освоила слепой набор на печатной машинке и стала стенографисткой. Набирала текст, выслушивая устные приказы офицеров. Узнала множество информации, говорящей о том, что вскоре разразится очередная война.
Но внешняя политика казалась ерундой, пшиком петарды, по сравнению с теми взрывами, что творились дома. Томас третировал её, подначивал, заставляя клясться в вечной любви. Одному богу известно, чтобы он вытворял с ней в постели, если бы не выдумка Лилии.
Абрахам Берман с детства учил дочь игре в шахматы. Так что Лилия без труда придумала изящный ход, достойный королевы.
«Я не могу заниматься любовью с мужчиной, пока не выйду за него замуж, вера не позволяет так опуститься. Грех!» - сказала она Томасу, и он с горем пополам принял её условие.
Еврейка поставила «мат» немецкому солдату. Но у того оставался шанс отыграться на ней после свадьбы, до которой оставалась неделя.
Эта мысль пугала Лилию, заставляя думать о побеге. Но бросать родителей она не могла. Да и каковы шансы? Томас найдёт её, притащит за волосы назад.
А ведь он с трудом сдерживал мужские порывы. Она видела жадный блеск в его глазах, он постоянно облизывал пересохшие губы. Ланге не мог уложить её в постель, зато постоянно лапал, хлопал по заду, заставляя целоваться с ним.
Судьба девушки в руках у влюблённого маньяка.
Но хуже всего осознание, что она предавала память своих предков. Она сменила документы, став чистокровной немкой. Теперь она Лилия Питерс. Магазин родителей превратился в детище Фишера, который сменил вывеску, посадив своего сына за прилавок. С одного ареста гестаповец получил всё, о чём мечтал.
Послышался щелчок, и входная дверь распахнулась.
-Дорогая! – послышался знакомый голос. – Я дома!
Лилия вскочила с кресла так резко, словно получила укол в задницу. Сердце забухало в груди, а ноги налились свинцом. Она не могла двинуться с места, застыла, будто статуя. Всё это неправильно! Томас не должен был возвращаться сегодня вечером!
-Ты здесь? – Ланге вошёл в гостиную, порозовевший на морозе, в новом офицерском мундире. – Что с тобой? Словно увидела призрака, а не любимого мужчину!
-Я пришла домой и задремала, - соврала Лилия, взяв себя в руки. – Меня отпустили раньше, потому что работы сегодня почти нет. Приснился дурной сон…
-Боже, Лилия, тебе не нужно оправдываться передо мной! – рассмеялся Ланге и неожиданно схватил её за талию, закружил так быстро, что девушку затошнило. – У меня есть хорошая новость и плохая.
Лилия вывернулась из объятий жениха и присела в кресло. Слишком Томас весёлый, буквально светится от счастья, будто рождественская ёлка. Не к добру это.
-Ну и? – спросила она.
-Твои родители сбежали из-под надзора, - бросил Ланге, отворачиваясь к окну, за которым падал снег. – Честно говоря, не думаю, что это новость настолько плохая. Если повезёт, через сутки они переберутся через границу.
-Что?!
Лилия вскочила с кресла снова, но в этот раз ей стало по-настоящему дурно.
-Не волнуйся, гестапо уже выслали за ними погоню, - усмехнулся Ланге. – Они сговорились с другими евреями, разбежались как крысы в разные стороны. Пощёчина Рейху, не иначе. Так что с ними нянчиться не будут, сразу в расход. При малейшем сопротивлении. Но твои родители не идиоты, не станут медлить, ведь так? Если Абрахаму хватит мозгов он воспользуется сельскими дорогами, ведущими к лесу. Там легче затеряться, убегая от овчарок.
-Ты должен помочь им! – расплакалась Лилия, бросаясь на шею жениху. – Прошу тебя, Томас! Я сделаю…
-Отстань! – брякнул Ланге. – Я и так рисковал всем, чтобы обеспечить тебе фальшивые документы, подлизывался к Фишеру, чтобы он пожалел Берманов. И чем отплатили твои родители? Побегом? Теперь они сами по себе.
-Но…
-У них своя судьба, а у тебя своя, Лилия. Так что перейдём к хорошей новости. Или собираешься и дальше капать мне на мозги? Не советую, дорогая.
Лилии пришлось заткнуться. Все её мысли вертелись вокруг родителей, той опасности, что угрожает в пути беглецам. Но сейчас она могла им помочь лишь одним – покорностью.
Томас улыбнулся, вытащив из кармана лист бумаги. Несколько секунд любовался им, будто произведением искусства. Передал невесте и произнёс:
-Приказ о переводе в подразделение штурмбаннфюрера Рихтера. Не представляешь, какая это честь. После свадьбы отправимся туда, я уже договорился, там пригодится и стенографистка.
-Что? – растерянно пробормотала Лилия, просматривая листок. – Но как же Гамбург? Наша квартира?
-Жильё предоставят за счёт Рейха, - ответил Ланге. – Рихтеру нужны верные люди, а я получу офицерский чин. Они занимаются сверхсекретными проектами, кого попало не берут туда. Но всё это чепуха. Полковник Шрёдер, друг моего отца, лично порекомендовал меня.
-Но я не могу покинуть город! – Приказ выпал из рук Лилии. – Мои родители…
-Уже в Австрии, если они не идиоты! – буркнул Томас. – Перестань вспоминать о них! Ты поедешь со мной, или…
-Или что? – сверкнула глазами невеста, в которой начинал клокотать гнев. – Ну что ты сделаешь?
-Не хотелось бы доложить в гестапо, что меня одурачила еврейка с поддельным паспортом. Я буду очень сожалеть, но выполню долг гражданина и офицера Германии. Тебя ждут незабываемые годы в тюрьме.
Томас говорил ровным тоном, в котором царила спокойная уверенность. Поднял с пола приказ и спрятал в карман.
-Знаешь, меня напрягает твоё упрямство, - продолжил он. – Где благодарность? Если бы не я, давно сгнила бы за решёткой. И это в лучшем случае. Теперь ты будущая жена офицера, на которую не упадёт тень подозрения в еврейском заговоре. Но она всем недовольна! И эта твоя гримаса, когда мы целуемся… ну уж нет, хватит!
Томас стал расстёгивать брюки. Пряжка ремня с громким лязгом ударилась об пол.
-Что ты… не смей! Ты же поклялся! – Лилия вжалась спиной в кресло, ощущая панику. – До свадьбы…
-С этим спорить не буду, - фыркнул Ланге. – Я держу слово, я ведь мужчина! А ты будь женщиной и займи своё законное место!
-О чём ты? – Страх поглотил Лилию. – Какое ещё место?
-На колени перед мужем!
-Я… не…
-Или через час будешь сидеть в каземате на допросе у гестапо!
Лилия с трудом заставила себя встать с кресла. Опустилась на колени, ощущая твёрдый деревянный пол. Посмотрела вверх на лицо Томаса, которое пылало торжеством и похотью.
-Приступай, мне нужна разрядка.
Томас скинул с
