– Не позже девяти.
– Ладно, ладно.
В гостиной Тони Глик сидел перед телевизором, положив ноги на журнальный столик и наблюдая за игрой «Бостон ред сокс» с «Нью-Йорк янкиз».
– Далеко собрались, парни?
– К новенькому, – пояснил Дэнни. – К Марку Питри.
– Ага, – подтвердил Ральфи. – У него есть игрушечная железная дорога.
Дэнни смерил брата уничтожающим взглядом, но отец, занятый бейсболом, не заметил.
– Только не задерживайтесь допоздна, – рассеянно наказал он.
На улице было еще светло, хотя солнце уже село.
– Вздуть бы тебя хорошенько! – процедил Дэнни брату.
– А я тогда расскажу, – пригрозил тот, – зачем ты на самом деле туда идешь.
– Ну и гад же ты! – беспомощно отозвался Дэнни.
По вытоптанной через луг тропинке они направились к лесу. Дом Гликов располагался на Брок-стрит, а Марка Питри – на Саут-Джойнтер-авеню. Для мальчишек девяти и двенадцати лет сэкономить время, отправившись короткой дорогой, где надо перебраться через ручей Крокетт-Брук по камням, – сплошное удовольствие. Под ногами хрустели сосновые иголки и сухие ветки. Где-то в лесу раздавался жалобный плач козодоя, а вокруг громко стрекотали цикады.
Дэнни по глупости проболтался брату, что у Марка Питри есть настоящая коллекция игрушечных монстров, в которой имелись и оборотень, и мумия, и Дракула с Франкенштейном, и Безумный Доктор, и даже персонажи из комнаты ужасов Музея мадам Тюссо. Матери такие игрушки не нравились, и она считала их даже вредными, чем немедленно воспользовался Ральфи для шантажа. Погань – она и есть погань!
– Ты знаешь, что ты погань? – поинтересовался Дэнни.
– Знаю, – гордо ответствовал Ральфи. – А это что?
– Это такая зеленая и липкая дрянь вроде соплей.
– От такого слышу! – отозвался Ральфи.
Они пробирались вдоль лениво журчавшего ручья, чья поверхность в сгущавшихся сумерках отливала перламутром. Через две мили ручей впадал в Тэггарт-Стрим, а тот, в свою очередь, – в реку Ройал.
Дэнни, внимательно глядя, куда ступает, начал осторожно перебираться по камням на другой берег.
– Приготовься, Дэнни! – восторженно закричал сзади брат. – Я тебя сейчас столкну!
– Только попробуй, и я тебя закопаю в зыбучий песок, гнида! – предупредил Дэнни.
Они перебрались на другой берег.
– Здесь нет никакого зыбучего песка! – фыркнул Ральфи, на всякий случай подобравшись к брату поближе.
– Думаешь? – угрожающе переспросил тот. – Тут несколько лет назад погиб один парень. Я слышал, как в магазине об этом говорили взрослые.
– Правда? – Глаза у Ральфи расширились.
– Точно! – подтвердил Дэнни. – Он вопил что есть мочи, а потом в рот набился песок, он захрипел и ушел с головой.
– Пошли дальше, – боязливо попросил Ральфи. Уже почти стемнело, и в лесу зашевелились тени. – Пошли отсюда!
Они двинулись по другому берегу, то и дело поскальзываясь на сосновых иголках. Мальчиком, разговор о котором Дэнни подслушал в магазине, был Джерри Кингфилд десяти лет. Наверное, его затянули зыбучие пески, и если он и кричал перед смертью, то никто этого не слышал. Шесть лет назад он просто ушел на рыбалку и пропал в болотах. Кое-кто считал, что он погиб в зыбучих песках, но были и такие, кто не сомневался, что тут не обошлось без извращенцев: их теперь развелось немерено.
– Говорят, что его призрак до сих пор бродит по лесу, – торжественно произнес Дэнни, не считая нужным сообщать брату, что болота находились в трех милях отсюда.
– Не надо, Дэнни… – жалобно попросил Ральфи. – Не надо… в темноте.
Вокруг таинственно поскрипывали деревья. Жалобный плач козодоя стих. Где-то сзади едва слышно хрустнула ветка. Небо потемнело.
– И время от времени, – зловещим голосом продолжал Дэнни, – когда в лесу оказывается какой-нибудь маленький мальчик, призрак подкрадывается к нему из-за деревьев, а лицо все в песке и покрыто гнилыми язвами…
– Дэнни, пожалуйста!
В голосе Ральфи звучала такая мольба, что Дэнни замолчал. Своим рассказом он напугал даже себя. Их обступали темные деревья, и казалось, что они терлись друг о друга, скрипя стволами и расправляя затекшие от неподвижности ветки, которые начал раскачивать поднявшийся ветер.
Слева снова хрустнула ветка.
Дэнни вдруг пожалел, что они пошли не по дороге, а напрямик.
Новый хруст ветки.
– Дэнни, мне страшно, – прошептал Ральфи.
– Не глупи! Пошли, – ответил брат.
Они продолжили путь. Под ногами скрипели сосновые иголки. Дэнни мысленно уверял себя, что никакого хруста не слышал – ему просто померещилось. В висках гулко стучала кровь. По коже бежали мурашки. Дэнни стал считать шаги. До Джойнтер-авеню всего двести шагов. А домой они вернутся по улице, и этому хлюпику уже не будет страшно. Через пару минут они увидят уличные фонари и наверняка почувствуют себя дураками. Ну и пусть, зато точно обрадуются! Поэтому надо считать шаги. Один… два… три…
Тишину леса разорвал истошный вопль Ральфи.
– Это он! Призрак! Я его вижу!
Ужас сдавил Дэнни грудь и разбежался по телу острыми иголками. Он бы точно повернулся и бросился со всех ног прочь, но в него мертвой хваткой вцепился Ральфи.
– Где? – шепотом спросил Дэнни, моментально позабыв, что призрак он выдумал сам. – Где он?
Дэнни испуганно вглядывался в лес, боясь, что действительно увидит нечто жуткое, но кругом царила мгла.
– Он исчез… но я его видел! Глаза! Я видел глаза! Господи, Дэнни… – судорожно всхлипывал Ральфи.
– Призраков не бывает, дурень. Пошли!
Дэнни взял брата за руку, и они тронулись в путь. Ноги стали ватными, а колени дрожали. Ральфи так сильно к нему жался, что невольно спихивал с тропинки.
– Он следит за нами, – прошептал Ральфи.
– Послушай, я не собираюсь…
– Нет, Дэнни, правда! Неужели ты не чувствуешь?
Дэнни остановился. Каким-то особым чувством, присущим только детям, он действительно ощущал чье-то присутствие. Будто лес накрыли огромным колпаком и в нем установилась зловещая тишина. Ветер шевелил ветки, оживляя темные тени, тянувшиеся к мальчикам все ближе и ближе.
Воздух пронизывала какая-то свирепая жестокость, ощущавшаяся нутром.
Никаких призраков не было, но зато были извращенцы. Они приезжали на черных машинах, угощали конфетами, или слонялись по улицам, или… выслеживали в лесу… А потом… А потом…
– Беги! – хрипло скомандовал он Ральфи.
Но младший брат, дрожа от страха, застыл на месте и только сильнее вцепился в руку. Затем Ральфи перевел взгляд на темнеющие деревья, и его глаза расширились от ужаса.
– Дэнни?!
Хрустнула ветка.
Дэнни обернулся посмотреть, что испугало брата.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
