Но встречать трудности лицом к лицу ему было не впервой».
Деревенский паренёк из села Ямбулатово (ныне Верхнеуслонский район Татарстана) ещё во младенчестве потерял отца. Уже в восьмом классе он помогал матери содержать семью — устроился на почту, развозил письма и газеты по деревням. После школы, чтобы поступить в Саратовское бронетанковое училище, приписал себе год. До сих пор во многих источниках указано, что Коновалов родился в 1920 году вместо 1921-го. Войну он встретил на литовской погранзаставе. Даже не успел испугаться — немецкий снаряд пробил стену казармы прямо над койкой Коновалова.
Его учили воевать, но был ли он готов к бою? Сам он писал: «…до начала Великой Отечественной войны мы свою армию перевооружить новыми современными танками не сумели… Во-вторых, не сумели вооружить нашу армию автоматическим оружием. В-третьих, со старой границы снялись, а новые границы укрепить не успели. Оборонительные работы были выполнены лишь на 10–15 %».
С первых дней войны Коновалов привык идти в атаку, несмотря на очевидное превосходство противника.
«На нашем участке против наших 17 танков немцы бросали по 50 танков с поддержкой артиллерии… Несмотря на то, что мы в составе танковой роты уничтожали до 26 танков противника, но и свои потери — по 6, по 9 танков — мы несли», — писал он.
В Эстонии командира Коновалова настигло первое за войну ранение — осколок. Пока доставляли в госпиталь по воде, судно с ранеными атаковала вражеская подлодка. Коновалов чудом спасся на случайном сторожевом катере. За войну он трижды лежал в госпиталях с осколочными ранениями. Один из осколков попал в голову, оставив шрам на переносице. И всё же каждый раз он выживал.
Выжил он и в том неравном бою в ростовских оврагах. Помимо Коновалова из горящего танка через нижний люк спаслись лишь двое — техник-лейтенант Серебряков и наводчик орудия Дементьев. Ещё неделю они втроем пробирались к линии фронта через немецкий тыл.
Ирина Бродская продолжает рассказ:
«Шли ночами, перебиваясь подножным кормом, пока не заметили у реки одинокий немецкий танк. Когда часовые отвлеклись, танкисты атаковали, захватили машину, а для конспирации надели вражескую форму поверх своей.
На угнанной немецкой машине ночью три танкиста незаметно пристроились в хвост вражеской автоколонне и вскоре открыли огонь, буквально сминая вражеские машины, и так вырвались на передовую. Они попали под двухсторонний обстрел — снаряды летели и с нашего, и с вражеского фланга. Досталось им, конечно, изрядно. Попробуй, докажи, что ты свой, когда сам на немецком танке, да ещё и в фашистской форме!»
Есть сведения, что на угнанном немецком танке Коновалов воевал еще некоторое время, Награду «Герой Советского Союза» получил в марте 1943 года и поспешил взять отпуск, чтобы поделиться радостью с матерью.
Но дома его не ждали.
Когда ночью танкист постучал в окно родительского дома, мать залилась слезами: «Уходите! Мой Семён погиб, вот похоронка…» Пару дней радости, и снова проводы на фронт.
Коновалов прошёл Сталинград, Курскую дугу, окончил войну в Германии командиром танкового батальона».
Семён Васильевич нечасто вспоминал о войне, хотя продолжил службу и после Победы. В Казань майор запаса переехал с семьёй в конце 1950-х. Преподавал в танковом училище, работал на железной дороге, в ГАИ, инженером на заводе ЭВМ.
Трудоголик и аккуратист, он не давал супруге Надежде Яковлевне с дочкой даже грядки в саду разбивать. Натягивал верёвку и по ней вымерял, чтобы делянки шли ровно. Дисциплину домашним тоже устроил военную. Поблажек не признавал. Как персональный пенсионер всесоюзного значения мог бы по талонам получить хорошую мебель, претендовать на расширение жилплощади, но на все уговоры домашних жёстко отвечал: «Я не для этого воевал!»
Ирина Семёновна раскладывает газетные вырезки со статьями о подвиге отца, достаёт семейный фотоальбом. На фото молодой подтянутый военный. На обороте снимка надпись: «Наде от Сени К. Когда тебе будет тяжело, вспоминай меня».
И чем же отплатили ему за героизм? Для него даже не нашлось места на Аллее Героев на Арском кладбище. Можно было, говорит Ирина Семёновна, конечно, найти место за взятку, но гроб пришлось бы нести ночью через щель в заборе. А как же почётный караул, прощальные выстрелы?
Похоронили Героя в казанском поселке Дербышки. Именем Коновалова назвали одну из улиц в родной деревне и лишь недавно — в казанском посёлке Царицыно. В память о подвиге Коновалова рядом с местом боя установили танк на постаменте. На месте родной избы в Ямбулатово — раскидистая черёмуха. Несколько берёз у дома № 15 на улице Кирпичникова в Казани, где раньше жила семья. Эти берёзки Семён Васильевич высадил ещё в 1960-х. Когда он умер, они гнулись к самому балкону, будто отдавали танкисту последний поклон…
Павел Данилович Гудзь
Павел Данилович Гудзь родился в крестьянской семье, в селе Стуфченце, на Украине. После школы-семилетки поступил в техникум полит просвет работников, окончив его, работал в Доме культуры города Сатанова, а затем в сатановском Райисполкоме инспектором народного образования. Осенью 1939 года Павел Гудзь поступил во 2-е Саратовское танковое училище, где изучал тяжелые танки «Т-35» и «КВ-1». В начале июня 1941 года он с отличием окончил училище, получил назначение в Киевский Особый военный округ города Львова и прибыл в 63-й танковый полк 32-й тяжёлой танковой дивизии 4-го механизированного корпуса.
22 июня 1941 года, поднятый по тревоге взвод, которым командовал лейтенант Павел Гудзь, (пять тяжелых танков «КВ-1», двух средних — «Т-34» и два бронеавтомобиля), двигался в направлении Западной границы в авангарде боевых порядков. Встретив на пути немецкие силы, Гудзь отдал приказ с ходу атаковать их. Взвод Гудзя подбил пять немецких танков, три бронетранспортёра и несколько автомашин. В тот же день командирский «КВ-1» под управлением механика-водителя Галкина (в прошлом — испытателя танков Кировского завода в Ленинграде) нанёс скользящий удар в направляющее колесо вражескому танку «Pz Kpfw III», сбил с него гусеницу и сильным ударом свалил в кювет. Согласно некоторым источникам, это был первый
