(и более) картинок сжались и уместились всего лишь в девять иллюстраций, – так всадники апокалипсиса, занимавшие четыре листа, теперь ютились на одном листе в единой, но тесной кавалькаде. Изображение становилось более концентрированным, обретая характер единовременности представленных на нём событий и сцен.
Художественным шедевром такой ранней гравюры, безусловно, стал Апокалипсис Дюрера, напечатанный им в 1498 году в германском и латинском вариантах собственным издательским домом. В своём Апокалипсисе он адаптировал узнаваемые иконографические элементы, характерные черты печатных Библий и блокбухов, соединив разные эпизоды Откровения в пространстве одного изображения: четыре ангела смерти или семь печатей сливаются в сложную синтетическую композицию. Готическая изысканность, динамическая линия, рисунок, реализм Ренессанса и гуманистический посыл, – все эти принципы стиля подхватили и другие художники (Кранах старший, Гольбейн младший, Альтдорфер, Шаффнер, Бургкмайр), а визуальный тезаурус такого построения сохранял влияние вплоть до ХХ века. Именно Дюрер провёл черту между средневековой и современной иллюстрацией Апокалипсиса.
Рис. 78. Альбрехт Дюрер, 1498 г. Динамичная сцена с четырьмя всадниками Апокалипсиса завершает историю развития средневекового, статичного, ориентированного на вечность изобразительного искусства. Ощущение времени, скорости, современности наполнили концентрированную иллюстрацию, картину.
Живописный Страшный суд
Достигшее своего апогея камерное (иллюстрация, декор, резьба, пластика) и монументальное (фреска, мозаика, скульптура) искусство XV века повлияло на развитие станковой живописи северной Европы. Масляная краска, вошедшая в активное употребление на территории Нидерландов, создавала особую пластичность и экспрессию, повсеместно став популярным выразительным средством позднего Средневековья. Деревянные панели, по которым писали маслом (позже дорогое дерево заменили на более дешёвый холст), могли соединяться шпингалетом, образуя складные диптихи, триптихи и т. д., украсившие церкви, алтари, стены и капеллы частных заказчиков. Сложносоставные алтарные композиции обычно были закрыты, демонстрируя изображение на внешних сторонах створок, раскрывавшихся по определённым праздникам и во время конкретных служб и поражавших лишь в эти избранные моменты своей красотой и грандиозностью.
Мастера старонидерландской живописи, само собой, никак не могли избежать темы Страшного суда. Одним из ранних примеров масляной станковой живописи является диптих Яна ван Эйка, посвящённый Распятию и Страшному суду и написанный предположительно в 1420-х гг.72 Христос-вседержитель, демонстрирующий стигматы, полученные во время Распятия, представленного на левой створке диптиха, изображён сверху и посередине. Рядом с ним парят ангелы, держащие в руках атрибуты крестных мук Христа, а подле них – Иоанн и Богородица, накрывшая своей мантией праведников и девственниц. Земля и море отдают своих мертвецов, воскресших во плоти. Суд вершит Архангел. Композиция, маркирующая добро и зло, разделена горизонтально – под Архангелом царит смерть в образе скелета, ниже – дьявол, мучимые грешники и геенна. Иконография диптиха, тесно связанная с северо-итальянской миниатюрой, повлияла на многие произведения XV века: парафраз ван Эйка очевиден в «Страшном суде» Петруса Кристуса, на фресках конца XV века капеллы Богоматери в Бриг, расположенной во французских Альпах (Chapelle Notre-Dame-des-Fontaines de la Brigue).
Рис. 79. Христос, восседая на радуге и сфере мира, демонстрирует раны. Подле него – лилия и меч. Под лилией цитата из Матфея, выполненная белым цветом: «Тогда скажет Царь тем, которые по правую сторону Его: приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира» (25:34). Под мечом – чёрная надпись: «Тогда скажет и тем, которые по левую сторону: идите от Меня, проклятые, в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф. 25:41). Правая и левая сцены вверху демонстрируют ангелов с орудиями Страстей и поругания: крест, терновый венец и трость, копьё Лонгина, губку на трости, смоченную уксусом, столб бичевания, кнут и гвозди, которыми был мучим Иисус. Слева – Богоматерь, справа – Иоанн, посередине Архангел с весами. Рогир ван дер Вейден. Фрагмент «Страшного суда». Франция, Бон.
В 1442 году канцлером и герцогом Бургундским Николя Роленом (тем самым, что изображён на картине Ян ван Эйка «Мадонна канцлера Ролена») и его женой был основан госпиталь «Отель Дьё» в Боне. Для этой благотворительной богадельни Рогир ван дер Вейден создал алтарную композицию – грандиозный полиптих из 15 картин на 9 панелях (1445–50 гг.), выполненный под влиянием «Гентского алтаря» ван Эйка. Раскрытые створки представляют Страшный суд, монументальная образность которого связана со скульптурной пластикой кафедрального собора в городе Отён и фламандскими часословами, в частности, Екатерины Клевской.
Эсхатологическая формула, сведённая к изображению Страшного суда, – популярный сюжет середины XV века, обнаруживаемый у многих художников: у представителя кёльнской школы Стефана Лохнера («Страшный суд», 1435 г.), у Ганса Мемлинга («Страшный суд», 1460 г.), изобразившего трагедию переживания Страшного суда человеком. У Мемлинга в центре триптиха представлен чинный судья – Архангел с крыльями из павлиньих перьев, облачённый в доспехи, держит весы с обнажёнными людьми на чашах. Праведников слева встречает Пётр, стоящий у дверей готического собора: портал украшен скульптурой, в центре – Бог-отец, держащий красную лилию, агнец и животные-символы четырёх апостолов, в медальоне вимперга над Богом – творение Евы, как намёк на райское пространство собора и искупление первородного греха во время Суда, ангелы поют и играют на музыкальных инструментах, встречая праведников. В аду же, по традиции, грешники страдают и мучаются в тёмных чертогах скал, они терзаемы бесами, утягивающими их в геенну огненную.
Рис. 80. Ганс Мемлинг. Страшный суд. Алтарный триптих предназначался управляющему филиала банка Медичи в Брюгге – Анджело ди Якопо Тани. Поморский музей. Польша, Гданьск.
Особое место в нидерландской и позднесредневековой живописи занимают необычные, со специфической иконографией, сложившейся под влиянием книжной миниатюры, живописи, народного фольклора и христианской теологии, апокалиптические произведения Иеронима Босха конца XV – начала XVI вв.
Примечания
1
Вероятно, эти главы более позднего происхождения, датировки разнятся между VIII и II вв. до н. э.
2
Самыми ранними описаниями «конца века» в новозаветном корпусе считают именно слова Иисуса Христа, приведённые в Евангелии от Марка и повторённые у Матфея и Луки.
3
Ветхий денми (днями; из книги пророка Даниила) – в христианском искусстве весьма спорное иконографическое изображение: одни видят в образе седовласого старца Иисуса Христа, другие – Бога-отца, третьи – единство Отца и Сына.
4
Для западной традиции изображение никогда не было предметом особых догматических споров, как на востоке. Римская церковь объявила иллюстрацию важным компонентом по отношению к тексту Священного писания. Папа Григорий Великий постановил, что изображение является как бы текстом/письмом (лат. pictura quasi scriptura), рисунок не просто дополнителен, но и самостоятелен по своей значимости, наглядными
