себе являющийся произведением искусства, не говоря уже о гитаре, находящейся в нём.
— Денег вовсе и не нужно, друг мой, — махнул рукой улыбающийся владелец магазина. — Считайте это подарком за отличную беседу.
Фредерик был очень растроган, и мысленно пообещал себе что-нибудь придумать, чтобы отблагодарить своего нового знакомого в будущем. Распрощавшись со стариком на тёплой ноте, он направился домой нигде не задерживаясь, чтобы поскорее прикоснуться к своей новой гитаре. Свою старую, «учебную» гитару, он планировал повесить где-нибудь на стене квартиры, просто как память о том, что именно эта неожиданная и импульсивная покупка привела в итоге к этому прекрасному моменту в его жизни.
Переступив наконец порог своей квартиры, Фредерик наспех переоделся и, полный предвкушения, прикоснулся к замку на кейсе, в котором хранилось его новое приобретение. Однако, вместо приятных эмоций, его ожидал шок. Изнутри на него смотрела вовсе не та гитара, которую он купил, а та, которую он «выбрал», по-настоящему, хоть и не хотел признать это. Та самая, бесценная.
Его переполняли двоякие чувства в тот момент. С одной стороны, он был рад ещё хоть раз прикоснуться к этому удивительному инструменту, пусть и на мгновение. Но, с другой стороны, он прекрасно понимал, что эту гитару всё равно нужно будет вернуть владельцу. Со вздохом, он закрыл кейс, даже не притронувшись к гитаре. Нужно было как можно скорее вернуться в магазин и отдать её старику. Похоже было, что владелец магазина, так же, как и Фредерик, настолько увлёкся беседой, что просто по ошибке положил в кейс не тот инструмент.
Вернувшись к музыкальному магазину, Фредерик не обнаружил вывески, да и дверь была совершенно другой. Он перепроверил адрес, и тряхнул головой — это было то же самое место, в этом не было никаких сомнений. Он постучал, и, не услышав ответа, подёргал ручку. Дверь была заперта. Всё это было странно настолько, что он даже подумал, что события прошедшего дня просто причудились ему. И всё же кейс с гитарой был в его руках. Вполне настоящий.
Единственное объяснение, которое он нашёл для себя, это то, что старик, похоже, убирал вывеску каждый раз после закрытия магазина.
«А заодно он каждый день меняет дверь, да?», — возникла саркастическая мысль.
На улице темнело, а логичного объяснения происходящему так и не находилось, поэтому Фредерик решил оставить эти бессмысленные потуги, и вернуться сюда на следующий день. Возможно, он и правда просто перепутал адрес. А возможно, старик и правда меняет внешний вид своего магазина до неузнаваемости каждый день. Или же, Фредерик просто спятил, такое вполне было возможно тоже. В любом случае, нужно было возвращаться домой, а решение попытаться найти утром, с более ясной головой.
Спать он ложился обычно довольно поздно, поэтому в запасе у него было ещё несколько часов, чтобы поразмышлять о случившемся. Чтобы чем-то занять себя и отвлечься от этих бесплодных размышлений, Фредерик решил всё же немного поиграть на гитаре, по ошибке врученной ему стариком. При этом, приложив все усилия, чтобы не оставить на ней ни царапинки, конечно же.
Он открыл кейс, и бережно взял в руки бесценный инструмент. Фредерик был так увлечён разглядыванием гитары, что даже не сразу обратил своё внимание на листок бумаги, покоящийся на дне кейса. Лист был сложен пополам, и на внутренней его стороне проглядывался оттиск рукописного текста. На внешней стороне была пометка: «Моему другу, Фредерику».
«Никакой ошибки здесь нет, мой друг. Эта гитара действительно бесценна, и теперь она ваша. Ведь именно её вы выбрали на самом деле, пусть даже неосознанно, нет так ли? А она, видимо, выбрала вас. Немногие способны оценить хороший инструмент по-настоящему. И я благодарен вам за это. А так же, благодарен за прекрасную беседу.
Как уже и говорил, берегите её, и она отплатит вам тем же.
P.S. Ах да, не ищите этот магазин, его всё равно не существует. По крайней мере, в этом времени, и в этой реальности. Звучит странно, я знаю, но вы разберётесь, главное, продолжайте свой путь».
* * *
Белые облака неспешно двигались в светлом, фиолетовом небе, переливаясь между собой. Бирюзовая вода океана отражалась в этих облаках, а отсутствие чёткой линии горизонта создавало иллюзию, будто воды океана сливались с небом, создавая единое целое. Вполне возможно, что так оно и было на самом деле. Как бы там ни было, этот вид был прекрасен. Так же прекрасен, как и пение струн, под натиском пальцев, не знающих усталости.
Владелец гитары забывал об усталости в такие моменты. Сотворение новых миров оказалось не таким уж и простым делом. Но, как говорил один его старый друг — тяжесть любого дела растворяется и исчезает, когда это дело откликается в душе по-настоящему.
***
Маяк
Однажды, сидя на песке и глядя на бездонный океан, старик увидел у края горизонта прекрасный корабль. Даже несмотря на огромное расстояние он показался ему великолепным. Его формы были изящные и утончённые, а в развевающихся, светлых парусах отражались солнечные лучи.
Конечно, в этом океане были и другие корабли. В каждом из них было что-то своё, какая-то своя изюминка. Но впервые, за всю свою жизнь, старик испытал это чувство прекрасного, увидев этот корабль.
Вначале он даже не мог понять, что происходит. Это чувство было совершенно новым для него, совершенно непонятным. Он видел многое, испытывал многое, и поэтому даже и представить себе не мог, что на этом свете существует ещё хоть что-нибудь, хоть какое-то чувство, доселе неизвестное ему.
Неизведанное.
Как оказалось, раньше он и понятия не имел, что такое — чувствовать. По сравнению с тем, что он испытывал в этот момент, всё остальное, испытанное ранее, казалось теперь лишь прелюдией. Лишь игрой.
Он осознал, что всю свою жизнь был мёртв. Это и пугало, и воодушевляло одновременно.
Подняв руку, он прикоснулся ладонью к своей груди. Впервые он ощутил биение сердца. Его сердца. Он не понимал, билось ли оно раньше и он просто этого не замечал или оно всегда было мертво словно камень.
Впрочем, всё это уже не имело никакого значения. Ведь теперь у него было сердце. Настоящее. Живое.
«Несомненно это как-то связанно с этим чудесным кораблём», — подумал старик. «Без сомнения он явился в мою жизнь не просто так. Хотя, какая разница. Он прекрасен, этот корабль, он самый прекрасный из всех виденных мной, всё остальное не важно».
Он взволнованно вскочил на ноги, распугивая сидящих поблизости чаек, и взглянул на свою потрёпанную одежду. Она была заштопана во многих местах, во
