— Я думаю, душа моей Аишы превратится в огромное поле с лиловыми тюльпанами, — вдруг произнес одноглазый чудак.
Мария удивилась такому ответу, но возражать не стала.
— За одну ночь, совсем недавно, одна женщина стала мне очень близким человеком, и я только сегодня узнала об ее кончине. Ее звали так же — Аиша. Ты не знаешь, что обозначает это красивое имя?
Он удивленно посмотрел на Марию и откровенно обрадовался ее продвижению по космической лестнице познания себя.
— Ты меня поражаешь! — сказал он, закрывая ее лицо своими ладонями. — Посмотрите! Есть Мария, нет Марии, есть Мария, нет Марии! — Чудаковатый паренек стал играть с ней, как с маленьким ребенком. — Ты понимаешь, что она во всем: в тебе, во мне, в стуле, в цветах, в дороге.
— Кто? Аиша?
— Да, она! Потому что она всю жизнь шла, ведомая под руку самой Любовью.
— Странно, что любовь не спасла ее от смерти.
— Но ведь ты пыталась это сделать…
— Да, но плохо вышло…
— Все вышло лучше, чем даже можно было себе представить. А у тебя крепкая гордыня, между прочим, сообщу тебе! Зачем ты записываешь на свой счет очередную вину? Скажи, ты же думаешь, что это ты виновата в ее смерти?
— Частично, — созналась Мария.
— Это кощунство — делать вид, что переживаешь по поводу смерти человека, а на самом деле винить себя. Ты в этом абсолютно не виновата. Но спорить я с тобой не буду.
— Правильно, не стоит со мной спорить. Это заведомо проигранное для тебя дело, — в ней вдруг появилась искорка жизни, которую она с огромным трудом разжигала, подавляя слезы внутри.
Мария вдруг подумала: как же ему тяжело сейчас…
— Так зачем ты пришел? — уже с большей бодростью в голосе спросила она.
— Ты вчера дала мне очень много денег. Я думал вернуть тебе позже, но все происходит очень быстро.
— Я не помню, сколько дала тебе денег, и ничего не хочу об этом слышать! Только не сегодня!
Она тревожно заходила от одной стены к другой, перебирая в руках невидимый предмет.
— Видишь, какая ты нетерпеливая, еще выгони меня! — он встал и показал на дверь, изображая обиду и разочарование.
— Нет, я не хочу, чтобы ты уходил, но мне неприятно говорить о деньгах. Буду очень благодарна, если ты немедленно прекратишь.
— Мария, повторяю: не торопись доказывать свою правоту. Твои деньги очень пригодились, я их отдал на похороны, чтобы Аишу не поселили на кладбище бродячих беженцев.
Мария не прекращала удивляться, но особо ничего не чувствовала к сказанному.
— Ты пришел сказать спасибо?
— Я решил отблагодарить тебя вот этим сокровищем — это все, что у меня есть в запасах.
Кукловод подтянул к себе сумки и раскрыл каждую из них. Мария безразлично смотрела на эту картину. Сумки были настолько огромные, что она не могла представить: как этот маленький человек их принес на себе, да еще и так далеко, пешком.
За закрытыми замками прятались звериные мордочки: кошки, собаки, медведи — мягкие игрушки, которые кукловод шил ночами и днями… весь этот сюрреалистический зоопарк в полном составе предстал перед взором Марией.
— Но зачем это? Ты предлагаешь мне начать с тобой торговать куклами? Хороший бизнес, наверное, я подумаю! — она сжимала одного из котят в своих руках, а потом стала вытаскивать остальные игрушки, внимательно разглядывая каждую.
— Нет, Мария. Я почувствовал необходимость тебя отблагодарить и не придумал ничего, кроме этого. Обычное спасибо здесь было бы неуместно — слишком велико мое чувство благодарности. Поэтому я решил подарить тебе самое дорогое для моего сердца — всех кукол, которые украшали мой дом.
— Я думала, у тебя нет дома.
— Так и есть. Это был дом кукол. А теперь, временно, там проживет пустота. Так надо. И ты должна осознать, что даже в моей пустоте ты сыграла большую роль.
— А что мне делать с этими игрушками? Продавать?
— Не знаю, Мария, это должен быть только твой выбор, чтобы не нарушать гармонию событий. Я не имею права тебе советовать. На этом этапе мне нужно покинуть тебя.
— На каком этапе? — спросила она уже просто воздух, ту самую пустоту, которая открылась теперь перед ней. Кукловод исчез, не попрощавшись.
Она сидела на полу перед двумя огромными горами глаз и улыбок. Эти милые зверюшки напоминали ей о детстве, забавных вещах, уюте, родителях, чудесах. Рядом с ними хотелось петь и мечтать.
— Что же мне с вами делать? — неожиданно для себя самой она почувствовала дикую усталость и, повалившись прямо на игрушки, уснула.
Во сне к ней пришел отец. Он ничего не говорил. Но она об этом и не просила. Потом он перевоплотился в дьявола, который пожирает душу невинной незнакомой девушки. Вдруг Мария приблизилась к ней ближе и увидела себя. Появилось много кошек, которые прыгали прямо на шею, царапали когтями друг друга и, казалось, они устроили соревнование — кто громче будет орать. Мария увидела деревья, под которыми одиноко раскачивается в разные стороны желтый мяч, а рядом, чуть слышно, играет на дудуке менестрель. Ей захотелось его поцеловать, но он вдруг размножился в миллион менестрелей, и теперь она не знала, кто именно ей нужен, поэтому стала целовать всех подряд. Она бежала по полю, спотыкалась, падала, вставала, а после снова пыталась догнать ветер.
Очнулась Мария ближе к вечеру от телефонного звонка.
— Добрый вечер, вас беспокоит администратор отеля. У Вас все в порядке? Мы стучались в Ваш номер весь день, но Вы нам не открыли. И ключа нет на доске.
— Да, все чудесно. Как мило, что Вы волнуетесь обо мне.
— Мы рады за Вас беспокоиться столько, сколько Вы посчитаете необходимым, — голос вернул ее из глубокого сна в реальность, где деньги правили всем. Это была ее реальность, и ей стало противно от того, что ее окружает. — Для Вас некто оставил письмо. К Вам подняться и занести, или Вы спуститесь за ним?
— Кто это мог быть? Из моих знакомых никто не знает, что я приехала сюда! Я спущусь! Спущусь! Она понимала, что очередная новость о чьей-то смерти провалит ее в более глубокий сон.
Мария не торопилась идти вниз, ей хотелось насладиться приятным пробуждением, которое так дерзко попытались испортить. Но разве можно испортить все то, что теперь происходит?
Она по привычке сотворила макияж леди-вамп, который очень подчеркивал ее утонченную красоту. Надела длинное платье и высокий каблук. Ей не хотелось, чтобы на стойке ресепшена кто-то задавал лишние ненужные вопросы, поэтому она сделала вид, что торопится на ужин, предварительно вызвав такси.
— Простите, вы сказали, что меня ожидает загадочное письмо, — обратилась она к администратору.
