Дестрие. Очень, и с нетерпением жду его прихода.
Ансело. Но еще раньше, накануне условленного дня, он звонит мне по телефону. Рассыпается в благодарностях за мой ответ, но говорит, что он ужасно расстроен, так как именно в семнадцать часов он никак не может прийти. Он предлагает перенести на половину третьего. Я соглашаюсь. На следующий день, чуть раньше назначенного срока…
На сцене гаснет свет. Дестрие исчезает. Сцена попеременно освещается разными цветами, пока наконец не устанавливается освещение, создающее впечатление жаркого летнего дня. Окно открыто, но штора опущена. В углу работает вентилятор. У Ансело засучены рукава, узел галстука ослаблен, воротник расстегнут. Облик посетителя по возможности — полная противоположность. Ансело — полноват, посетитель — сух и подтянут, лицо у него довольно бледное; он носит очки в толстой оправе (хотя они и не придают ему вида делового человека), на руках тонкие перчатки. Темно-синий костюм увеличивает его рост.
Ансело печатает на машинке. Раздается робкий звонок в дверь, Ансело идет открывать.
Посетитель (входя, очень вежливо, но сухо). Мсье Паскаль Ансело?
Ансело. Собственной персоной. Предполагаю, что…
Посетитель. Да, это я, мсье Ансело.
Ансело. Будьте добры, располагайтесь, вот кресло… посетитель. Спасибо.
Ансело. В этом году в августе можно задохнуться от жары. Я даже штору закрыл, чтобы не расплавиться, несмотря на вентилятор. Поэтому, извините, немного темновато.
Посетитель. Ничего, что вы. Впрочем, я и не люблю очень яркого света.
Ансело. Тогда прекрасно.
Пауза.
Посетитель. Я очень благодарен вам за то, что вы согласились меня принять… и перенести время встречи.
Ансело. Говоря откровенно, если бы не это отпускное августовское затишье, я бы не смог выкроить ни минуты…
Посетитель. Не сомневаюсь. Вот почему я так ждал августа месяца, чтобы вам написать.
Ансело. Но меня могло бы не быть в Париже. Посетитель. Я знал, что вы дома.
Ансело. Да?
Пауза.
Итак, вы хотели со мной встретиться, чтобы… Посетитель. Это для меня большое счастье, поскольку я всегда читаю ваши произведения с огромным интересом.
Ансело. Если я правильно понял, вы страстный любитель детективных романов.
Посетитель. В особенности ваших, мсье Ансело. И должен добавить, что на мой требовательный вкус угодить трудно.
Ансело. Вы мне льстите.
Посетитель. Хороших писателей мало. Я считаю, что сюжет хорош, если он развертывается с точностью в деталях, с изобретательностью и выдумкой, и если воображение автора нацелено на то, чтобы все выглядело так, как будто произошло на самом деле. Да, вот именно: наибольшая степень приближенности к действительности. Правда жизни — вот мой критерий.
Ансело. Да, конечно… но в таком случае газетная хроника может вас удовлетворить больше?
Посетитель. За редким исключением, все происшествия удручающе банальны. Всегда одно и то же — люди убивают, чтобы разбогатеть, чтобы отомстить… примитивно!
Ансело (с легкой иронией). По, дорогой мсье, когда люди убивают — это всегда ради чего-нибудь.
Посетитель (резко). Но почему?
Ансело. Безмотивное преступление…
Посетитель (прерывая).…единственное, которое может остаться нераскрытым!
Ансело. Решиться на это… да еще без причины!
Посетитель. Моя концепция сложилась в результате многочисленных изысканий в анналах криминалистики.
Ансело (опять с иронией). Вот как?
Посетитель. Без ненужной скромности скажу, что во мне сильно развито криминалистическое чутье.
Ансело. Поверю с радостью, тем ценнее для меня будет ваша читательская оценка.
Посетитель. Неужели?
Ансело. Простите, не расслышал.
Посетитель. Я сказал — неужели?
Ансело. Извините. Мне так и показалось.
Посетитель. Поймите, мсье Ансело, меня не интересуют всякие там случайные убийцы, мелкая рыбешка, ежедневно вылавливаемая журналистами. Меня интересуют мыслящие убийцы — увы, встречающиеся редко. Великих преступников — единицы.
Ансело (которому все это уже начинает надоедать). Великие… какие слова вы подбираете! Можно подумать, что, по-вашему, преступление — искусство.
Посетитель. А разве нет?
Ансело. Послушайте, дорогой мсье, боюсь вас разочаровать, но вынужден признаться, что, несмотря на свою профессию, восприятие жизни у меня не извращенное, и меня отнюдь не привлекают люди с подобными психическими отклонениями. Вы хотели со мной познакомиться — я вас принял. Если вы принесли с собой какую-нибудь мою книжку, давайте, я вам ее подпишу.
Посетитель. Цель моего визита иная.
Ансело. Ах да, вспоминаю, вы говорили в письме… что, тоже пишете?
Посетитель. Намереваюсь. Но не до того.
Ансело. До чего?
Посетитель. У меня есть идея. Я умозрительно разработал подробный план и теперь имею налицо и все материальные предпосылки, необходимые для развертывания действия.
Ансело. Быть писателем очень трудно. Недостаточно только иметь идею, нужно еще уметь ее растянуть на целую книгу. Разумеется, я ничуть не ставлю под сомнение ваши способности.
Посетитель. И правильно делаете.
Ансело (сухо). Вы производите впечатление человека, уверенного в своих силах. Это очень хорошо. Теперь я убежден, что в моих советах вы не нуждаетесь. Я думаю, на этом мы с вами и можем закончить нашу беседу.
Посетитель. Вовсе нет. Сейчас я объясню вам свой план.
Ансело. Не трудитесь. Мне нужно работать. Поймите, мсье, я не могу больше тратить время на разговор, в котором, мне кажется, мы оба не понимаем друг Друга.
Посетитель. Тем не менее вы меня выслушаете.
Ансело. В конце концов, что вам нужно?
Посетитель (по-прежнему спокойно). Преступление, которое нельзя раскрыть.
Ансело (вставая). Сожалею, но вынужден попросить вас удалиться.
Посетитель. Я уйду… но не раньше…
Ансело. Но что же вам нужно?
Посетитель. Реализовать на деле свой план. План нераскрываемого преступления.
Ансело (внезапно охваченный беспокойством). Что вы подразумеваете?
Посетитель. Загадка для полиции, мсье Ансело, и безнаказанность для убийцы. Разве это не прекрасно?
Ансело (уже не сдерживаясь). Так возвращайтесь домой, описывайте ваше преступление и оставьте меня в покое.
Посетитель. Действие моего произведения развертывается здесь.
Ансело. С меня довольно!
Посетитель. Прошу вас, не вставайте и слушайте меня. Я все предусмотрел, абсолютно все… даже эту вашу нервную вспышку. Как только вы закрыли за мной эту дверь, мой план уже начал осуществляться.
Ансело (решает, что ему выгоднее смягчить тон). Но чем же я могу быть вам полезен? У вас есть идея — превосходно! Изложите ее на бумаге. Напишите повесть и предложите рукопись в издательство. Редактор скажет вам лучше, чем я, чего она стоит. Если ваше произведение его заинтересует, он его издаст. Это все, что я могу вам сказать.
Посетитель. Слова, одни слова, пустые слова — вот все, что вы мне предлагаете! Что такое творческий вымысел? Обман, отвлеченная игра ума. Для меня же конечная цель всех наших поступков заключается только в реальном результате. Лишь действительность может подтвердить правильность умозрительного эксперимента. Из этого вывод: единственным подтверждением того, что задумано в полном смысле, слова совершенное преступление, явится только его осуществление на деле.
Ансело. И что же?
Посетитель (очень непринужденно). То, что я — убийца, а вы — моя жертва.
Ансело. Вы говорите серьезно?
Посетитель. Я никогда не шучу, мсье Ансело.
Ансело (после паузы). Ну что же, постараюсь догадаться, в чем заключается… это преступление… вы покушаетесь… на меня?
Посетитель. За этим я к вам и пришел.
Ансело. Очаровательно! Хотя не могу понять, откуда у вас такая крайняя необходимость меня уничтожить? Чтобы обокрасть?
Посетитель. Этого у меня и в мыслях не было, мсье Ансело. Я не грабитель. Убив вас, я просто докажу на практике свою теорию, по которой преступление, логично продуманное, до мельчайших деталей, не может быть раскрыто.
