навсегда. В этом и заключается суть мироздания.
- Закон сохранения энергии, - Кимико пожала плечами. - Простите, но я всегда опиралась на науку. Мне всё-таки проще с ней.
Родион зачарованно кивнул:
- Да будет так. Главное, чтобы мы поняли друг друга.
Уже в который раз Мариус чувствовал себя лишним. В последнее время это происходило слишком часто, но сейчас он с лёгкостью проглотил обиду: такие люди, как он, лишними не бывают. Они могут стоять рядом. Слушать, вникать, мотать на ус. Гулять, как кошки, в двух шагах. Иногда уходить чуть дальше. Но боец - на то он и боец. Придёт время - и он сыграет когтями, заставив ценить его и даже благодарить. К примеру, за спасение жизни. Давид даже подумал о том, чтобы после всех разборок устроиться к девке телохранителем. Доверия ему теперь не занимать, а бабки она наверняка будет платить несметные: с её-то мозгами можно купаться в золоте, как Скрудж Макдак.
* * *
Будучи ребёнком, я часто глядел в небо ночи и задумывался о том, как же незначительны мы в общих масштабах вселенной. Десятки тысяч галактик. Миллионы звёзд. И горстка людей, обременённых суетой, проблемами, вопросами. Там, в храме, я вспомнил все те мысли и убедился в их оправданности. Невольно вспоминаются слова Карла Сагана: «Земля - лишь мизерная крупица необъятного пространства. Поразмыслите о реках крови, пролитых полководцами для того, чтобы с триумфом на доли мгновения покорить микроскопическую часть вселенной. Вспомните о жестокостях, чинимых обитателями этого крохотного клочка поверхности над обитателями другой его части. Разве сложно им достичь понимания? Как легко они убивают друг друга. Как сильно кипит их ненависть. Наши принципы, наша убеждённость в собственной значимости; вера в то, что мы играем какую-то исключительную роль - всё это затмевает бледная точка на фотографии Земли из космоса».
Когда мы с Юлей вошли в церемониальный зал, нашим глазам предстало невероятное зрелище. Наш фантом стал в разы больше. Он возвышался над сидящими вокруг монахами в десяти метрах, а может даже больше. Выглядело поистине таинственно. Походило на призыв древнего божества из приключенческого фильма. Монахи напевали гипнотизирующую разум молитву. Когда голоса их смолкли, в центр залы вышли двое. Отец Тхонми и ещё один мужчина. Первый был одет в прежнюю бордовую робу, второй – в широкополое белое одеяние. Встав перед духом, они поклонились. Монахи снова начали петь: на этот раз мантра их звучала не так миролюбиво, как прежде. Она излучала некую мрачность – я поёжился. Тхонми взял с пола кинжал. Взглянул на ассистента. Тот встал на колени. И когда я понял, что сейчас должно произойти, это действительно произошло – отец Тхонми передал кинжал монаху, а тот без колебаний вонзил его себе в сердце. Кровь ручьём хлынула на деревянный пол. Юля ахнула. Я и сам бы испугался не на шутку, но тогда мне казалось, что меня уже трудно чем-либо удивить. Спустя несколько секунд рядом с телом самоубийцы появился фантом. Такой же маленький, как и мой в самом начале пути. Он слился с большим призраком воедино, после чего последний стал ещё больше и ещё ярче.
* * *
Родион рассказывал Давиду и Кимико о Дронариуме в течение нескольких часов. За всё это время они ни разу не перебили его, лишь с упоением слушали. Тот упомянул и про Колокольный звон, и про Исповедальни, и про Минареты, и даже про обратное течение времени. Рассказал про всё, что знал сам.
- Чёрт подери, и как вы всё это разнюхали? - не выдержал Давид. - Позвонили на их горячую линию?
- В этом-то и заключается суть нашей религии. Цель Квазариан - установить прочный контакт между обоими мирами: миром, в котором мы привыкли жить, и Дронариумом. Используя всё то, что доступно там, можно исправить множество ошибок здесь. Именно благодаря этому я выжил - квазариане знали, что произойдёт со мной в скором времени. Именно там, в Дронариуме, они приняли решение внести изменения в мою судьбу. Выбор их пал на меня. Они избрали меня и позволили мне избежать смерти, оставив меня по эту сторону. Квазар наградил меня знанием. Распахнул мои веки. Я расценивал это как повод отдать должное и посвятить ему всего себя.
Болезненный вид Кимико уже успел растаять. О нём напоминал только компресс, валяющийся рядом со смятым пледом.
- В чём заключается необходимость вашей таинственности? - вежливо поинтересовалась она, хотя в глазах её мелькало негодование. - Почему вы не поведали миру правду?
- Мы отдалились ото всех для того, чтобы наше знание не попало в руки плохих людей. Если знать, что ждёт нас там, то можно перестать ценить жизнь. Массовые суициды станут неизбежностью. Элементарнейшая проблема будет лёгким толчком к побегу от тяжкого бремени судьбы. Может начаться что угодно. Немыслимый ажиотаж. Все захотят попасть туда, но никто не захочет возвращаться. Время течёт, но человеческий менталитет так и остаётся неизменным: суть мироздания завяжется в узел, который в скором времени лопнет.
- Вот уж коллапс... - с важным видом подметил Мариус.
- В таком случае, в чём заключается смысл вашего контакта?
- Познание. Если бы не оно, мы бы никогда не узнали, что представляет собой всё то, что нас окружает. Стремление к истине - вот наш вечный двигатель. Возможно, когда-то это знание поможет людям, но тогда... тогда было слишком рано.
Кимико деловито сложила руки на груди:
- Почему бы тогда вам не побороться с Гвонвой?
- Увы, мир устроен так, как он устроен. Не мы создавали его, не нам его менять. Квазар и Гвонва – столпы всего. Две основы. Бог и его тень. Даже эти слова не в состоянии описать всё их безграничное величие, всю их древнюю мощь. Человеку не под силу с
