Наконец началось одевание. Лисана явно не сталкивалась с парадным платьем аристократов и наблюдала за происходящим с ужасом и восхищением, даже не пытаясь оказать помощь, понимая, что запутается во всех разложенных аксессуарах.
Ленайра стояла в центре комнаты на небольшом табурете с отсутствующим выражением лица, выполняя все просьбы служанок и изображая из себя робота.
— Госпожа, поднимите руки, пожалуйста, мы корсет затянем.
— Извольте поднять ножку… вторую…
— Вот тут сейчас подвяжем…
— Позвольте, закрепим основу для платья…
Наверное, служанки не были бы столь радостными, если бы сумели заглянуть в мысли госпожи, когда она с невозмутимым выражением лица размышляла, как сама будет надевать все эти подвязки и основы им на головы. Недостойные мысли, конечно, зато хоть какое-то развлечение.
— Позвольте левую ножку, госпожа, мы поможем туфельку надеть… а теперь правую, госпожа.
Следующим на очереди цирюльник — еще одно мучение. Ладно, волосы не такие длинные, как этот тип надеется заставить ее отрастить, иначе точно часа два возился бы с укладкой. Сейчас же он их взбивал волшебной расческой, под которой волосы принимали то положение, которое требовалось парикмахеру, и застывали, словно под лаком. Наконец решив, какой будет прическа госпожи в этот раз, он целиком погрузился в работу, выстраивая на голове Ленайры что-то пышное с вплетенными в волосы жемчужными нитями, оттеняющими их природный черный цвет.
Торин, отвечающий за общий стиль, потянулся было снять с госпожи золотую цепочку с непонятным простеньким украшением, не гармонирующим с общим видом, но наткнулся на взгляд, полный арктического холода, и сделал вид, что поправил завязки. Даже просто сказать что-то против не рискнул. Оставшееся время он потратил на то, чтобы привести весь наряд в идеальный порядок и хоть как-то совместить золотую цепочку с платьем.
Но если Лисана надеялась, что ее эта суета не затронет, то напрасно. После того как госпожу привели в порядок, занялись и ею. Конечно, ее наряд был намного скромнее и надевался легче, украшений почти никаких, волосы уложили аккуратно, но строго. Оказалось, что она должна сопровождать свою госпожу. Лисана чуть в обморок не грохнулась, хорошо еще, что делать ей ничего не надо, просто идти следом, когда придут, отойти к стене и не мешать.
— Зачем я тогда вообще там нужна? — удивилась девушка.
— По статусу положено, — отрезал Дарк.
Наконец приготовления закончили, и вот две девушки неторопливо двинулись к главному залу поместья. Ленайра шествовала с гордой осанкой, высоко подняв голову, слегка придерживая платье, чтобы подол не волочился по полу. Лисана безуспешно пыталась подражать госпоже в походке и осанке, но быстро сдалась, сообразив, что смотрится просто смешно, особенно на фоне госпожи. Решила идти как может, главное, случайно не опередить госпожу и не ввалиться в зал раньше ее.
У двери Ленайра остановилась.
— Госпожа Ленайра Геррая! — донесся зычный голос с той стороны двери. Слуги, стоявшие у створок, одновременно взялись за ручки и раскрыли перед девушками двери.
Ленайра медленно вошла в зал, прошла мимо выстроившихся у стен гостей, присела в реверансе перед дедом и стоявшим рядом с ним чуть полноватым мужчиной в парадной форме маршала императорского двора.
— Ленайра, — поприветствовал ее дед кивком и приглашающе указал на правую сторону от себя, где уже стояли ее старшие братья. Джейр при этом казался на взводе, словно ожидал каких-то важных и очень приятных для себя вещей. Мирл хмурился, покусывая губы, ему явно не нравилось происходящее.
Девушка встала рядом с братом, а Лисана тут же отошла в сторонку и пристроилась рядом со слугами.
— Ленайра, я случайно услышал разговор деда с маршалом Гинретом, — зашептал Мирл.
— Заткнись, — прошипел с другой стороны Джейр. Мирл вздрогнул и испуганно покосился на старшего брата.
Ленайра кивнула, прислушиваясь к тому, что говорит дед. Ничего важного, просто приветственные слова, обращенные к гостям. Все в рамках этикета.
— И что? — поинтересовалась она наконец.
— Я сказал… — Джейр встретился взглядом с Ленайрой, что-то буркнул себе под нос, но выступать больше не стал.
— Дед сказал, что он готов представить наследника Рода, — быстро, но тихо протараторил Мирл.
Ленайра покосилась на довольного Джейра и стиснула зубы, хотя внешне постаралась сохранить невозмутимость.
— Хреново, — прошептала она в ответ.
Мирл испуганно сглотнул и тоже покосился на старшего брата.
Приветственная речь закончилась, и дед хлопнул в ладоши. Тут же раскрылись створки дверей, слуга в ливрее внес в зал небольшой медальон на бронзовой цепочке. Медальон был выполнен в виде семилучевой звезды с вправленным в центр ярко-желтым камнем и руническими письменами в лучах. Медальон лежал на синей атласной подушке, которую слуга с поклоном протянул лорду.
Велоэн Геррая торжественно поднял медальон, чтобы все гости разглядели его.
— Сегодня я провозглашаю наследника Древнего Рода Герраев! Все мы помним, при каких обстоятельствах наш Род остался без наследника, когда мой сын и его жена вдвоем вышли против убийц, направленных во дворец за императором и его семьей. Ценой своих жизней они сумели продержаться до подхода помощи.
Ленайра сжала кулаки, пытаясь остановить бешеное сердцебиение. Картина перед ней встала так, словно она еще там, во дворце. Вид этих страшных людей, удары заклинаний и она, маленькая девочка, с испугом прячущаяся за шторой. Вот мама с папой падают, оставшиеся в живых убийцы рвутся вперед, но уже бежит стража, ее толкают, швыряют на пол… девочка подползает к маме, пытается ее разбудить… Девушка тряхнула головой, отгоняя наваждение, и снова прислушалась к словам деда.
— … с тех пор я не назначал наследника, присматриваясь к тому, кто окажется достойным, — закончил он. Повернулся к замершим внукам, шагнул к ним. — Силой, данной мне Родом, свидетельствую и назначаю. — Он сделал еще один шаг и торжественно водрузил медальон на шею Ленайры.
На зал пала оглушительная тишина. Даже сама девушка выглядела растерянной, несмотря на всю ее кажущуюся невозмутимость. Дед, похоже, понял, что творится в голове у внучки, сам поднял ее руку и, положив на медальон ладонь, с силой сжал ее. Боль от пронзивших кожу лучей вернула Ленайре самообладание. Едва заметно вздрогнув, она отдернула ладонь и покосилась на медальон. Кровь уже бежала по рунам, заполняя их. Вот первые ручейки коснулись солнечного камня, и он вспыхнул, засветившись изнутри, засверкали лучи самого медальона, запылали руны, бронзовая цепь начала стремительно покрываться красно-черным окрасом, который светился изнутри от свечения камня в центре.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
