звонит, приказывая кому-то добраться до клуба. Не могу не улыбаться при мысли, что Алонсо мертв или близок к этому. Почему он ещё не ответил?
— Сотри улыбку со своего лица, или я сделаю это за тебя, — выплевывает мой отец, направляясь к маленькому бару. Он наливает себе выпить и возвращается обратно. Я прикусываю щеку изнутри, сдерживая улыбку. Это чертовски тяжело.
Телефон Бенни звонит. Он быстро отвечает.
— Все? — спрашивает он человека на другом конце линии. — Возвращайтесь сюда сейчас же, — приказывает он им, прежде чем завершить разговор. — Они все мертвы, и Девлина нигде нет, — взгляд Бенни метнулся ко мне. — Он идёт за ней. Мы должны оставить её и убраться.
Мой отец игнорирует парня. Его внимание возвращается ко мне.
— Что ты сделала? — Он швыряет стакан на барную стойку так, что тот разбивается на мелкие осколки, которые со звоном рассыпаются на полу.
— Босс. Она — единственная, кто стоит между нами и Девлином, — отмечает Бенни.
— Тогда она будет нашей приманкой. Мы не убегаем, — отец выпячивает грудь колесом вперёд, показывая свою непокорность. Реальность такова, что ему некуда идти. Думаю, он тоже это понимает. — Отведи её наверх, — приказывает он Джеремайе.
О Боже, нет.
— Тебе уже поздно куда-либо бежать, — я ухмыляюсь своему отцу.
— Я же сказал тебе стереть это выражение с твоего лица, — мужчина замахивается и оставляет пощечину на моей щеке. Я падаю на пол, и рукой нащупываю осколок стекла. — Уведи её!
Джеремайя хватает меня за руку, отрывая от пола и вынося из офиса.
— Кажется, наконец-то пришло время побыть наедине.
Я сжимаю осколок в руке, проверяя края.
На этот раз я не могла не согласиться с Джеремайя.
Глава 23
Девлин
— Не знаю, сможем ли мы это сделать, — Мэлоун поднимает взгляд на особняк Алонсо; весь фасад освещен и повсюду охранники.
— Вернись, — Бренда дергает его за широкий дуб, когда мимо проносится прожектор.
— Мы сделаем это. Не важно, как, — я проверяю привязанное ко мне оружие.
— Я была в дерьме похуже, чем это, — Бренда вытаскивает из рюкзака нож, когда часовой приближается, пробираясь между деревьями.
— Не все мы обученные убийцы, Бренда, — шипит Мэлоун, когда она выходит из-за дерева, бесшумно вскрывая горло часовому и возвращается к нам без единой капли крови.
— Хорошо, что есть я, — ухмыляясь отвечает она.
— Не старайся. Я хочу быстро и грязно. Чем раньше верну Даймонд, тем лучше. Я не позволю им причинить ей вред.
— Мы достанем её, босс, — Мэлоун осторожно дотрагивается до разбитого носа. — Хотя мы оба в некотором роде в жопе, — он указывает на рану на моем плече. — Болит?
— Это просто царапина, — Мне плевать на дырку от пули, особенно когда у Даймонд проблемы гораздо серьезнее. Моя травма может подождать.
— Бренда, вы с Мэлоуном штурмуете фронт. Привлеките их внимание как можно лучше, без смерти. На самом деле, заставьте их думать, что вы собираетесь выломать дверь.
— Понятно, — она коротко кивает мне. Измученный менеджер моего клуба ушёл, а на её место пришел хладнокровный убийца. Мы все могли бы многому научится у этой женщины.
— Я пройду через заднюю дверь, а вы двое устроите здесь сцену. Как только Даймонд будет у меня, уходим.
— Я готов устроить хоть клоунское шоу, если это поможет нам безопасно войти и выйти, — Мэлоун проверяет свою обойму. — Давайте сделаем это.
Это вполне может быть нашим концом. Я это знаю, и они тоже. Но все равно не колеблются. Они были со мной с самого начала, и сегодня я не собираюсь их терять. Мы спасем мою жену, и пусть небеса помогут тем, кто встанет на пути.
— Как ты собираешься обращаться с Доном Калабрези? — спрашивает Бренда.
— Пулей, если он тронул хоть один волосок на её голове, — низко приседаю и жду, пока прожектор снова не пройдет мимо нас. — Вперед, — кричу резким шепотом. Они наступают, пока я мчусь вокруг дома. Я должен пройти мимо оранжереи, бесшумно убить её охранника, затем медленно проползти возле бассейна Алонсо.
Ещё двое охранников стоят у хорошо освещенной задней двери. Я могу убить их, но сомневаюсь, что смогу заставить их обоих вовремя замолчать. Нет. Я не могу рисковать, чтобы предупредить людей внутри. Они могут навредить Даймонд.
Я прокрадываюсь за ухоженный набор кустов и выглядываю сверху. Устаревший дом Алонсо из трех этажей. Большинство комнат наверху без света. Кроме одного.
В окне проходит тень, и, хотя я её не вижу, знаю, что это Даймонд. Ощущаю это всем своим существом так же, как чувствую её. Я собираюсь пошевелится, когда вижу ещё одну тень. Эта больше, и движется быстро позади моей Даймонд. Когда до меня доносится слабый звук крика, я бросаюсь в бой.
Стрельба проносится сквозь ночь, и я могу сказать, что Бренда и Мэлоун вступили в бой. Крики и новые выстрелы разрывают тишину ночи, пока я незаметно двигаюсь.
Обойдя заднюю дверь, обхожу каменное здание с другой стороны и нахожу дренажную трубу, тянущуюся от самой крыши. Недолго думая, я убираю ножи в кобуры и начинаю карабкаться.
Камень и металл царапают пальцы, но я не останавливаюсь. Я не сделаю этого, пока не доберусь до окна, где видел Даймонд. Моё травмированное плечо горит от боли, которое отдаёт в ключицу, но я игнорирую её и продолжаю путь. Это только вопрос времени, когда кто-нибудь заметит меня, поэтому стараюсь двигаться так быстро, как только могу.
Достигнув второго этажа, я бочком лезу к ближайшему окну. В комнате темно, и окно заперто. Блядь. Нет времени. Я должен добраться до Даймонд. Отступая назад, я ударяю кулаком по стеклу. Звук громкий, и его обязательно кто-нибудь услышит. Но я не беспокоюсь об этом. Вместо этого забираюсь внутрь, бросаюсь в спальню за ней, затем вскакиваю на ноги и бегу через дверь.
Пуля проносится мимо моей головы, когда подбегаю к комнате Даймонд. Я убиваю стрелка одним взмахом клинка. Он падает на колени, когда вбегаю в спальню, которую он охранял.
— Стой! — кричит здоровенный ублюдок, держа шею Даймонд в локтевом захвате. Они оба смотрят на меня, на глазах Даймонд слезы.
— Девлин, — кричит она.
— Я здесь, куколка. Не волнуйся.
— Не волнуйся? — смеется мудак. — Я могу свернуть ей шею прямо сейчас, если захочу.
— Мой отец…
— Плевал на тебя, — мужчина смотрит на меня. — Значит, ты её трахал? Каково это было? Бьюсь об заклад, эта киска была очень тугой, как кулак, — свободной рукой он проводит вниз по её груди.
— Остановись, — подхожу ближе.
— Нет, — он снова сжимает её горло. —
