-А я-то думал всё дело в удаче! Так легко подвернулся глупый дипломат, что устроил меня в городе, познакомил с нужными людьми.
-О, да! Глупости во мне хватает! Иначе, я бы сразу распознал в тебе стоящего мужика! Впрочем, ладно, забудем. Так как твоё настоящее имя?
Спустя несколько минут они погрузились в приятную беседу, рассказывая друг другу подробности своей жизни.
-Ты уверен, что Рихтер работает на секретную организацию? – спросил Антон, когда они доели десерт. – Не хотелось бы зря угробить время…
-Поверь мне, этот сукин сын занимается чем-то необычным, - кивнул Отто. – Он подчиняется самому Гиммлеру, кое-какие слухи указывают на то, что Рихтер входит в «Аненербе». Там целый научный институт, и, если где-то и изобретают новые проекты оружия, так это там. К сожалению, всё настолько засекречено, что у меня лишь крупицы информации. Хочешь узнать больше – поступи к нему на службу. Тебе удалось заслужить его симпатию, осталось добиться доверия.
-Каков он вообще? Показался мне твёрдым орешком с фанатичным блеском в глазах…
-Ты прав, Рихтер холодный, бескомпромиссный человек. У него есть свои принципы, которым он следует, даже, если это нарушает нормы морали и закона. Истинный ариец, не удивительно, что пользуется такой благосклонностью Гиммлера.
Антон вздрогнул, представив себе, как день за днём вынужден работать с таким чудовищем, выполнять его приказы. Но выбора нет, либо так, либо ехать на Родину с позором.
Вечером они с Вебером отправились на арену Луитпольд. Зрелище потрясло Звягина: тысячи людей маршировали по площади с факелами и флажками. Одни занимали места на трибунах, поднимая руку в нацистском приветствии, а другие образовывали светящуюся эмблему свастики на самой арене. Гомон стоял невообразимый, казалось, они пришли не на собрание партийцев, а забрались в клетку с обезьянами.
Полторы сотни зенитных прожекторов выпускали светящиеся столпы многометровой высоты, образовавшие своего рода стены. Именно поэтому это место и назвали «Храмом Света». Безумное чествование Рейха обещало затянуться на целую неделю.
В этот момент до Антона дошла простая мысль, от которой он отмахивался, словно от навязчивой мухи. Если эти люди начнут войну, то потопят Европу в крови, и ничто их не остановит!
Глава семнадцатая
За окном раскинула длани морозная зима. Снежинки, подобно блестящему пуху кружились в солнечном свете, падая на лесистую местность. Альпы утопали в снегу. По дороге, ветвившейся между деревьями, ехал автомобиль, напоминавший чёрного жука.
Рихтер ожидал гостей, но в то же время желал, чтобы его не отвлекали от важных дел. Только доложили, что у исследователей внеземного аппарата появились свежие новости. А учитывая, как долго учёные головастики бились над разгадкой корабля, любая мелочь казалась чуть ли не божественным чудом.
Но и звонок Гиммлера внушал беспокойство. Абвер не стал бы так просто посылать своих агентов, что-то случилось. Какая-то пакость. И вряд ли его ждёт сегодня праздничное настроение.
Возникали пагубные мысли, от которых тошнило, хотелось присесть и сжать виски руками. Если произошла утечка информации из института… это катастрофа.
Спустя минут пять в дверь постучали, а затем твёрдой уверенной походкой в кабинет вошёл незнакомец.
Рихтер отдал честь, взмахнув рукой. Впился взглядом в разведчика, оценивающе и внимательно оглядывая его лицо. Ничего примечательного не обнаружил, не считая бледной кожи и серых глаз, казалось прозрачных. Вообще агент Абвера казался каким-то белым, словно снег, что покрывал фуражку на его голове. Высокий и худощавый, с длинными руками. Зимняя куртка с нашивками сидела на нём мешком, явно увеличивая объём тела.
-Штурмбаннфюрер Рихтер, приветствую от имени адмирала Канариса! – зычным голосом затараторил разведчик. – Мне приказано рассказать о сведениях, добытых нашими агентами с риском для жизни. Мы здесь можем говорить открыто? Стены звуконепроницаемы?
-Закройте дверь сперва! – ответил Рихтер, присаживаясь в кресло и жестом маня незнакомца занять стул по другую сторону стола. – На этаже работают лишь мой секретарь и солдаты охраны. Все учёные живут под землёй. Никто нас не услышит.
Разведчик снял фуражку – волосы оказались светлыми, почти белого цвета. Чем-то мужчина напоминал хамелеона, что способен принимать оттенки той среды, куда попадал. Для шпиона подобная мимикрия великолепная вещь.
-Итак, вы унтерштурмфюрер, - сказал Рихтер, разглядывая погоны. – А как насчёт имени?
-Вильгельм Шросс, - отвечал шпион. – Простите, но большего о себе рассказать не могу, секретная информация. Разговор будет коротким, меня ожидает самолёт, через пару часов я должен находится в Берлине.
-Выкладывайте! – пожал плечами штурмбаннфюрер.
-Суть весьма проста, - сказал Шросс. – Наши агенты в Советской России получили информацию о том, что в Германию выслали русского шпиона. К сожалению, не удалось получить сведения ни о его имени, ни звании ни тем более о том, как он выглядит. Одно мы знаем точно: коммунисты собираются внедрить диверсанта в одно из подразделений Рейха с целью получения секретных данных о нашей армии. Всё это наводит на мысль, что ваш институт может оказаться под ударом.
-Нелепица! – вспыхнул Рихтер. – Никто не знает о «Аненербе»! О существовании организации осведомлены единицы, и то на верхушке Вермахта и правительства. Ни один вражеский агент не способен проникнуть в это место, скорее…
-…небо упадёт на Землю, чем сдастся Измаил, - прервал Шросс. – Это примечательная фраза из истории России. Суворов с лёгкостью осадил турецкую крепость и взял её. От русских можно ожидать чего угодно, у них нет тормозов, и они прут как танки во время прорыва.
-Спасибо за историческую справку, - буркнул Рихтер, который начинал терять терпение. – Коммунисты наверняка заинтересуются СС и Вермахтом, или попытаются занять место в Абвере, но никто, повторяю, никто не сможет проникнуть сюда. Каждый человек, что поступает в институт проходит проверку на вшивость, причём сведения идут и из гестапо, и от ваших шпионов. Мы не имеем права рисковать новыми технологиями, что разрабатываются здесь!
-Мне бы вашу уверенность, Рихтер, - в голосе унтерштурмфюрера появилась ироничная нотка. – Советую, незамедлительно устроить масштабную проверку на объектах, пересмотреть дело каждого члена организации. Мы со своей стороны готовы помочь…
-Не нужно! – Рихтер встал и сжал кулаки. – Мы не в детском саду, и способны сами решать, что для нас важно! Спасибо за предупреждение, примем меры. А сейчас, простите, есть важные дела, мы здесь работаем, а не расслабляемся!
По губам Шросса скользнула издевательская усмешка. Он кивнул, надел фуражку и пружинистой походкой вышел за дверь.
Рихтер подождал с
