— Глушащая граната, — прошептал Моран.
Синкли отцепил одну из висевших на поясе гранат, протянул капитану. Тот выдернул чеку, на счет три бросил в люк. Прогремел взрыв, Моран ворвался в корабль до того, как стихло эхо.
Никого. Ни с первого взгляда, ни после тщательного обыска. Капитан прошел в опустевшую рубку, пытаясь понять, что же произошло.
Моран читал судовой дневник, когда услышал крик часового, оставленного у люка. Бросился к шлюзу. Там уже толпились его люди. Моран протолкнулся к люку.
Их было четверо. Очаровательные девушки, если не обращать внимания на светлозеленую кожу.
— Лучшие представительницы аборигенов встречают дорогих гостей, прокомментировал кто-то из астронавтов. И замолчал под суровым взглядом капитана.
Но, похоже, их действительно встречали и встречали с открытым сердцем. Однако, капитан настоял на том, чтобы девушек обыскали. Что и проделали ко всеобщему удовольствию. Объясниться толком не удалось, сказывался языковый барьер, но девушки знаками показали, что им нужно: они хотели, чтобы астронавты последовали за ними к каналу. Насчет реализации этого предложения некоторые сомнения возникли только у Морана. Он выставил около девушек охрану и отвел офицеров в сторону, посоветоваться.
Но иных вариантов у них, похоже, не было. Они прибыли, чтобы найти экипаж «Аргуса», а помочь в этом им могли только зеленокожие девушки. Других представителей разумной и неразумной жизни не просматривалось.
Хорошо вооруженные, они могли дать отпор любому врагу. Но девушки сияли от счастья и экспедиция все больше напоминала пикник. Особенно, когда они увидели выстроившиеся на берегу лодки. В каждой сидели по две-три зеленокожие, не менее очаровательные девушки. При обыске ничего подозрительно обнаружить не удалось. Моран разрешил своим людям грузиться на лодки, по одному на каждую.
Едва заметное течение подхватило и понесло лодки. Большинству уже казалось, что эта дорога ведет в рай. Капитан Моран выкрикивал приказы, но астронавты предпочитали пропускать их мимо ушей. Долгий полет в крошечном корабле и внезапная смена обстановки не способствовали укреплению дисциплины.
Лишь один инцидент нарушил благостную атмосферу прогулки по воде. Доктор Кранолски, у которого страсть к новым знаниям возобладала над либидо, провел детальный осмотр своей лодки. Потом вплотную сблизился с лодкой капитана.
— Нашел коечто любопытное, капитан. Только не пойму, что это может означать.
Проследив взглядом за указующим пальцем доктора, Моран увидел едва заметные царапины на одном из сидений. Присмотревшись, понял, что это не просто царапины, а буквы.
— Вроде бы ПАУ… Мог их написать ктото из экипажа «Аргуса»?
— По другому и быть не может, — воскликнул доктор. — Невозможно представить себе, чтобы у марсиан был такой же алфавит, что и у нас. Но что они означают?
— Они означают, что экипаж «Аргуса» прошел этим путем, — ответствовал капитан Моран, — и нам надо держать ухо востро. Не чувствую я себя в безопасности на этих лодках. Но, по крайней мере, девушки при нас. Если за ними ктото стоит, едва ли они чтонибудь предпримут, пока девушки находятся у нас в заложниках.
Скорость течения все увеличивалась, лодки неслись меж широких берегов. Тревога Морана нарастала и он выхватил пистолет, услышав крик доктора.
— Капитан, я все думаю над этими буквами. Вполне возможно, что этот человек хотел написать слово «паук».
Моран опустил пистолет, мрачно глянул на Кранолски.
— Где вы видели пауков, доктор? На лодках их нет, кроме этих женщин мы не видели на Марсе ничего живого. Может, он имел в виду водяных пауков? Если и так… что из этого?
Исходя из гипотезы капитана, доктор Краловски уставился в воду. Капитан Моран прокричал очередной приказ, требуя от своих людей повысить бдительность, но лодки все дальше относило друг от друга, так что ктото приказа не услышал, а ктото прикинулся, что не слышит. И капитан чувствовал, что на самых дальних от него лодках астронавты так увлеклись девушками, что забыли обо всем остальном. А потом все набирал скорость. И только присутствие девушек хоть както успокаивало Морана.
Вдали показалась черная точка. Капитан попытался понять, что это такое. Но его отвлек голос Кранолски.
— Капитан, логика говорит за то, что человек, нацарапавший эти буквы, полагал, что это важно. Возможно, ему не хватило времени, чтобы написать все слово.
— Не надо фантазировать доктор. Есть дела поважнее.
Но впервые за время службы доктор Кранолски позволил себе не согласиться с капитаном.
— А я думаю, что ничего важнее для нас нет. Если человек действительно предупреждал нас насчет паука, то где это чудовище? Конечно же, девушки эти совершенно безобидны. И паутина — где она? — он помолчал, потом рассмеялся. — Знаете, капитан. Когда мы приближались к Марсу, каналы напомнили мне гигантскую паутину, накрывшую поверхность планеты.
Моран пренебрежительно фыркнул.
— Если предположить, что канал — жила паутины, то получается, что девушки — приманка, а здание, к которому мы плывем — логовище паука. Это уж чересчур, доктор!
Канал исчезал в арке гигантского сооружения. На такой скорости они уже не могли контролировать движение лодок и вскоре втянулись под арку. Морана охватил страх и попытке преодолеть его, капитан попытался поднять на смех Кранолски.
— Мы уже в логовище, доктор, и как, повашему, выглядит этот всепланетный паук? Как выглядит это чудовище, облепившее планету, словно земной паук — яблоко?
Ему ответил крик, но этого ответа хватило с лихвой.
Слова не могли описать существо, заполнившее собой гигантское сооружение.
Тварь поджидала их.
Потянулась к ним…
Трудная работа
Heavy Duty (1970)
— Но почему именно ты? — спросила она.
— Ничего не поделаешь — такая уж у меня работа. Он защелкнул последнюю застежку на ранце и надел его, стараясь, чтобы тяжесть равномерно легла на плечи.
— Не понимаю, почему те, кто пилотирует посыльные корабли, не могут заодно ознакомиться с обстановкой на месте. Чтобы хоть чем-то помочь тебе — возможно, дать какое-то представление о том, что тебя там ждет. Думаю, это несправедливо.
— Очень даже справедливо, — отозвался он, стараясь сдерживать себя.
Он подтянул чуть туже лямку на левом плече. Ее появление здесь, как раз в последние минуты перед его уходом на задание, не вызвало у него восторга; но уж если она что-либо задумывала, остановить ее было нелегко. Еще раз он терпеливо разъяснил ей положение дел:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
