ближайшие кусты расступаются и появляется Решия без своего бутона. Она опускается на ноги, поддерживаемая другими лианами, и озабоченно смотрит на кокон. Только тогда понимаю, что мы сумели пронести Рио почти до самого сада и обессиленно падаю на землю. Рядом валятся с ног остальные девушки, лишь овечка прыгает вокруг дриады.
— Ты спасешь? Спасешь ее? Поможешь ей? Ведь поможешь?
— Странный яд, — не поворачиваясь к ней, медленно произносит Решка. — Похоже на яд Сайберга, но какой-то странный. В нем много примесей, незнакомых мне, но… думаю, через три часа ваша крошка будет скакать по этой полянке, как та кентавра со своим хозяином…
— Три часа⁈ — потрясенно хрипит Рози. — Что… Что ты сказала⁈ Три часа⁈
Овечка, услышав это, садится, где стояла с открытым ртом.
— Слишком долго? — озабоченно произносит дриада, поворачиваясь к нам. — Ох, простите… я попробую ускорить лечение, но потом ей придется спать сутки напролет, чтобы восстановить силы…
— Нет-нет! — вскрикивает Эвелинн. — Не надо! Лечи ее так, как можешь! Мы… мы просто не думали, что ты вообще сможешь ее спасти!
— Но это же всего лишь яд Сайберга, — недоумевает дриада. — От него не умирают… Так быстро. Даже если он какого-то странного действия. Максимум, что грозило вашей подруге — впасть в кому, а если запустить лечение, то через пару недель бы да, могла умереть. Но сейчас ей уже ничего не угрожает.
— Как это⁈ — с расширенными глазами перебивает ее Рози.
— Я уже ввела антидот, — пожимает плечами Решка. — Сейчас в коконе она спит, пока я вывожу из нее яд. Лучше вам этого не видеть, зрелище не самое приятное, зато безболезненное. Саму отраву я потом переработаю, взяв рецептуру на вооружение. Через пару часов уже сможете с ней пообщаться, но лучше будет, если она проведет этот вечер и ночь в моем коконе.
Манико, не выдержав такого потрясения, рывком кидается к дриаде, обнимая ее и рыдая навзрыд от облегчения. Ева чуть позже присоединяется к ней, а вампирша остается сидеть, лишь запрокидывает голову, глядя на садящееся солнце.
— Спасибо тебе, дриада, — говорит она глухо, чуть погодя. — За мной должок. А этим далеко не каждый может похвастать.
— Не стоит, — мягко отвечает ей Решия. — Я сделала это в первую очередь для моего госпо… Рика. Если бы смерть вашей подруги огорчила его, мое сердце бы разорвалось от горя! Но я тоже рада, что смогла вам помочь…
Вместо ответа я сам подхожу к Альране, заключая ее в объятия. Как-то так происходит, что ее губы оказываются прямо перед моими и я жадно целую ее, пытаясь передать всю ту благодарность за спасение Рио… Да и нравится мне эта зеленокожая крошка, чего скрывать!
— Ох! Мой повел… Рик! — жарко вздыхает Решия, когда я отрываюсь от нее, чувствуя во рту приятный мятный вкус. — Ради вас! Ради вашего блага! Только скажите! Я…
Все бы хорошо, вот только что-то не дает мне покоя. Мы о чем-то забыли…
— Да! — меня как током пронзает. — А где эти двое? Мона и Васька? Сбежали⁈
— Ох, — зеленеет от смущения личико дриады. — Они себя плохо вели, когда вы уехали. Стали выяснять отношения, мять траву и не слушаться меня… Пришлось опустить их в яму, где строится бассейн и закрыть от солнца…
— А, ну так выпусти их, — говорю я. — Теперь-то уже можно. А груз они приняли? Доставка приезжала?
— Я сама встретила и приняла всю доставку, — спокойно отвечает дриада. — Пришлось для этого принять вид обычной женщины. Правда цвет кожи поменять не удалось, но они не обратили внимания. Все соответствовало описи, я проверила. А что касается наших… м-м-м… гостей, то лучше выпустить их… чуть-чуть попозже… Они сейчас…м-м-м… немного заняты…
— Чем они могут быть заняты в той яме? — удивляюсь я. — Там же темно и грязно! Картошку копают?
— Спариваются, — просто отвечает Альрауна.
— Что-что? — переспрашиваю, будучи в полной уверенности, что мне послышалось. — Договариваются? Вот это правильно! Давно надо было Ваське найти общий язык с этой аристократкой! Молоток, так и н…
— Спариваются, — повторяет дриада. — Занимаются межвидовым сексом. Трахаются, чпокаются, совокупляются, размножаются, самец оплодотворяет самку, засовывает свой перчик в лоно…
— Достаточно, Реша! Я понял! — восклицаю я, стараясь не смотреть в сторону строящегося бассейна. — Просто не понимаю… Как оно? Она же кентавр! А он — человек! Получается…
— Ну, да, — пожимает плечами Альрауна. — Прямо сейчас твой друг Василий стоит вот так (она показывает на себе, как стоит Васька), опираясь руками на круп кентаврицы, пока она стоит вот так, расставив задние копыта для лучшего соития вот так (Дриада нагибается, опираясь руками о землю, имитируя позу Моны) и пялит ее под хвост. А что? В Орионе такое не редкость. Там вообще было просто: кто кого поймает, тот того и пялит.
— Ох, — я потираю лоб, отходя к дому. Сложно все же представить, как Васька там внизу сейчас сношает кентавра… Нет, он вообще парень ого-го, но с лошадью⁈ Это же сзади лошадь! Блядь. С другой стороны, Мона — красивая девушка, аристократка, как ни крути, хоть и наполовину лошадь. Никого не пугают, например, Ламии, Русалки, значит, и Кентавры имеют право на обычный человеческий и лошадиный оргазм…
— Так, я пойду разбужу Дранику, — говорю девчонкам. — Вы пока устраивайтесь, дом открою. Можете пока вскрыть пакеты, там готовая еда, в морозилке мясо на шашлык. Если те двое… м-м-м, освободятся раньше времени, дайте им тоже задание.
— Ого! Шашлык! — восхищается Эвелинн. — Чур, я займусь мясом!
Девчонки активно шуршат пакетами на прилавке, таща их на кухню и в зал, а я подымаюсь на второй этаж, попутно заглянув в туалет, умывшись и сделав прочие дела. Все-таки, весь день бегаю, как ужаленный в задницу. Смыв пяль и грязь, переодевшись, иду в номер мышки…
