- Возможно, ты слышал или не слышал , имперский ланиста ужасно окончил свою жизнь, когда его телохранитель размозжил ему череп. Цена, которую ему пришлось заплатить за то, что он стал слишком большим для своих собственных ботинок. Нам нужен ланиста для управления Имперской Школой. Помощник поднял руку к потемневшему лицу Макрона. - Это решение не подлежит обсуждению, оптион. Это всего лишь временное назначение, пока у нас не появится шанс найти кого-нибудь более, скажем так, приемлемого, чем предыдущий ланиста. Кроме того, ты, кажется, знаешь свое дело. Тебе удалось подготовить Паво к двум совершенно разным боям.
Злобы сдавила шею Макрона. Он почувствовал, как напряглись мышцы его живота и затвердели челюсти. Он уже собирался броситься на помощника, когда пара рук сжала оба его бицепсы. Оптион сопротивлялся, когда двое охранников схватили его и потащили к выходу.
- А как насчет моего повышения? - прогремел он.
- Боюсь, еще не время. И награда, которая с ним связана. Беспорядки нанесли значительный ущерб Арене. Ремонт обойдется Императору в большую сумму денег. Он останется недоволен тобой, оптион. Считай, что тебе повезло, что ты избежал долгой прогулки к Тарпейской скале.
- Но беспорядки произошли по твоей вине! - Макрон почувствовал, как бьется его пульс, переполненный яростью из-за интриг помощника. - При чем здесь я!
Мурена проигнорировал его вопрос и пренебрежительно взмахнул рукой, чтобы охранники вывели Макрона из лазарета. Помощник глубоко вздохнул, когда протесты солдата эхом разнеслись по коридору.
- Итак, на чем мы остановились? - Он щелкнул языком. - О да! Наши планы на твое славное будущее на Арене.
Паво смотрел, как охранники утаскивают Макрона, и повернулся к Мурене: - Планы? Мне известны твои планы! - сказал он лаконично. - Я думаю, ты хочешь моей смерти.
Помощник метнул на Паво взгляд с притворным ужасом, словно обидевшись, что эта мысль вообще пришла тому в голову. Затем он сложил руки перед коленями. - Толпа пощадила тебя, молодой человек. А, это решение, которое даже сам Император не может отменить. Мы не должны предпринимать ничего, что могло бы разозлить толпу в этот деликатный период.
- Я перестану выигрывать бои для Клавдия, - ответил Паво. - Не понимаю, почему я должен помогать Императору поддерживать мир.
Мурена нахмурил брови: - Вот что должно произойти. Ты будешь отмечен клеймом Императорской Школы. Этот знак объявит тебя личной собственностью Его Императорского Величества, Императора Клавдия. Это будет молчаливая демонстрация твоей поддержки нашего режима и твоего отказа от ошибочных принципов Тита. Ты будешь носить его с гордостью.
- Ты, должно быть, шутишь! - Паво запнулся. - Я никогда не предам своего отца.
- О, но ты это сделаешь, мой мальчик, … если хочешь сразиться с Гермесом.
Победоносная улыбка угрожала скользнуть по губам помощника, прежде чем он остановился и откашлялся. Его глаза блестели в дрожащем отражении масляной лампы. Паво моргнул, глядя на Мурену. Его пульс ускорился при мысли о том, что он, наконец, встретится со своим заклятым врагом.
- Гермесом? - произнес он взволнованно.
- Почему бы и нет? - Теперь Мурена позволил себе улыбнуться. Он выглядел очень довольным собой, подумал Паво. - Я полагал , что ты захочешь сразиться с человеком, убившим твоего отца, или я ошибаюсь?
- Нет, нет! - ответил Паво слишком быстро. - Я не хочу ничего, кроме как увидеть, как Гермес истекает кровью. - Он посмотрел на землю и попытался проглотить комок в горле. - Но я думал, что он ушел в отставку?
Помощник ухмыльнулся и покачал головой: - Гермес сам потребовал, чтобы его вывели из отставки. Император согласился. Похоже, твое желание, наконец, исполнится.
Конец второй книги
