необходимое, даже если придется поступить по-свински и обманывать девушку, которая нравится. Наша нечестность и нечестность убийцы – не пытайся мерить их разными мерками. Поставь их на одни весы и сразу поймешь, насколько твой обман мелкий. У обывателя может существовать одна мораль для мирного времени и другая – для войны. Наша война – она не заканчивается. В общем, я еще долго могу на эту тему рассуждать. Сам много думал обо всем этом, когда был молодой и глупый. Тетушка Лиз всегда учила, что врать плохо, а потом пришел отец и начал учить притворяться и выведывать. Очень трудно это вот так, с ходу в голове уложить… Вот леший!
Пит натянул поводья.
– Заболтались и свернули не туда. Сейчас найду, где тут развернуться.
Скай молчал. Хотелось задать сотню вопросов. Хотелось спорить и доказывать, что Пит не прав. И совершенно не хотелось представлять, что Кэссия может быть знакома с убийцей. Ну или даже просто ходить с ним по одним улицам. Было бы гораздо лучше, если бы они и впрямь существовали в разных мирах.
Развернуться не получалось долго. Узкие запутанные улочки вывели их к самому Оленьему мосту. Здесь Пит наконец смог повернуть в нужную сторону.
– Вот говорил же мне дядюшка Кси, что ничего путного от энтой хвилософии не бывает! Такой крюк сделали!
– Ну, хоть совсем не заблудились, – вымученно улыбнулся Скай. – Слушай, а если война никогда не кончается, то как это соотнести с советом отдыхать и расслабляться?
– Ну дык, война идет, а битва-то заканчивается! – усмехнулся Пит. – Много бы рыцари навоевали, если бы все время, весь поход, не снимая, таскали на себе броню? Вот и нам не нужно весь этот груз носить с собой постоянно. Подвернулась возможность – ешь, отсыпайся, копи силы.
– Ладно, постараюсь, – пообещал Скай.
Ник встретил их в гостиной: сидел с книжкой на диване, завернувшись в одеяло. Выглядел травник куда менее больным, но очень встревоженным.
– Где вас так долго носило? Все в порядке?
Пит заверил его, что все идет по плану, и погнал обратно в постель, пообещав рассказать обо всем, но завтра. Ник спорить не стал, но, конечно же, после ужина в комнате насел с расспросами на
