Теперь дело пошло веселей, и наполнив котел, девушка ощутила внутреннее удовлетворение.
Пока грелась вода, можно было бы приготовить завтрак. Но по словам дамы Иридии, владелец дома никогда не завтракал, предпочитая обходиться только обедом и ужином.
Собственно, про господина Арлена удалось узнать не слишком много. В основном то, что Эвелиса успела подметить и сама. Бывает резок, иногда даже груб. Предпочитает одиночество. Слеп. Хотя насчёт последнего дама Иридия сообщила по большому секрету, что мужчина надеется обрести зрение. Поэтому раз в месяц его посещает доктор, но лечение так и не увенчалось успехом. После таких посещений, хозяин дома обычно находится в мрачном расположении духа, и лучше держаться от него подальше.
На осторожный вопрос Эвелисы, женщина туманно пояснила, что (по намекам управляющего) когда-то Арлен был обычным человеком, но из-за несчастного случая лишился зрения, а может и вовсе глаз. Иначе зачем ему носить повязку, если он и так ничего не видит.
Больше ничего полезного узнать не удалось, но даже этого оказалось достаточно, чтобы в душе девушки поселилась жалость. Тяжко ему наверное, жить вот так.
Где-то наверху хлопнула дверь, и Эвелиса вспомнила что примерно в этот час, господин Арлен выходит на прогулку. Она покосилась на котел с горячей водой. Пожалуй, так даже будет лучше. Пока владелец дома гуляет, можно отмыть второй этаж, чтобы не привлекать к себе внимания плеском воды и шумом отодвигаемой мебели.
Постукивая тростью, мужчина спускался по лестнице. Он как всегда двигался уверенно, и если бы не повязка, то и в голову бы не пришло, что этот человек лишен зрения. Сердце девушки заколотилось чаще. За последние пару дней, она держалась от хозяина дома на разумном расстоянии, но ведь ее главная задача прислуживать ему.
Эвелиса сняла с вешалки его пальто, и сделала шаг навстречу.
– Доброе утро, господин Арлен!
Мужчина прошел мимо, не обратив на ее слова никакого внимания. Может у него проблемы не только со зрением? Почему тогда управляющий не предупредил?
Арлен остановился у входного шкафа и протянул руку, пытаясь нащупать пальто.
– Оно у меня. Позвольте я помогу вам одеться…
Эвелиса надеялась, что все делает правильно, но мужчина стукнул тростью об пол, и резко развернулся к ней.
– Я просил вас об этой услуге?
– Нет, но… – к щекам девушки прилила кровь.
– По вашему мнению, я не в состоянии надеть даже собственное пальто? – в его холодном тоне различалось едва скрываемое раздражение, – Может вы еще будете подниматься ко мне, чтобы помочь натянуть брюки… или более приватные элементы одежды?!
– Если вам сложно…
– Вы издеваетесь? – Арлен так резко рванул к себе пальто, что девушка едва успела разжать пальцы. – Мне лестно, но подыщите себе другое занятие.
Он резко повернулся спиной, показывая, что на этом разговор окончен. Эвелиса тихо перевела дух. Значит без прямой просьбы, с помощью лучше не лезть.
Хотя всегда наоборот было. Помогать и дела делать, нужно не дожидаясь указаний. Ведь за просьбой довольно быстро могли начаться обвинения в лени и бездельности. Ну так, то в родном доме, тут иной порядок. Как там говорила дама Иридия? – Не принимать ничего близко к сердцу? Вот она и не будет. По крайней мере постарается.
***
На втором этаже по-прежнему царил сумрак. Сквозь щель между шторами попадало ровно столько света, чтобы можно было смутно различать окружающую обстановку, и не натыкаться на мебель. Эвелиса поставила ведро с водой по центру зала, и первым делом направилась к окнам. Пора впустить в этот хмурый зал немного солнца.
Она отдернула плотную ткань в сторону и заметила, как в свете лучей закружились пылинки. Похоже, здесь уже давно никто не утруждал себя уборкой. Значит, ей предстоит это исправить.
Девушка закатала рукава, и смочила веник. Самое главное – начать. И обязательно помыть окна, пока не наступили морозы. Жаль, что ковер не получится вынести на улицу, и хорошенько выбить от пыли – тяжел слишком. Но она и так может его почистить, просто это займет чуть больше времени.
Сперва Эвелиса еще прислушивалась, ожидая, что в любой момент может вернуться хозяин дома. Тем более, как отзывалась дама Иридия, его прогулки порой занимали от получаса до половины дня, и предугадать когда он вернется не было никакой возможности. Однако дела было настолько много, что постепенно мысли о господине Арлене просто вылетели из головы.
Сдвинуть стулья, хорошенько их протереть. Закашляться от пыли, и провести влажной тряпкой по глянцевой столешнице. Из-под слоя пыли постепенно появлялся причудливый узор, словно стол был выложен из разных кусочков дерева, скрепленных между собой.
Да, это не обычные грубо отшлифованные доски, которые приходилось покрывать толстой скатертью. И дерево ли это? Вон какое гладкое, можно пальцем водить, и не бояться занозиться.
Эвелиса опустилась на корточки, разглядывая столешницу впросвет. Вроде и дерево, просто замазано чем-то навроде прозрачной смолы. Красиво, что и глаз не отвести. За таким и обедать, наверное боязно. Вот поэтому стоит тут под слоем пыли, потому что к делу его не приспособить. Она улыбнулась своим мыслям, и распрямившись снова взялась за тряпку.
Увлеченная уборкой, девушка не услышала, как стукнула входная дверь. В этот момент она как раз передвигала кресло, чтобы вычистить под ним лохмотья пыли, и проверить, нет ли мышиных гнезд. Гнезд, к счастью, не было, и теперь предстояло вернуть кресло на прежнее место. Поэтому стук шагов по ступеням тоже ускользнул от ее внимания.
***
Мужчина шел не торопясь. Он не просто знал этот дом, а чувствовал в нем буквально каждую деталь. И трость, такая необходимая на прогулках, среди знакомых стен была без надобности. Количество ступеней, расстояние до кабинета – вещи вечные и неизменные….
Однако сегодня в этой неизменности что-то оказалось грубо нарушено. Что именно, он осознал, когда нога зацепилась за неожиданное препятствие. Препятствие опрокинулось, и не удержав равновесия Арлен упал на колени. Ладони окунулись во что-то мокрое и теплое, отчего мужчину передернуло.
Эвелиса, обметавшая в дальнем углу паутину, подскочила от внезапного грохота. Она совсем забыла о времени! И о том, что в любой момент может вернуться хозяин… Сердце ее оборвалось.
– Господин Арлен! Простите! Простите пожалуйста. Я все уберу!
Она подскочила к мужчине, но тот уже успел подняться на ноги, и теперь стоял брезгливо отряхивая руки.
– Лучше бы вы это убрали до моего возвращения. – буркнул он, – И себя заодно.
– Это всего лишь вода…
Щеки Эвелисы горели. Забыть ведро по центру зала… Забыть о том, какому человеку она служит… Мало родители ее ругали и наставляли. Как была бестолковой, так и осталась…
– Что ж. Теперь я могу быть спокоен, раз это «всего лишь вода», – едко передразнил мужчина, – Правда не возьму в толк, что делает вода, – он выделил последнее слово, – Здесь?
– Я просто хотела…
– Пожалуй, мне это абсолютно неинтересно, – перебил ее Арлен, – Просто уберите. Это. Надеюсь, больше меня не поджидает никаких ловушек?
– Нет. Но если сомневаетесь, я могу проводить вас до комн… – начала Эвелиса.
– Проводите лучше себя. До кухни. Или где вы там обитаете? И не забудьте прихватить ведро. Мне оно здесь ни к чему.
Девушка низко опустила голову, чувствуя бесконечный стыд. Так оплошать… В первый же день… И это господин Арлен еще мягко отреагировал.
Мужчина повернулся к ней спиной, и направился к своей комнате. Теперь он шагал не так уверенно, и только коснувшись дверной ручки, расправил плечи. Эвелиса дождалась, пока за ним закроется дверь, и только после этого тихо выдохнула.
Хорошо еще, что хоть стулья успела вернуть под стол…
***
На обжитой кухне было тепло. В большой сковороде под крышкой тушились овощи с кусочками мяса. Аромат еды и потрескивание огня создавали ощущение домашнего уюта. Эвелиса мелко размяла чеснок, и добавила его к блюду. Брать сушенные травы с полки она пока не осмеливалась, подозревая, что денег они стоят немалых. Но и без приправ можно готовить вкусно, если умеешь. А она умела. Даром что ли с пяти лет к печи ставили?
