— Думаешь, Элис была на стороне победителя?
— В этой частной войне, кажется, не было настоящих победителей. Возможно, никогда и не будет.
Ребекка пошла вперед.
— Возможно, нет никаких победителей, но есть явно правая и неправая сторона в этой частной войне, — заорал Кайл за ее спиной.
— В таком случае, похоже, я на стороне женщин Корк.
— Это и есть неправая сторона!
— Это вопрос убеждения.
Кайл едва не выпалил требование, чтобы Ребекка поужинала с ним. Он был уверен, что после этого сможет уговорить ее поехать к нему домой. Все, что ему нужно, — немного времени.
Но сдержал проницательный толчок здравого смысла. Он отвезет ее в город и оставит на ночь в этой блошиной западне мотеля. Завтра утром она будет счастлива его появлению. И, когда он пригласит ее на завтрак, наверняка согласится унести оттуда ноги.
Умный мужчина знает, когда нужно выждать время.
Глава 6
Следующим утром Ребекка встала на рассвете. Она бодрствовала большую часть ночи, поглощенная чтением очаровательного проницательного дневника Элис Корк. Возможно, следовало бы еще поспать, но Ребекка была слишком взволнована. Она хотела вернуться во владения Корков, чтобы сильнее прочувствовать Элис и ее мать.
Ребекка затемно выехала со стоянки при мотеле, но первые лучи солнца уже золотили горные вершины, когда она добралась до старого дома Корков. Она оставила автомобиль у дороги, забрала прихваченный с собой дневник и вошла внутрь.
Деревянные половицы заскрипели, и что-то маленькое с хвостом быстро метнулось с дороги при открывании двери. Дом, казалось, застонал от накопленного груза лет, тяжелой работы и одиночества. Ребекка узнала, что Элис Корк была удивительно счастлива здесь в последнее время. Но ранние годы — это совсем другое дело. Смерть родителей и затем травма от краха безнадежной любви к отцу Глена Балларда нанесли Элис тяжелый урон. Потеря ребенка стала еще одним сильным ударом. Она каким-то образом предвидела, что у нее никогда не будет детей. Кайл был прав: Элис Корк обладала способностью предчувствовать такие вещи.
Ребекка шла через дом, как и вчера днем, останавливаясь, чтобы изучить выцветшую фотографию, стеганое одеяло ручной работы, старую проводку, которая нуждалась в ремонте.
Наконец села за поцарапанный дубовый стол и открыла дневник.
Старый Хэнк сказал мне сегодня в магазине, что Марта Стокбридж бросила Кейла. Никто не удивлен. Это был только вопрос времени. Бедная маленькая Марта вообще не подходила черноволосому дьяволу, за которого вышла замуж. Еще в первый раз, когда я увидела ее, поняла, что она никогда не сможет справиться с характером Стокбриджа. Слишком робкая и слишком молодая, чтобы совладать с Кейлом. Он, должно быть, частенько приводил ее в ужас за эти три года, что они были женаты. Все говорят, что удача Стокбриджей не распространяется на отношения с женщинами. Но я знаю, что это не вопрос удачи. Мужчины из рода Стокбриджей, так же как и Баллардов, просто неспособны любить кого-то или что-то, кроме своей земли.
Ребекка оторвалась от чтения, размышляя о робкой молодой женщине, которая была матерью Кайла. Потом вернулась к следующей записи в дневнике.
Мальчику только два года. Он не запомнит свою мать. Очень печальный факт, потому что это означает, что в его жизни не будет доброты. Нежности. Ничего, чтобы противостоять влиянию Кейла. Но никто не может обвинять Марту, что она бросила мужа.
Что женщина могла противопоставить характеру Стокбриджа и его жестокости? Вылупилось еще одно поколение суровых высокомерных Стокбриджей. На днях видела в городе маленького Кайла с отцом. Он вылитый Кейл, вплоть до этих ужасающих зеленых глаз. И ни единой черты Марты. Мужчины этого рода — династия драконов и сохраняют чистоту породы.
Династия драконов. Ребекка почти улыбнулась, вспомнив, как подчиненные Кайла часто называли его именно так. Должно быть, зеленые глаза и все эти глупости о выдыхании огня сыграли роль, решила она. Но в одном Элис была неправа: ни драконы, ни кто-либо еще не воспроизводят фотокопии самих себя.
Она, естественно, не знала, каким был Кейл, но ясно, что не слишком приятным человеком как ни крути. Но Kайл не точная копия своего родителя. Она знала, что и сам он хорошо понимает это. В конце концов, она влюбилась в него, что, по определению, делало его привлекательным.
Но конечно, это могло означать, что она — женщина с сомнительными умственными способностями, напомнила себе Ребекка.
Цокот копыт привлек ее внимание. Пораженная, Ребекка закрыла дневник и пошла к двери. Открыв ее, увидела зрелище из прошлого, которое заставило ее изумиться, как если бы «Долина гармонии» перенеслась в какие-то иные времена.
Кайл приближался верхом на высоком черном жеребце. Огромное животное двигалось легким галопом, и Кайл держался так, будто лошадь — часть его самого. Маленькая гнедая кобыла на веревке вприпрыжку бежала рядом. Кобыла была оседлана и взнуздана.
Ребекка наблюдала, как из утренней зари появляется мужчина верхом на лошади, и что-то шевельнулось внутри. Кайл рожден для этого пейзажа, подумала она. Это именно то место, где он дома.
— Привет, Бекки, — спокойно произнес Кайл, подъезжая на черном жеребце прямо к крыльцу. Кожаное сидение заскрипело, большой конь потряс головой, мягко выдыхая воздух. Кайл наклонился вперед и оперся рукой на луку седла. Его зеленые глаза мерцали из тени стетсона. — Когда ты не подошла к телефону в комнате мотеля, то сразу подумал, что смогу найти тебя здесь. Я приехал, чтобы забрать тебя на завтрак.
Ребекка сложила руки на груди и прислонилась к дверному косяку.
— Мы собираемся ехать в город?
Кайл покачал головой.
— Нет, в горы над этой долиной. — Он погладил набитую седельную сумку. — У меня есть бисквиты и кофе.
— И с чего ты решил, что я поеду?
— Чутье. — Он быстро улыбнулся. — Даже если ты не умеешь ездить верхом, не о чем волноваться. Любой справится с Афиной. — Он кивнул на гнедую кобылу, которая нюхала ободранные кусты перед крыльцом. — Она смирная, как ягненок.
— А твой конь? — с любопытством спросила Ребекка.
Кайл приласкал выгнутую черную шею. Лошадь перебирала ногами.
— Хочешь прокатиться на старом Тюльпане? — спросил он, подняв брови.
— Тюльпан! — Ребекка невольно улыбнулась. — Он не очень похож на тюльпан.
— Он получил имя не из-за внешности, а из-за характера.
— Понятно. Значит, он нежный и изящный, как цветок, я возьму его.
— По правде говоря, большую часть времени он ведет себя как настоящий ублюдок, — доверительно поведал Кайл. — Особенно, когда на нем долго не ездят.
