Такое понятие субстанции и причинности получилось путем логической переработки данных внешнего опыта, именно, понятия вещи и изменения ее свойств. Поэтому и определенные выше понятия субстанции и причинности приложимы к области именно внешнего опыта, т. е. физических явлений. Естествознание принимает материальную субстанцию неизменною, причинность же состоит в необходимости следующих друг за другом изменений пространственных соотношений между ее элементами. Таким образом, естествознание в своих объяснениях стоит на точке зрения причинности, связанной с субстанцией, или, другими словами, субстанциальной причинности. Точка зрения психологии иная. Естествознание с помощью понятий конструирует свойства объектов, субъективными знаками которых являются ощущения. Психология изучает непосредственно данное. Она не имеет дела с независимыми от сознания вещами. Понятие вещи, являющееся основанием для логического развития из него понятия субстанции, психологии чуждо. Чуждо ей поэтому и понятие субстанции. В области внутренней жизни причина и действие имеют характер чистых процессов, неприкрепленных ни к какому субстрату. Внутренняя активность духовной жизни не соединима ни с какой неизменной субстанцией. Духовная жизнь есть непрерывное действенное порождение одного процесса другим. Поэтому к области психологии применимо только понятие актуальной причинности.
Понятие причинности вообще, как субстанциальной, так и актуальной, есть результат взаимодействия опыта и мышления. Оно не дано нам исключительно в опыте, потому что в опыте мы нигде не воспринимаем необходимости следования. Оно произведено не исключительно мышлением, потому что предполагает известные временные определения, а последние даются не мышлением, а опытом. Мы стремимся преобразовать внешнюю, фактическую связь во внутреннюю, логическую: связь между причиною и действием – в связь между основанием и следствием27. То обстоятельство, что это стремление увенчивается успехом, является залогом того, что между законами мышления и данными нам объектами существует, повидимому, соответствие. Логическая обработка данных опыта предполагает такое соответствие между объектами и мышлением, но не в состоянии доказать его. Все данные как внешнего, так и внутреннего опыта мы считаем причинно обусловленными. Положение это, однако, не доказано, оно есть не более как постулат научного исследования.
Всякая связь явлений, признанная мышлением необходимою, может быть рассматриваема с двух точек зрения – можно или идти от причин к действию, или же от действия к причине – прогрессивное рассмотрение ряда явлений может быть превращено в регрессивное. В последнем случае действие представляется целью, и мы ищем условия, являющиеся средствами ее достижения. Так как всякая причинная связь явлений может быть таким образом превращена в связь между средствами и целью, то нет противоречия между причинной и телеологической точкой зрения. Нельзя, однако, упускать из виду, что в то время, как причина необходимо вызывает определенное действие, та же самая цель может быть достигнута не одним, а различными средствами. Заключение от причины к действию необходимо, заключение же от цели к средству – только возможно или вероятно28. Принципы причинности и цели таким образом восполняют друг друга. Нельзя противополагать их, рассматривая, например, живой организм как определенный не только природною причинностью, но и идеею цели. Идея цели в этом случае означает только то, что данное состояние организма можно рассматривать как осуществленную цель, и в таком случае условия развития организма могут быть рассматриваемы как средства, благодаря которым осуществилась эта цель. Необходимо, однако, отличать цель в смысле субъективного принципа познания от цели в смысле реального действия. В области духовного развития цель может иметь также и реальное значение – представление цели является причиною акта, причиною наступления известного эффекта. Таковы, в общих чертах, значение и соотношение понятий субстанции, причины и цели в естествознании и психологии.
Переходя к основным понятиям естествознания, мы встречаем, прежде всего, понятие материи, представляющее применение к предметам внешнего опыта понятия субстанции29. Естествознание, однако, не задается целью определить сущность материи. Понятие материи служит только для того, чтобы связать друг с другом внешние явления по принципу основания и следствия. Оно допустимо лишь, поскольку способствует установлению такой связи. Объекты доступны для внешнего восприятия не в своем подлинном бытии, а лишь в своих пространственно-временных отношениях друг к другу. При преобразовании представляемых объектов в понятия только за этими отношениями и сохраняется объективное значение, в то время как вся качественная сторона восприятия относится на счет субъекта. Раз естествознание вынуждено признать, что все качественное содержание восприятия имеет лишь субъективное значение, оно приводится к тому, чтобы вывести все явления природы из количественных отношений элементов материи. Так как эти количественные отношения, в конце концов, сводятся все к различным определениям движения материальных элементов и их соединений, то в результате естествознание должно объяснить все явления механически. Материя понимается как субстрат всех действий силы. Понятие силы невозможно построить без понятия материи, потому что всякое действие силы требует исходной точки и точки приложения. Что касается вопроса о конституции материи, то современным требованиям в наибольшей степени, по-видимому, удовлетворяет теория динамической атомистики, т. е. трактование материи как системы силовых точек, действующих чрез пустые промежутки. Все явления природы объясняются силами отталкивания и притяжения, действующими между такими точками. Теория эта отнюдь не удовлетворяет требованиям чувственной наглядности, но это и не должно входить в ее задачу. Преимущество ее перед другими теориями состоит в том, что из нее легче всего логически вывести все явления природы.
Механическому объяснению подлежат также все явления органической жизни. Если бы нам были известны целиком все физические процессы, происходящие в организмах, то мы были бы в состоянии установить между ними такую же механическую связь, какая существует между явлениями неорганической природы. Но вследствие несовершенства наших физиологических знаний мы часто вынуждены физическую точку зрения заменять психологическою. Мы имеем на это право, потому что, как мы это увидим ниже, психические и физические процессы, не влияя друг на друга, протекают параллельно. Переходя с точки зрения психологической на физиологическую и обратно, мы можем говорить о взаимодействии души и тела. Рассматривая с такой точки зрения биологическую эволюцию, мы находим, что воля является одним из основных факторов ее. На основании изучения реакции простейших организмов мы должны допустить, что уже они обладают стремлениями, хотя и неосознанными. Управляемые постоянными стремлениями обычные реакции организма обусловливают изменения в анатомической структуре, благодаря которым обычные реакции осуществляются все легче и легче и из волевых переходят в автоматические. Всякое упражнение состоит в механизации функций, которые первоначально являлись волевыми актами. Механизмы, выработанные в течение индивидуальной жизни организмов, передаются по наследству. Наш организм представляет из себя, так сказать, кристаллизованные системы реакций наших предков. Мы располагаем готовыми механизмами для самых сложных автоматических реакций, и благодаря этому воля освобождается для высших жизненных функций. Таким образом, нет основания объяснять эволюцию случайными анатомическими изменениями и естественным отбором, способствующим переживанию тех особей, которые обладают случайными изменениями, наиболее благоприятными для сохранения жизни. Эволюция определяется внутренними причинами, стремлениями организмов и теми изменениями, которые вызываются осуществлением стремлений, в анатомическом строении. К этому, однако, необходимо добавить, что субъективное представление цели и объективно достигнутая цель друг друга не покрывают. Вообще объективно полученный результат превосходит субъективные побуждения, руководившие действиями организма. Возникают эффекты побочные и последующие. Благодаря им происходит дальнейшее развитие и усложнение первоначальных целей. Достигнутые цели порождают новые. В развитии организмов осуществляется так называемый принцип гетерогонии целей. Как мы увидим ниже, этот же принцип присущ духовному развитию вообще.
О биологической эволюции как о развитии, о прогрессе мы можем говорить лишь с точки зрения психологической. С естественно-научной точки зрения нельзя говорить ни о каком развитии в подлинном смысле этого слова. Явления природы подчинены законам механики. Следовательно, действие никогда не может превосходить причины, оно должно быть равно ей.
