Рис нахмурился.
— Ты о чем? О недовольных?
— Некоторые зовут их так. Другие называют искателями справедливости.
Шум веселья, казалось, отошел куда-то в сторону, как будто он и Говер находились на отдельном Плоту где-то в воздухе.
— Говер, в ту смену я был в Театре Света. Разве это справедливость?
Глаза Говера сузились.
— Рис, ты же видишь, как элита Плота угнетает остальных. Их прогнившая экономическая система приводит к вырождению остального населения Туманности. Скоро наступит время, когда они заплатят за все.
Рис пристально посмотрел на него.
— Ты с ними, да?
Говер закусил губу.
— Возможно. Послушай, Рис, я рискую, говоря тебе такие вещи. И если ты меня выдашь, я буду отрицать и скажу, что этого разговора вообще не было.
— Чего ты от меня хочешь?
— С нами лучшие люди. Такие, как Деккер, Паллис…
Рис расхохотался. Деккер — работник Инфрастуктуры, с которым он столкнулся сразу по прибытии на Плот, — в это он мог поверить. Но Паллис?
— Ври дальше, Говер.
Говер не рассердился.
— Черт побери, Рис, ты знаешь, что я о тебе думаю. Ты рудничная крыса. Тебе не место среди порядочных людей. Но твое происхождение делает тебя одним из нас. Все, чего я прошу, так это чтобы ты пришел и выслушал то, что они тебе скажут. Ты вхож в корпуса Ученых, ты можешь быть… полезен.
Рис постарался отвлечься от всего, что мешало ему думать. Говер был человеком порочным, озлобленным, и его аргументация — противоречивая смесь презрения и взывания к товарищескому чувству — была путаной и примитивной. Но словам Говера придавала силу заключавшаяся в них страшная правда. Частично Рис был напуган тем, что человек, подобный Говеру, может так быстро вывести его из равновесия. Но слова парня разжигали тлеющее внутри пламя.
Но даже если и произойдет что-то вроде революции, и лаборатории будут разрушены. Офицеры арестованы — что дальше?
— Говер, посмотри вверх.
Говер задрал голову.
— Видишь эту звезду? Если не передвинуть Плот, мы с ней столкнемся. И тогда все мы зажаримся. А если даже и выживем — посмотри дальше! — Рис махнул рукой в сторону красного неба. — Туманность гибнет, и мы гибнем вместе с ней. Говер, только Ученые с помощью всего Плота могут спасти нас от этих опасностей.
Говер нахмурился и сплюнул на палубу.
— Ты что, действительно в это веришь? Послушай, Рис. Я тебе кое-что скажу. Туманность сможет кормить всех еще долго, конечно, если ресурсы будут делиться поровну. А это все, что нам нужно… — Он остановился. — Ну?
Согласятся ли небесные волки с доводами Говера, когда спустятся на обломки Плота, чтобы обглодать кости его потомков?
— Отстань, Говер.
Говер пренебрежительно усмехнулся.
— Как хочешь. Не скажу, чтобы я жалел об этом…
Заговорщик повернулся и пошел сквозь толпу.
Шум, казалось, обтекал Риса, не касаясь его. Молодой человек протиснулся к бару, заказал чего-нибудь покрепче и одним глотком осушил стакан.
Подошла Джаен и схватила его за руку.
— Я тебя искала. Где ты был?…
Тут девушка почувствовала, как напряжены под одеждой мышцы Риса, и, когда он повернулся к ней, отшатнулась, увидев гнев на его лице.
6
У входа в Рубку стоял Ученый Второго класса. Он смотрел на приближающегося новоиспеченного Ученого Третьего класса и старался скрыть улыбку. Форма на юноше явно была совершенно новой, он смотрел на серебристый корпус Рубки с благоговением, а его бледность была несомненным результатом торжеств по поводу Тысячной Смены, которые, вероятно, закончились лишь несколько часов назад… Ученый Второго класса вспомнил, как добрых три тысячи смен тому назад прибыл на Плот, вспомнил свою Тысячную Смену, и почувствовал себя совсем старым.
У этого мальчика, по крайней мере, был пытливый взгляд. Большинство учеников, с которыми ему приходилось иметь дело, были в лучшем случае угрюмы или обидчивы, а в худшем — явно некомпетентны. Прогулы и уклонения от обязанностей все учащались.
— Добро пожаловать в Рубку, — сказал Ученый Второго класса Рис.
Мальчика, блондина с прядкой преждевременной седины в волосах, звали Нид. Он неуверенно улыбнулся.
Прямо в дверях стоял плотный охраннике суровым выражением лица. Он угрожающе посмотрел на Нида, и Рис заметил, что мальчик стушевался. Рис вздохнул.
— Все в порядке, парень, это всего лишь старина Форв. В его обязанности входит запомнить твое лицо, вот и все.
«Только совсем недавно, — с тоской подумал Рис, — стали необходимы такие радикальные меры безопасности». Чем хуже становилось продовольственное снабжение Плота, тем чаще случались нападения «недовольных» и тем ожесточеннее они были.
Иногда Рис думал: а что, если…
Он потряс головой, отгоняя подобные мысли. Надо было заниматься делом. Он провел новичка, широко раскрывавшего глаза, по сверкающим коридорам.
— Если ты понял общее расположение, то на сегодня хватит, — сказал Рис. — Рубка имеет вид цилиндра ста футов длиной. Вдоль среднего сечения идет коридор. Весь внутренний объем разделен на три комнаты — большая центральная и две маленькие по бокам. Мы полагаем, что последние когда-то были рубками управления, а может быть, служили для хранения оборудования. Видишь ли, Рубка скорей всего была некогда частью Корабля…
Они вошли в одну из маленьких комнат. Там было много книг, бумаг и всевозможных приборов. В комнате сосредоточенно работали двое покрытых пылью Ученых. Нид вопросительно посмотрел на Риса Глаза у мальчика были карие, спокойные.
— А что это за комната?
— Это библиотека, — тихо сказал Рис. — Рубка — самое безопасное место на Плоту, она лучше всего защищена от непогоды и случайностей. Поэтому мы храним здесь все самое важное. Конечно, насколько позволяют размеры — по копии всех жизненно важных документов и кой-какие непонятные устройства, доставшиеся нам по наследству…
Они подошли к вделанной в пол лестнице и начали опускаться к двери, ведущей в центральную камеру Рубки. Рис хотел предупредить мальчика, чтобы тот шел осторожно, но потом раздумал. Конечно, с его стороны это было немного жестокой шуткой.
Нид сделал три или четыре шага — и, заколотив руками в воздухе, рухнул лицом вперед. Но не упал, а перекувырнулся и выплыл на лестничную клетку. Это выглядело так, будто мальчик свалился в какую-то невидимую и плотную жидкость.
Рис улыбнулся. Нид, тяжело дыша, потянулся к стене. Упершись ладонями в металлическую поверхность, он восстановил равновесие.
— Клянусь Костями, — выругался парень, — что это там внизу?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
