захотел разговаривать и обратился к Валентине:
— Пойдем, я тебя провожу.
От веселости Валентины не осталось и следа:
— Нет, с тобой я не пойду, уж больно ненадежный ты провожатый.
— И спутник жизни ненадежный, — добавил Жора.
Самолюбивый Игорь не выдержал.
— Хамло, — грубо бросил он Китаеву.
— Слизняк, думаешь только о себе, — ответил Жора. — Я тебя давно раскусил. Все ты делаешь ради себя: и учишься для себя, и общественник ты липовый, и теннисом занимаешься для себя, и с Валентиной вот ходишь, как мы увидели, только для себя.
— Да перестаньте вы! — Я не хотел, чтобы при Валентине все заходило так далеко, хотя в Игоре мне многое не нравилось: его постоянное позерство, насмешки над другими часто выводили меня из равновесия на протяжении всех этих лет. А сейчас вот оказалось, что Игорь вдобавок еще и трус, что я подозревал с момента нашего знакомства.
— А ты не перебивай, — вмешалась неожиданно Валентина, — Жора говорит правильно. — В ее голосе послышались едва сдерживаемые слезы.
— Не расстраивайся, Валюша, пойдем, мы тебя проводим, — ласково обратился к ней Жора. — Я уже все сказал.
Втроем мы направились к общежитию, где жила Валентина, а Игорь остался один. Несколько раз я оглядывался — его светлые брюки белели в темноте все на том месте, где мы его покинули.
Когда же мы вернулись в общежитие, то увидели, что койка Игоря ощетинилась голыми пружинами.
Через минуту к нам в комнату ввалился улыбающийся Олег Белоусов, студент нашей группы, проживающий этажом выше. Под мышкой он держал туго свернутый матрац, а в другой руке — подушку, простыни и одеяло.
— Принимаете?
— С удовольствием, — сказали мы в один голос.
Такие вот события произошли накануне вечером. А сейчас у Жоры был такой вид, будто он давно забыл о всех неприятностях. Мы заглянули в магазин «Спорттовары», чтобы немного развеяться, как сказал Жора, перед предстоящим экзаменом.
В предобеденные часы в магазине было тихо и спокойно. Немногочисленные покупатели не торопясь разглядывали товары. У отдела рыболовных принадлежностей стоял небольшого роста аккуратный мужчина в хорошем коричневом костюме, который ладно сидел на его некрупной стройной фигуре. Проходя вдоль противоположных витрин, я взглянул в его сторону и увидел, что он пробует на крепость рыболовную жилку и, улыбаясь, что-то говорит продавщице, молоденькой раскрашенной девчонке. Незнакомец ничем не привлек мое внимание, но, когда мы отошли в сторону, Жора сказал мне, понизив голос:
— Малышка.
— Где? — встрепенулся я.
— Спокойно, не оглядывайся. Около куклы, покрытой косметикой. — Жора имел в виду размалеванную продавщицу.
После этих слов он отошел от меня, сделав вид, что мы совсем не знакомы. Я направился к выходу и заметил, что коричневая фигура уже маячит у других дверей. Прикинув направление, я понял, что Малышка движется к автобусной остановке «Вторая Пролетарская», расположенной через улицу наискосок от магазина. Я обогнал его и пристроился в хвост небольшой очереди из семи-восьми пассажиров. Чуть скосив взгляд в сторону, я видел, что Малышка стоит сзади меня на два человека.
Автобус маршрута улица Марата — Вокзал подошел буквально через пару минут. Быстро заскочив в заднюю дверь, я увидел, что Малышка перед посадкой внимательно оглядывается и лицо его выражает удовлетворение. Он садился последним.
По опыту я знал, что большинство карманников, опасаясь слежки, не любят, когда после них кто-то садится в автобус.
Войдя в салон, Малышка проскользнул мимо меня и остановился за женщиной. И — о чудо! — я увидел, как его маленькая левая рука змейкой нырнула в глубину сумочки, но вернулась оттуда без добычи. Через секунду он повернулся ко мне, сделав вид, что его что-то заинтересовало за окном автобуса, при этом его рука мягко коснулась, только коснулась моего пояса. И все.
У меня в маленьком карманчике брюк — пистончике — лежали туго свернутые в несколько раз три трешки — девять рублей. Жалкое богатство студента. Сегодня утром я с трудом втиснул их туда и сейчас не мог даже предположить, что Малышка их так легко вытащил. Без полной уверенности, просто так, ради страховки я прошелся рукой по пистончику. Невероятно, но факт! Денег на месте не было. Буквально несколько секунд Малышка находился в контакте со мной, и такие результаты! Мне просто не поверилось, и я вторично ощупал свой пояс. Так и есть: плакали обед и ужин студента.
А Малышка уже заторопился к выходу. Была объявлена остановка «Гигант». Я вышел вслед за ним, все еще сомневаясь в совершившемся. Но нужно было действовать. Как только Малышка оказался на тротуаре, на его плечо крепко легла моя рука.
— Ну что, Костя? Попался!
Малышку звали Константином — это было мне известно. Он дернулся от меня в сторону, как под ударом электрического тока, но моя рука еще крепче сжала его плечо.
— Спалился, дорогой, — не без злорадства сказал я.
— Подожди. — Он почти оправился от растерянности. — Сколько я у тебя взял?
— Разберемся в управлении.
— Отпусти, верну в десять раз больше, — начал он упрашивать меня.
Я не отвечал, а в голове одна за другой теснились мысли: «Задержание один на один. Кража без свидетелей. Главное мое доказательство — это заявление о купюрах и о том, как они свернуты. Эти деньги должны быть обнаружены при обыске Малышки. Тогда ему не уйти от ответственности. Значит, не дать возможности выбросить деньги, избавиться от важного вещественного доказательства».
По тому, как растерялся Малышка, я чувствовал, что украденные деньги в одном из его карманов.
Мысленно занятый собиранием и исследованием доказательств, я на какой-то миг утратил контроль над задержанным, Малышка резко рванулся в сторону и бросился через улицу, прямо перед движущимся автомобилем. В ту же секунду, не раздумывая, я прыгнул с тротуара вслед за ним. Передо мной мелькнуло беломраморное лицо водителя, раздался звук клаксона и визжащий скрип тормозов. Я чудом увернулся от удара, проскочив перед капотом автомобиля в нескольких сантиметрах, и побежал вслед за Константином. Он на бегу лихорадочно ощупывал свои карманы.
«Хочет выбросить деньги, нужно привлечь еще свидетелей», — подумал я и одновременно с возникшей мыслью громко закричал:
— Стой! Стрелять буду!
Прохожие недоуменно оборачивались. Какой-то человек с противоположной стороны улицы бросился наперерез Малышке, но тот успел юркнуть во двор, как грызун в спасительную нору.
Первое, что я увидел, оказавшись во дворе, — Малышка резким движением швырнул деньги
