в безопасности… Но такова судьба. Она тебе нравится?
— Винтовка? Конечно! Скажи, как тебе удается с ней управляться?
— Ну, — улыбнулась Овечка, довольная тем, что я внимательно ее слушаю, — дело в правильно упоре и хорошей позиции. Встань здесь и смотри, как я лягу. Видишь, я упираюсь всем копытом? У людей так не получится, потому что у вас на ногах пальцы, а стопа вытянута. Из-за особенностей анатомического строения у вас попросту не будет хорошего зацепа за землю, даже если вы упретесь в какую-нибудь стену. Так даже рискованнее — дикая отдача может запросто сломать вам руки или ноги…
Я стою чуть позади Маньки, наблюдая, как она раскорячивается на земле, удобно цепляясь копытами за землю и выпячивая упругую попку. Короткие облегающие шортики отлично обрисовывают каждую складочку. Кажется, будто Манико намеренно пытается меня соблазнить, но ту уже понесло совсем в другую степь.
— … Благодаря моим крепким ногам, я легко могу принять отдачу оружия и перенаправить ее в стороны, как бы раскидывая ее по всему телу, — продолжает объяснять та, наглядно показывая, как она это делает. — Мана, находящаяся в моем теле, отлично справляется с этой задачей, в то время как у обычного человека попросту полопались кровеносные сосуды от такого напряжения. В лучшем случае. А если требуется быстро перезарядить и сделать следующий выстрел… А-ах?
Решив немного понаглеть, я опускаюсь коленом прямо между ног овечки, проводя правой рукой по ее мягким волосам и дотрагиваясь до винтовки.
— А если лечь вот так?
— Т-так т-тоже не пойдет, — возражает немного смущенная Манико. Она ерзает бедрами, стараясь лечь поудобнее, но лишь трется промежностью о мою коленную чашечку, что явно доставляет ей удовольствие и смущение одновременно. — Для п-прицеливания вам п-придется… а-ах, поднимать голову, рискуя получить удар в подбородок… о-ох. Мне же надо лишь уп-переться рогом в…у-ух… в накладку. Мои рога и не такое в-выдерживали.
— Это же «Раптор» FVM-40? — спрашиваю, касаясь левой рукой прицела, а правой переходя от поглаживания затылка к открытой шейке Овечки. У нее короткие волосы, поэтому касаться пальцами ее теплой кожи очень приятно. А реакция девушки прямо говорит о том, что это одно из ее крайне чувствительных мест! — Мощный прицел. Кратность — тринадцать, дальномер с сеткой расстояния до цели и поправкой на дальность, верно?
— В-в-вм-м-мф-ф-ф! — невнятно бурчит девушка, уткнувшись головой в траву. Кожа на шейке краснеет от смущения и обуревающих ее чувств. Лишь отчаянно виляющий короткий хвостик выдает хозяйку с головой.
— А это — затвор повышенной прочности для повышения контроля отдачи? Он ведь немного снижает скорострельность из-за тугого хвата. Как тебе удается с ним совладать?
— Бх-х-х… Все дело в м-м-м-м! — мычит от удовольствия Манико, когда моя правая рука сползает чуть ниже к плечам и спине. А что? Если будет хоть одно возражение, я тут же уберу руку, но овечка даже не думает мне сопротивляться. Совсем напротив. Уверен, не будь мы сейчас в преддверии атаки, то легко бы прямо на этом холме… А впрочем, время еще есть. Рози сказала, что ей нужно осмотреться, прежде чем начинать. Черт его знает сколько мы тут проторчим до того момента, когда все начнется.
— Я понял! — говорю, продолжая гладить овечку ниже и ниже, спускаясь к крестцу. На ней нет брони, лишь легкий кожаный плащ. Ее комплект лежит рядом. Она не стала его надевать, так как, по ее словам, он мешает целиться, а натянуть его — дело трех секунд. Вот и лежит, сейчас чувствуя сквозь тонкую ткань мои пальцы. Уверен, под плащом у нее ничего нет. Они ведь так и ходят в своих кожанках, пока обновки лежат в ящике «танкетки». Хорошо, если трусы в наличии.
— Тебе специально поставили такой затвор, чтобы избежать излишнего скольжения рычага! Чтобы патрон не заклинило! Одобряю! Ваш оружейный мастер просто гений!
— М-м-м-мф-х-х-х! — мычит та в ответ, не поднимая головы. Чувствую, как дрожит ее тело под моей рукой и решаю продолжать. Слова «нет» произнесено не было, равно как и попытки прекратить насилие над чувствительной кожей, а, значит, можно продвигаться дальше. Плавно передвигаю ладонь ниже, почти касаясь верхней части ягодиц, готовый тут же убрать ее, если овечка решит, что ее попа — это табу для меня, но…
Но та, напротив, приподнимает бедра, словно желая поскорее ощутить на поверхности своей пышной попки мою твердую мужскую руку. Хвостик Маньки отчаянно дергается, когда я дотрагиваюсь до него запястьем. Потом я плавно дотрагиваюсь сначала пальцами, а потом и всей ладонью до ее упругой накачанной задницы. При этом не забывая восторгаться ее винтовкой.
— Удивительный ствол! — нашептываю оружейной маньячке на ушко. — Он такой толстый и прочный! Наверное, внутри в момент выстрела просто адская температура! Не пойму, из какого металла его создали?
Манька все же находил в себе силы, чтобы приподнять головы и более-менее четко произнести:
— Драк-кониум!
После чего снова ныряет в траву лицом. Успеваю заметить выступившую из ее глаз влагу и неконтролируемую струйку слюны, стекающую из уголка рта. Похоже, я простыми поглаживаниями основательно завел бедную овечку. Пожалуй, надо остановиться, пока она меня прямо тут не изнасиловала. А то мы точно пропустим момент начала атаки.
— Дракониум⁈ — искренне выражаю восторг. — Это же металл, который добывают только на Той стороне! Десять грамм дракониума стоят больше десяти килограмм чистого золота! И вы где-то сумели раздобыть его на целый ствол? Да тут килограмма два!
— Д-д-дыва-а триставос-с-смдсят! — выпаливает та, снова приподнимая голову. — И это еще не…а-а-ах-х-х-х.
Ей приходится прервать фразу, так как мои ловкие пальцы, умело и быстро пробежавшись по ложбинке между ее ягодиц, ныряют прямо под хвостик, уже смело и открыто сжимая выступающие сквозь облегающие шортики складочки ее нижних губ. Ткань мгновенно намокает, а овечка издает приглушенный полустон-полувздох, поднимает голову, силясь что-то произнести (при этом замечаю на ее личике блаженное выражение «ахегао»: высунутый язык и закаченные глаза), но обессиленно падает лицом в траву. Похоже, девушка кончила, стоило мне лишь дотронуться до ее промежности. Как все запущено!
— Какая классная винтовка!
