Риген с кряхтением поднялся, отставив тарелку с остатками еды.
— Значит, я пока к себе, буду готовиться.
— Давай, старый друг. Нам предстоит вместе много поработать. Пора уже напомнить о себе в том гадюшнике, что именуется императорским двором.
Риген только хмыкнул и неторопливо вышел из кабинета.
Глава 5
Лисана оказалась очень предусмотрительной и позаботилась не только о завтраке, но и о том, чтобы он не остыл к моменту, когда госпожа выйдет. Ленайра с интересом изучила наложенные на еду чары, мановением руки развеяла их и пододвинула к себе тарелки.
— Лисана, это ведь не очень простые чары. Ты училась?
— Да, госпожа. Отец отдавал меня в школу. На академию нам не хватило денег.
— А стипендия?
Лисана чуть смутилась.
— Мне предлагали, но отец был против. — Под вопросительным взглядом госпожи она пояснила подробнее: — Отец считал, что простолюдинам очень трудно там учиться в окружении аристократов. Говорил, что будь я парнем, он бы еще согласился, а так…
Ленайра задумчиво кивнула и приступила к еде.
— В чем-то твой отец был прав, — наконец заговорила она. — Хотя и не все так страшно, как пугают слухи, но однозначно там тебе было бы тяжело.
Служанка промолчала. Видно было, что ей очень хочется спросить о чем-то, но она никак не решится. Ленайра искоса наблюдала за ней, но не делала попыток помочь — если вопрос важен, девушка его все-таки задаст, а если не решится, значит, не такой уж он и важный.
Не решилась, спросила о другом, явно чтобы скрыть настоящий вопрос, который ей хотелось задать:
— Госпожа, а ваши братья не учатся в академии?
Ленайра поморщилась.
— Джейр отказался учиться на старших курсах, закончил только основной. А Мирл… Мирл слишком уж домашний ребенок. Дед нанял ему учителей, и он только ездит сдавать экзамены… Он не дурак, так же, как я, закончил основной курс на год раньше, но… — Ленайра замолчала. Не жаловаться же служанке, что она считает брата совершенно неприспособленным для самостоятельной жизни. — Он слишком увлекается книгами, — закончила она. — Из него выйдет хороший ученый-теоретик.
Стук в дверь прервал их разговор. Лисана помчалась узнавать, кто там, вернулась быстро.
— Ваш брат Мирл Геррая, госпожа.
— Давай его сюда, — кивнула девушка, отстраняя тарелки и поднимаясь.
Мирл вошел в комнату стремительно и замер, словно на стену налетел, когда увидел сестру.
— Ты ела здесь? А я переживал, что тебя не было за завтраком.
— Вчера тяжелый день выдался, проспала немного. К счастью, Лисана позаботилась о еде.
— Да… я слышал. Сильно пострадала?
— Эй, Мирл, с чего такие волнения? Видишь же, что все нормально. Просто устала, этот советник деда очень серьезный боец.
Брат глядел на нее недоверчиво, но, заметив, что сестра двигается без всякого напряжения, расслабился.
— Прости, просто переживал. Хотел прийти на арену посмотреть, но солдаты не пустили, сказали, таково распоряжение лорда.
Ленайра нахмурилась. Интересно, оказывается, дед и об этом позаботился. Он явно не хотел, чтобы кто-нибудь видел ее поединок… или не хотел, чтобы видели, как сражается Риген. Или… Ладно, размышлять, не имея всех фактов, бессмысленно. Любое ее предположение может оказаться как правдой, так и ошибкой.
— Спасибо, Мирл. Ты поэтому пришел?
— Да… нет… не только. Слышала, дед объявил о церемонии после обеда?
— Да, мне сообщили.
— Парадная одежда, быть обязательно. Джейр сейчас мечется по всему дому, пытаясь узнать, что дед задумал.
— А ты знаешь?
Мирл огляделся по сторонам, махнул служанке, и та понятливо вышла в другую комнату.
— Вчера, — зашептал он, — дед после твоего приезда и разговора с тобой отправился в столицу и вернулся очень поздно. Сегодня он велел подготовить комнаты для гостей.
— То есть будет кто-то из столицы… скорее всего, от императора. М-да, а я сегодня хотела уехать на денек. Ладно. После обеда, говоришь?
— Да. Дед велел быть готовым к этому времени.
— Хорошо. Спасибо, Мирл.
Брат еще раз кивнул и поспешно вышел. Ленайра же задумалась. После обеда — значит, без обеда. Только на то, чтобы подготовиться к приему, уйдет часа три, не меньше: выбрать платье, надеть его, сделать прическу. Обедать в парадной одежде… это очень, очень неблагоразумно и крайне неудобно. Какое счастье, что Лисана позаботилась о завтраке, а то так бы и сидела голодная до конца этой непонятной встречи.
— Лисана!
— Госпожа? — Девушка вошла в комнату.
— Обед нам, похоже, не светит. Через… — Ленайра бросила взгляд на часы в углу, — три часа пусть подадут чай и бутерброды какие-нибудь и разыщи Дарка, пусть он пришлет цирюльника, а также служанок с парадным платьем. Впрочем, он наверняка уже обо всем позаботился, как обычно, но все равно разыщи. Кстати, мои вещи уже прибыли?
— Да, госпожа. Вчера, когда вы ушли отдыхать, их разложили. Книги отправили в библиотеку дома, а другие, на непонятном языке, в вашу личную. Одежду отдали в стирку. Тетради и ваши записи не трогали, поставили сундук в кабинете.
Ленайра кивнула.
— Хорошо. Разобралась, что и как?
— Да, госпожа. Господин Дарк очень хорошо объясняет.
Время до обеда, точнее, до момента, как принесли парадное платье, Ленайра посвятила тому, чтобы разложить из сундука принесенные лекции и записи по шкафам в своем кабинете. Те записи, с которыми она еще планировала позаниматься, складывала в ящики стола, а которые пока точно не понадобятся — в шкафы подальше. Она почти закончила, когда заглянувшая в кабинет служанка сообщила, что принесли бутерброды с чаем.
Ленайра кивнула и отправилась подкрепиться, понимая, что это единственный момент, когда удастся перекусить. Насколько растянется непонятная церемония, неизвестно. Знать бы еще, что дед задумал, тогда хоть что-то можно планировать, а так…
Есть пришлось, наблюдая за тем, как служанки раскладывают парадное платье на специальном столе, принесенном слугами, вместе с подобающими украшениями, заколками, завязками и прочим. Мысленно прикидывая температуру воздуха и количество юбок, Ленайра с трудом сохраняла равнодушное выражение лица. Наряжаться она, как всякая девушка, любила, но терпеть не могла церемониальной одежды, считая, что ее придумали изощренные палачи, непонятно за что невзлюбившие слабый пол. Эти жесткие корсеты, тугие завязки, куча юбок… в этом платье подняться было невозможно, если случайно упадешь. Ощущение беззащитности девушка ненавидела всеми фибрами души. Случись что, в этом наряде она и сопротивление оказать не сможет. Из-за этого ей пришлось немного потрудиться над платьем, вшивая в него кое-какие чары. Жизнь они не облегчали, но в случае чего очень быстро преобразовывали платье во вполне приличный спортивный костюм. Дед бы такого не одобрил, но лично ей спокойнее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
