собственного государства-покровителя) им Рода оказались вынуждены постепенно перейти от нападения к обороне, а затем и бегству…
И что самое неприятное — очень часто возможности отступить к порталам попросту не было, и им приходилось пробиваться за город в надежде затеряться на местных бескрайних просторах. Большинство беглецов, не догадавшихся разбиться из крупных отрядов на мелкие, по два-три человека, группы, были выловлены и жестоко, без суда и следствия, на месте убиты. Причем зачастую умирали они долго и мучительно — ибо мало кто из обитателей почти разрушенного города мог похвастаться тем, что не потерял в безумной бойне кого-то из близких…
Однако и выжить в этих краях одиночкам тоже было тяжело. А потому в какой-то момент уцелевшие беглецы начали объединяться в отряды под началом старших чародеев — и сейчас крупнейший из таких отрядов оказался под началом Норико, единственной, кто в свое время, многие годы назад, бывала в этих краях — Тайра весьма активно торговали с Российской Империей…
Собственно, спроси кто-то саму женщину о том, стоит ли ввязываться в подобные авантюры и нападать на северного соседа, когда у страны Восходящего Солнца итак достаточно противников в собственном регионе — от Чосона и Циньской Империи до Индонезии с её тёмными шаманами — она бы однозначно ответила нет. На взгляд женщины, имевшей свою собственную торговую контору, пусть и как часть общего кланового бизнеса, что активно сотрудничала с русскими и скупала (причем по весьма хорошим ценам) добываемые в Сибири дары Разлома, это было неоправданным и ненужным риском…
Вот только кто будет спрашивать её, лишь Старшего Магистра, причем даже не из главной семьи Клана? Клан ценил в Норико ровно две вещи — её ослепительную красоту и немалую магическую силу. И первое создавало вдовствующей японке немало проблем — желающих видеть богатую и сильную чародейку своей наложницей хватало даже среди Старейшин её Клана… Вот только война внесла свои коррективы.
— Госпожа Норико, как долго нам ещё ждать? — обеспокоенно поинтересовался низенький, старый китаец в ранге Младшего Магистра. — Мы стоим здесь лагерем вот уже три дня, запасы провизии заканчиваются, и с каждым часом риск быть обнаруженными русскими лишь растет.
Разбить здесь лагерь действительно было её идеей. Усталым людям требовался отдых после бесконечного, заполненного схватками с преследователями и обитателями недобрых местных лесов бегства, но отдых уже явно затягивался — дичь в окрестностях повыбита, использовать активную и сильную магию в этих краях, что бы создать приемлемые условия для зимовки столь крупных сил было сродни тому, что бы открыто заявить преследователям об их местонахождении, а настроения в отряде стремительно проваливались вниз… Воинам, особенно проигрывающим, оказавшимся на краю бездны воинам, нельзя давать столько свободного времени на мрачные мысли — лишь работа, лишь хоть какое-то дело даёт им возможность не погружаться в мрачные мысли и не поддаваться отчаянью… А какая работа, когда вокруг ревет метель а ты день за днем вынужден сидеть на не столь уж крупной поляне, ожидая неведомо чего?
— Ещё нем… — начала было Норико, привычно вздохнув, но тут же замерла.
Замерла, потому что почувствовала приход тех, кому она послала зов — уйрудов, одного из коренных народов Сибири, который так же враждовал с русскими. И, как она надеялась, согласится помочь ей и её людям — враг-то у них общий…
— Мы дождались, — широко, ослепительно улыбнулась красавица, которой больше двадцати не дал бы никто. — Пойдём, старик Вэй — пора встречать настоящих хозяев здешних лесов!
Глава 10
В небольшом помещении, на единственной широкой кровати, лежал молодой парень. На первый взгляд стороннему наблюдателю могло показаться, что лежащий просто-напросто спит, но то лишь на самый первый, невнимательный взгляд…
Глаза же более внимательного наблюдателя, особенно наделенного магическим даром, тут же обнаружили бы всю ошибочность этого первого впечатления. И нет, дело было даже не в обстановке комнаты — испещренное рунами помещение, усеянное светящимися зелеными символами от пола до потолка, могло служить чем угодно. Мало ли какие враги у человека и насколько параноидально он относится к вопросу собственной безопасности? В этом мире хватало тех, кто ещё не так изощрялся в попытках максимально обезопасить себя в момент своей наибольшей уязвимости — сна. И большинство магов вполне обоснованно полагали, что живая охрана — это конечно хорошо… Но вот надежные, впитавшиеся в камень стен комплексы рунных заклятий, которые не выйдет подкупить, склонить к измене шантажом родным или близким, которые точно не смогут затаить на тебя обиду за что-то, о чем ты даже не помнишь — ещё лучше. И весьма справедливо, кстати, полагали… Что, впрочем, не мешало совмещать оба подхода. Но, разумеется, лишь в том случае, если хоть что-то из перечисленного, не говоря уж об обоих вариантах разом, было по карману.
Лежащему на кровати молодому человеку, так уж сложилось, по карману были оба варианта. К своему счастью за не столь уж продолжительный срок, проведенный в Сибири, он успел собрать круг весьма преданных вассалов, не самую слабую и малочисленную Родовую Гвардию, построить собственное поместье — а по факту полноценный отдельный замок — и даже имел в своём распоряжении довольно мощный источник магии и верного ему лично Хранителя этого самого источника…
В общем, невнимательный наблюдатель мог при первом взгляде ошибиться в состоянии хозяина сиих покоев. Но присутствующий незримой тенью чародей был отнюдь не случайным человеком, и как маг с полным на то основанием мог считать себя если не сильнейшим, то уж точно одним из тех, кто в их число входит.
А потому ясно видел, что руны в помещении лишь в самой малой степени отвечали непосредственно за безопасность этого помещения — процентов на девяносто их предназначение было сугубо целительным. Причем пытливый взгляд с некоторым неудовольствием для себя отмечал, что пусть он и прекрасно понимает выполняемые комплексом целебных чар функции, но при этом большая часть этих закорючек ему незнакома совершенно. А он редко, очень редко сталкивался с подобным — разум любого Мага Заклятий был могучим инструментом, безо всяко труда способным вместить в себя целые библиотеки знаний, были бы они в наличии для изучения… А уж у члена одной из самых знатных и могущественных фамилий планеты они были. Родовая Библиотека Романовых не запирала свои двери перед действительно талантливыми носителями этой линии крови своих дверей почти ни в каких вопросах, и была она одной из самых полных и обширных в мире.
Основным же признаком
