лица, а закончив предварительный осмотр, заговорила.
– Меня зовут миссис Мракли, – без предисловия начала она. – Судя по вашему виду, нежная миссис Наперсткинс чересчур вам потакала. Больше потачек не будет.
Не успела она продолжить, как руку подняла Элис. Миссис Мракли повернулась к ней.
– Что, уже проблемы? – спросила она.
Элис отрицательно покачала головой и изобразила сияющую улыбку.
– Первым делом, – сказала она, – я хочу заметить, что мне ужасно нравится ваше платье. И еще я рада первой приветствовать вас в нашей школе. Меня зовут Элис, и я с радостью помогу вам во всем, в чем будет нужно.
Улыбка миссис Мракли не согрела бы и муравья.
– Какой великодушный поступок, милочка Элис, – сказала она. – Я отвечу тебе тем же. Ты будешь первой в моем списке.
Не сдержавшись, Элис гордо улыбнулась.
– Спасибо, – ответила она.
Смех миссис Мракли тоже никого бы не согрел.
– Позволю себе поинтересоваться: что тебя так обрадовало? – фыркнула она.
– Ну, – неуверенно сказала Элис, – потому что первой быть хорошо…
– О да, не спорю, у всех остальных учителей – возможно, – отрезала миссис Мракли. – Однако у меня самое лучшее – быть на последнем месте. Ну что, с обязательной программой ты покончила?
Элис покраснела.
– Какой обязательной программой? – спросила она.
Миссис Мракли скривилась.
– Ну, скажи правду – тебе действительно так сильно нравится мое платье? – Она повернулась к классу: – Советую всем хорошенько запомнить случившееся. Наша милая Элис – прекрасный пример того, что бывает, если слишком долго просидишь на солнце. Придержите языки – меня лестью вы не купите. И тихо мне. Не желаю больше слышать ни единого слова.
Школьники заерзали. И тут, и Арчеру было непонятно зачем, руку поднял Чарли Бримбл.
– Чего это он? – шепотом спросил Арчер.
– Наверное, жить надоело, – прошептал в ответ Оливер.
Миссис Мракли издала стон.
– Дадите вы мне хоть два слова сказать или так и будете приставать со своими проблемами?
Рука Чарли поползла вниз.
– Ну что тебе, орясина? – спросила миссис Мракли. – Расскажи нам всем, что тебя тревожит. Штаны сползли, пуговица на рубашке оторвалась? Я, конечно, ничего не обещаю, но сделаю все, что смогу.
Под взглядами миссис Мракли и всех одноклассников мысли у Чарли запрыгали, словно яйцо в кастрюльке с кипятком.
– Я… э-э… я просто… – заблеял он.
Миссис Мракли покачала головой.
– Все гораздо хуже, чем я думала, – заметила она. – Пень и тот умней тебя.
Она сложила руки на груди и, постукивая носком ботинка, стала ждать, пока Чарли наконец выскажется, однако, когда мысли у человека варятся в крутом кипятке, трудно бывает произнести хотя бы слово. Чарли только и смог выдавить из себя:
– Ничего.
Миссис Мракли улыбнулась.
– Прекрасно, – прощебетала она. – Ты умнеешь прямо на глазах. Что ж, твое место в списке будет под номером два – чтобы Элис не скучала. Так на чем я остановилась?
Миссис Мракли обвела взглядом школьников, и на глаза ей попался Арчер.
Арчер так и сидел, низко наклонив голову, но, хотя кое-кто из взрослых действительно мог бы принять мальчика за деревяшку, миссис Мракли была профессионалом и имела богатый опыт по части различения того и другого. «Надо смотреть на фактуру, – говорила она. – Мальчишки куда шероховатей деревяшки».
Но когда миссис Мракли увидела Арчера, произошло нечто любопытное. Он думал, что она придет в ярость. Как-никак, по милости Арчера она угодила в больницу. Но – вот странность! – она словно бы не сердилась. Ни капли. Даже наоборот – она немедленно засияла, да так, что Арчер испугался, что она вот-вот лопнет от счастья и разлетится в клочья. У Арчера вспотели ладони.
– Альфред! – воскликнула она. – Конечно же! Я так надеялась, что ты будешь в моем классе. Беру назад все, что говорила о миссис Наперсткинс. Она очень умная женщина. А ты небось думал, что избавился от меня, да?
Одноклассники, выкрутив шеи, уставились на Арчера.
– Имей в виду, – сказала миссис Хелмсли, провожая Арчера в школу, – если увидишь миссис Мракли – непременно извинись.
Меньше всего на свете Арчеру хотелось иметь дело с этой женщиной, но он сделал глубокий вдох, поднял голову и изо всех сил постарался объяснить, что все вышло случайно.
– Случайно? – повторила миссис Мракли. – Я должна поверить, что это была случайность? Ну и оптимист же ты, мой милый! Оптимист и лгунишка. Ты, значит, случайно заснул, сунув голову в пасть белому медведю? И из этой пасти случайно выкатился стеклянный глаз? А потом ты случайно чуть не довел меня до разрыва сердца?
Школьники стали переглядываться и ухмыляться. История выходила интересная. Миссис Мракли повернулась к классу.
– Скажите, – произнесла она, – кому-нибудь из вас доводилось хотя бы раз в жизни случайно заснуть в пасти у белого медведя?
Руку не поднял никто.
– Очень сомневаюсь, – подытожила миссис Мракли. Она потерла руки и одарила Арчера исполненной яда улыбкой. – Впрочем, возможно, ты говоришь правду, Альфред. Возможно, все это безобразие действительно вышло случайно, как ты и говоришь. Ведь у вас в семье уже были весьма любопытные случайные инциденты где-то в Арктике?
Арчер прикусил язык и слегка побагровел, жалея, что вообще открыл рот. Оливер стал тыкать его в спину. Арчер знал, что это значит. Это значило: «Не делай глупостей, а то она вышвырнет тебя из окна или отправит в Рэйвенвуд». Но миссис Мракли сделала несколько шагов в его направлении, и тычки прекратились.
– Да, возможно, это была случайность, – продолжала миссис Мракли. – Но сегодня – новый день. Сегодня ты избавишься от всех случайностей в своей жизни и откажешься от них раз и навсегда. Сегодня в твоей жизни появится смысл. Вот какую задачу я себе ставлю. Вот зачем я здесь. Вот что привело меня к вам. У тебя еще есть шанс, мой милый, и я сделаю все, что могу, ведь мы вовсе не хотим, чтобы однажды ты уплыл от нас на айсберге, как эти психи.
От злости у Арчера свело пальцы в башмаках.
– Они не психи, – негромко сказал он сквозь сжатые зубы.
– Что-что? – переспросила миссис Мракли.
– Я говорю, они не психи.
– А кто же еще? Это даже ты должен был заметить. – Тут она снова повернулась к классу: – Хоть у кого-нибудь из вас есть родственники, которые уплыли в море верхом на айсберге?
Никто не поднял руки. Миссис Мракли глубокомысленно кивнула.
– И почему меня это не удивляет? – спросила она. – Ах да, потому, что нормальные люди не уплывают в море верхом на айсберге, не так ли?
– Нормальные люди не воют ночью под луной! – крикнул
