Читаем без скачивания Засланец Божий 4 (СИ) - Гриб Роман

Хороший глинтвейн получился у мужика, стоит отметить! Отлично расслаблял и успокаивал нервы. Даже пигалице налили. Это не бухло в данном случае, а лекарство. Постепенно все расслабились и захмелели. И начали устраиваться на ночлег. Времени то уже было далеко за полночь. Очередную волну уважения от богатырей я получил, когда те разглядели, кто у меня в качестве питомцев. Ну, если быть более точным, то конкретно за Потапыча. А уж когда увидали, что я чуть ли не в обнимку с ним сплю, без страха за собственную шкуру, то и вовсе сказали, что у меня каменная борода. Это типа стальных яиц у нас.

Но поспать нам толком не дали. Может, пару часиков покемарили, и все. Дальше лично я проснулся от того, что земля дрожит. Я сначала подумал, что поезд рядом едет, но потом проснулся и подумал, что какой нахрен поезд? Только если паровозик из ебущихся троллей-гомосеков. Но лучше уж на рельсы лечь, чем такому составу на пути попадаться. Чух-чух, мазафака!

Протерев сонную рожу руками, я осмотрелся и заметил богатырей, стоявших на дороге. Руками они оба опирались на свои мечи, остриями уткнутые в дорожную грязь. И оба уверенным спокойным взглядом смотрели вдаль. В ту сторону, куда гонец угнал.

Позевывая, я пошел к ним и тоже посмотрел в ту сторону. И увидел войско. Воины в кольчугах на конях. Впереди внушительного вида мужик с бородой до пояса в золоченой кольчуге. Внушительный не в смысле внушительных размеров, как Джабба Хгатт. А в смысле, что внушал уважение одним своим видом. Мускулистый, но не перекаченный, как человек-виноград в лучших традициях поварлифтинга. И уж тем более не как штангист. Видали же штангистов? По ним еще сказку «Колобок» рисовали. Самый стрем, что у штангистов сала то как такового почти нет, это им мышцы шарообразную форму тела придают. Так вот, в золотой кольчуге был совсем не такой чувак. Просто атлетичная фигура, ровное симметричное суровое лицо. Золотой вытянутый шлем с открытым лицом.

Не придумав ничего лучшего, за неимением чего воткнуть в землю и опереться, я сотворил из воздуха меч и встал в такую же серьезную позу рядом с богатырями. Ни дать ни взять, со стороны я щас наверняка смотрелся именно как Алеша Попович из мультика рядом с этими качками в своем шипастом прикиде охотника за нежитью. Поняв придурковатость своего тут присутствия, я пошел будить Леху. Он намного гармоничнее рядом с ними будет смотреться. Отойдя на пару метров, хлопнул себя по лбу, вернулся, выдернул меч и опять пошел работать жреческим будильником.

— Леха! Леха, блять, заебал! Вставай, эй! — потряс я воина за плечо. — Салам алейкум. Вставай, на работу пора. Ты че, ебанулся, спишь? Вставай, Ержан. Тьфу, Леха!

— Чего, какой сержант? — продрал сонные глаза ерпарх. — Ты чего, опять веселянкой обдолбился?

— Это ты походу башкой об дерево обдолбился. — постучал я ему по лбу. — Ты че, дятел что ли? Или белочка? Орешки свои в дупло хотел закинуть?

— Да че ты несешь? — попытался отвесить мне оплеуху Леха, но я то уже более-менее проснулся, в отличие от напарника, поэтому легко увернулся. — А что это за грохот?

— Ну наконец-то! Я уж думал, ты на заметишь, как по тебе толпа ляхов проедется. — вздохнул я, качая головой. — Князь подъезжает, иди встречай, ты самый богатыристый из нас, да и морда твоя небритая презентабельнее моей в местных системах понятий.

Леха вскочил неожиданно резво и помчался к стоящим на дороге богатырям, не глядя подхватив свой двуручник, с коим он спал практически в обнимку. Остальные монстродеры тоже потихоньку просыпались и собирались с мыслями, попутно наводя марафет на своих сонных моськах.

Тем временем войско подкатило совсем близко и уже начало сбавлять ход. Остановились они буквально метрах в пяти от богатырей.

— Доброй ночи вам, воины божьи! — поприветствовал наших вояк чувак в золотой кольчуге. — Святолес принес мне вести о битве вашей с Мастером Смерти. Неужели прогнали вы его войско?

— Здрав будь, Князь Славозвёзд. — низко поклонился Доброслав. — Так вышло, что сам Берун послал нам своих странствующих монахов на выручку, и с помощью божией разгромили мы собак иноземных.

— Ага, и трофей еще добыли. — подтащил я мешок с мумией и сдернул его края так, чтоб была видна голова кощееимитатора. — Ну, Гартаил добыл.

— Гартаил? — удивленно воскликнул князь. — Уж не тот ли это змей, о битве Беруна с которым уже сложили саги песняры, и который может оборачиваться безбородым человеком?

— Да, я тот самый, хех, змей. — выйдя вперед, поклонился Гарик, вновь принявший эльфийский облик. — И что же поют о нашей с ним битве?

— Об этом лучше послушать от самих песняров. — спешился Славозвезд. — Несомненно, по такому поводу стоит устроить пир, они там и споют. А пока поведайте мне вашу историю.

В общем, до рассвета рассказывали князю нашу битву. Я же предпочел вздремнуть, раз уж никто нас прямо тут бить не собирается. Проснулся я от того, что замерз. Не, я конечно, знаю, что рассвет — самое холодное время суток, но не в конце же, мать его, июля, в обнимку с медведем и груллатом мерзнуть! Князь с богатырями и Лехой были увлечены беседой, и совершенно не обращали внимания на завывающего сквозь кляп Мастера Смерти. А тот выл, закатив свои мумиячие глаза и крутился в своем мешке так, что тот давно бы уже укатился, если бы не был подвешен на обрубленный сук дерева.

Я осмотрелся. Округа была покрыта инеем, что для данного времени года, на мой взгляд, ненормально даже для Небарры. Климатический пояс и погодные условия были идентичны моей прежней родине, а значит заморозки в это время года быть не должны. Неожиданно резко налетевший порыв ледяного ветра задул не только расставленные вокруг лагеря факелы, но и остатки костра. А вот это уже явно нездоровая хуйня. Угли от ветра тухнуть никак не должны. От потока воздуха, даже холодного, огонь только разгорается. Мастер Смерти же чуть ли не завыл при этом, задергавшись так яростно, что мешок не выдержал и ткань с треском лопнула. Сушеный же мужик вместо того, чтобы попытаться уползти подальше, как любой нормальный пленник, наоборот — пополз в сторону насторожившихся вояк и князя.

Я, как самый ближний к нему, подошел и выдернул кляп изо рта Мастера.

— Спящий Отец идет! — хриплым дребезжащим голосом выкрикнул пленник. — Спасайтесь! Его вам не одолеть!

— Кто такой этот ваш спящий отец, почему ты думаешь, что нам с ним не справиться, и откуда ты о нем знаешь? — грозно спросил Леха.

— Он… Он… Прародитель великанов! — заикаясь, ответил Мастер Смерти. — Он источник моей силы и моего бессмертия. Каждый рассвет я должен был приносить ему жертву, чтобы он не пробудился и не отправился сам на поиски пропитания. Если бы вы убили меня ночью, я бы отправился к нему вместо жертвы, а потом бы воскрес в теле очередной жертвы, принесенной другим его кормчим. Так продолжалось тысячилетиями. Зачем, зачем вы пленили меня вместо того, чтобы убить?! Теперь он проснулся и не уснет, пока не утолит свой голод!

Ледяной ветер тем временем усилился, и мимо начали пролетать одинокие снежинки, мелкие льдинки и замороженные листья растений. Природа увяла, вмиг замороженная неведомой силой этого храпящего бати мумии. Княжеское войско проснулось от холода и сейчас воины кружили, обнажив оружие, не в силах понять, откуда идет опасность.

— Ну, значит, сейчас мы отрубим тебе голову, как в старые добрые времена и успокоим этого твоего отца. — нахмурившись, занес князь меч над Мастером.

— Поздно… — упавшим голосом прохрипела мумия, и князя чуть не сбило с ног налетевшим, почти ураганным порывом ледяного ветра.

От этого ледяного шторма с деревьев начали срываться замороженные листья, местами — вместе с ветками. Не страдала одна лишь Валька. Некромантка перекинулась в лича и, кажется, готовила какое-то заклинание. По крайней мере, по земле поползли зеленые струйки ее маны, сплетаясь в какой-то очередной магический узор.

— Он пришел. — совсем грустным голосом, едва слышно, прошептал Мастер Смерти, глядя куда-то вверх и в сторону, откуда раздался треск, словно кто-то рвал руками крепкую плотную ткань.